377 цитат про «тоска»

Собрали 377 цитат на тему «тоска» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Ты будешь по мне скучать? — К сожалению, да.

   — Ты будешь по мне скучать? — К сожалению, да.

   — Шерлок Холмс · фильм
2. «

   Убийца дней моих, глумливая тоска, Открыто не разит — грызет исподтишка, И колет и когтит с улыбкою слащавой, Чтоб сделать боль мою посмешищем, забавой.

   Убийца дней моих, глумливая тоска, Открыто не разит — грызет исподтишка, И колет и когтит с улыбкою слащавой, Чтоб сделать боль мою посмешищем, забавой.

   — Поль Верлен
3. «

   ... он объяснил, что у него на родине словом «содад»* называют тоску о том, кого нет рядом. О том, кто умер или где-то далеко. Это слово нельзя перевести на другой язык. Оно выражает особое состояние души, которое трудно описать, легкую, неуловимую грусть, которая пронизывает всю твою жизнь.

   ... он объяснил, что у него на родине словом «содад»* называют тоску о том, кого нет рядом. О том, кто умер или где-то далеко. Это слово нельзя перевести на другой язык. Оно выражает особое состояние души, которое трудно описать, легкую, неуловимую грусть, которая пронизывает всю твою жизнь.

   — Гийом Мюссо · книга
4. «

   Людям пожившим, взрослым, часто кажется, что дети не бывают одинокими, что они и не подозревают о смерти. А у многих детей наступает такая тоска, что они рады бы умереть.

   Людям пожившим, взрослым, часто кажется, что дети не бывают одинокими, что они и не подозревают о смерти. А у многих детей наступает такая тоска, что они рады бы умереть.

   — Кир Булычев · книга
5. «

   Они облачили свою тоску в цинизм, что сравнимо с тем, как тьму облачают в смех – для самосохранения, только более уродливого. Тем самым дети ожесточили себя, приняв решение отвечать на ненависть ненавистью.

   Они облачили свою тоску в цинизм, что сравнимо с тем, как тьму облачают в смех – для самосохранения, только более уродливого. Тем самым дети ожесточили себя, приняв решение отвечать на ненависть ненавистью.

   — Лэйни Тейлор · книга
6. «

   Понимаю, миленькая. Понимаю, почему ты бежать задумала. Правильно! Беги отсюда куда глаза глядят. Господи! Тоска зелёная летом, жёлтая — осенью, белая — зимой...

   Понимаю, миленькая. Понимаю, почему ты бежать задумала. Правильно! Беги отсюда куда глаза глядят. Господи! Тоска зелёная летом, жёлтая — осенью, белая — зимой...

   — Рогнеда Карповна · фильм
7. «

   И тогда в дорогу за тобой я выйду — но тебя найти ли? — долог этот путь. Бьется имя в сердце, бабочкой трепещет, в небе разливается не слеза, а ртуть…

   И тогда в дорогу за тобой я выйду — но тебя найти ли? — долог этот путь. Бьется имя в сердце, бабочкой трепещет, в небе разливается не слеза, а ртуть…

   — Хуршид Даврон
8. «

   One way ticket, one way ticket, One way ticket, one way ticket, One way ticket, one way ticket to the blues. <...> I'm gonna take a trip to lonesome town Gonna stay at heartbreak hotel. A fool such as I there never was, I cried a tear so well.

   One way ticket, one way ticket, One way ticket, one way ticket, One way ticket, one way ticket to the blues. <...> I'm gonna take a trip to lonesome town Gonna stay at heartbreak hotel. A fool such as I there never was, I cried a tear so well.
9. «

   Когда плачешь, сердце сокращается и расширяется иначе.

   Когда плачешь, сердце сокращается и расширяется иначе.

   — Януш Леон Вишневский · книга
10. «

    Полуденный воздух дрожит, И море зевает в скалах. Здравствуй, тоска.

    Полуденный воздух дрожит, И море зевает в скалах. Здравствуй, тоска.

    — Марина и Сергей Дяченко · книга
11. «

    Впрочем, надо сознаться во всем откровенно: от расстройства ли нерв, от новых ли впечатлений в новой квартире, от недавней ли хандры, но я мало-помалу и постепенно, с самого наступления сумерек, стал впадать в то состояние души, которое так часто приходит ко мне теперь, и которое я называю мистическим ужасом. Это — самая тяжелая, мучительная боязнь чего-то, чего я сам определить не могу, чего-то непостигаемого и несуществующего в порядке вещей, но что непременно, может быть, сию же минуту, осуществится, как бы в насмешку всем доводам разума придет ко мне и станет передо мною как неотразимый факт, ужасный, безобразный и неумолимый. Боязнь эта возрастает обыкновено все сильнее и сильнее, несмотря ни на какие доводы рассудка, так что наконец ум, несмотря на то, что приобретает в эти минуты, может быть, еще большую ясность, тем не менее лишается всякой возможности противодействовать ощущениям. Его не слушаются, он становится бесполезен, и это раздвоение еще больше усиливает пугливую тоску ожидания. Мне кажется, такова отчасти тоска людей, боящихся мертвецов. Но в моей тоске неопределенность опасности еще более усилывает мучения.

