Топ-55 цитат: «тоталитаризм»

Собрали 55 цитат на тему «тоталитаризм» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   В рамках тоталитарного государства не может быть иных картин, кроме портрета диктатора.

   В рамках тоталитарного государства не может быть иных картин, кроме портрета диктатора.

   — Станислав Ежи Лец · книга
2. «

   Да, Сталин физически устранил людей, способных создать оппозицию, но ему удалось привлечь основную массу народа для решения модернизационных задач. Готовим рефераты на тему «Сталин — эффективный менеджер» и «Репрессии, страх и наказание — продуктивный механизм кадровой селекции».

   Да, Сталин физически устранил людей, способных создать оппозицию, но ему удалось привлечь основную массу народа для решения модернизационных задач. Готовим рефераты на тему «Сталин — эффективный менеджер» и «Репрессии, страх и наказание — продуктивный механизм кадровой селекции».

   — Мариус фон Майенбург · книга
3. «

   Бирма, Иран, Судан, Сомали, Ливия, Северная Корея, Демократическая Республика Конго, Куба, Венесуела. Я тебе могу назвать еще сто пятьдесят тоталитарных государств, где не стоит рождаться, где с самого раннего детства в тебе воспитывают ненависть для того, чтобы ты никогда не узнал правды и молчал. А правда состоит в том, что сволочь-мистификатор пользуется ситуацией и набивает себе карманы.

   Бирма, Иран, Судан, Сомали, Ливия, Северная Корея, Демократическая Республика Конго, Куба, Венесуела. Я тебе могу назвать еще сто пятьдесят тоталитарных государств, где не стоит рождаться, где с самого раннего детства в тебе воспитывают ненависть для того, чтобы ты никогда не узнал правды и молчал. А правда состоит в том, что сволочь-мистификатор пользуется ситуацией и набивает себе карманы.

   — Бернар Вербер · книга
4. «

   Арестант Нержин не рисковал ничем, кроме десяти суток карцера, — девушка рисковала анкетой, карьерой, может быть даже свободой, — но у неё не было сил оторваться от рук, запрокинувших ей голову.

   Арестант Нержин не рисковал ничем, кроме десяти суток карцера, — девушка рисковала анкетой, карьерой, может быть даже свободой, — но у неё не было сил оторваться от рук, запрокинувших ей голову.

   — Александр Солженицын · книга
5. «

   Термин «тоталитаризм» к науке не имеет никакого отношения, это пропагандистский штамп.

   Термин «тоталитаризм» к науке не имеет никакого отношения, это пропагандистский штамп.

   — Андрей Ильич Фурсов
6. «

   Затем наступил тридцать восьмой год. Конечно, это было жуткое время. Однако не для всех. Большинство танцевало под жизнерадостную музыку Дунаевского. Кроме того, ежегодно понижались цены. Икра стоила девятнадцать рублей килограмм. Продавалась она на каждом углу. Конечно, невинных людей расстреливали. И все же расстрел одного шел на пользу многим другим. Расстрел какого-нибудь маршала гарантировал