    Впрочем, надо сознаться во всем откровенно: от расстройства ли нерв, от новых ли впечатлений в новой квартире, от недавней ли хандры, но я мало-помалу и постепенно, с самого наступления сумерек, стал впадать в то состояние души, которое так часто приходит ко мне теперь, и которое я называю мистическим ужасом. Это — самая тяжелая, мучительная боязнь чего-то, чего я сам определить не могу, чего-то непостигаемого и несуществующего в порядке вещей, но что непременно, может быть, сию же минуту, осуществится, как бы в насмешку всем доводам разума придет ко мне и станет передо мною как неотразимый факт, ужасный, безобразный и неумолимый. Боязнь эта возрастает обыкновено все сильнее и сильнее, несмотря ни на какие доводы рассудка, так что наконец ум, несмотря на то, что приобретает в эти минуты, может быть, еще большую ясность, тем не менее лишается всякой возможности противодействовать ощущениям. Его не слушаются, он становится бесполезен, и это раздвоение еще больше усиливает пугливую тоску ожидания. Мне кажется, такова отчасти тоска людей, боящихся мертвецов. Но в моей тоске неопределенность опасности еще более усилывает мучения.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
12. «

    Луна исчезает, тонет вдали, её сломанное яйцо льет в море свой яичный белок. Полночь придет, и со стоном волны, ты тоскуешь, дрожащая и одинокая, вместе с моей душой и морем.

    Луна исчезает, тонет вдали, её сломанное яйцо льет в море свой яичный белок. Полночь придет, и со стоном волны, ты тоскуешь, дрожащая и одинокая, вместе с моей душой и морем.

    — Леопольдо Лугонес
13. «

    Предельная осень гуляет по Питеру. И встретить тебя, да и поговорить бы Нам, смущаясь, столкнуться холодными лбами И чтоб заискрилась земля между нами.

    Предельная осень гуляет по Питеру. И встретить тебя, да и поговорить бы Нам, смущаясь, столкнуться холодными лбами И чтоб заискрилась земля между нами.
14. «

    В тоске и в скуке, братец ты мой, дурные мысли в голову приходят.

    В тоске и в скуке, братец ты мой, дурные мысли в голову приходят.

    — Александр Николаевич Островский · книга
15. «

    — Это не твоё дело — злиться на бабушку. — Но что я могу поделать, если всё равно злюсь. Как можно быть такой чокнутой? И почему мне никто не рассказывал, как всё было на самом деле? И почему теперь, когда я всё знаю, я всё равно так безумно по ней скучаю?!

    — Это не твоё дело — злиться на бабушку. — Но что я могу поделать, если всё равно злюсь. Как можно быть такой чокнутой? И почему мне никто не рассказывал, как всё было на самом деле? И почему теперь, когда я всё знаю, я всё равно так безумно по ней скучаю?!

    — Фредрик Бакман · книга
16. «

    Тому, в кого я превратилась, нет названия, но мир вот-вот изменится навсегда. Я думала, мы завоюем его вместе. И, сидя рядом с тобой, я задавала себе вопрос: смогу ли я искупить содеянное?

    Тому, в кого я превратилась, нет названия, но мир вот-вот изменится навсегда. Я думала, мы завоюем его вместе. И, сидя рядом с тобой, я задавала себе вопрос: смогу ли я искупить содеянное?

    — Элеонора Лэмб · игра
17. «

    Нежная! Любимая кротость! Среди мимоз, что вокруг моего дома, расцвела в последние дни маленькая ветка. На утреннем солнце она золотой гроздью свисает перед белой стеной. Мягкая, как твоё сонное дыхание на моём плече...

    Нежная! Любимая кротость! Среди мимоз, что вокруг моего дома, расцвела в последние дни маленькая ветка. На утреннем солнце она золотой гроздью свисает перед белой стеной. Мягкая, как твоё сонное дыхание на моём плече...

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    А если тебя опять одолеет тоска... Надо встать в полный рост, показать всему миру два пальца и вслух сказать, что ты имела в виду всё и всех. И делать то, что тебе хочется, наплевав на всё...

    А если тебя опять одолеет тоска... Надо встать в полный рост, показать всему миру два пальца и вслух сказать, что ты имела в виду всё и всех. И делать то, что тебе хочется, наплевав на всё...

    — Оксана Панкеева · книга
19. «

    Медленный дождь ледяные кружки В лужах графитовых циркулем чертит. Вот и любовь не спасла от тоски.

    Медленный дождь ледяные кружки В лужах графитовых циркулем чертит. Вот и любовь не спасла от тоски.

    — Маргарита Финюкова
20. «

    Мне бы выпасть снегом в твоём городе, лишь бы быть с тобой...

    Мне бы выпасть снегом в твоём городе, лишь бы быть с тобой...

    — Эльчин Сафарли · книга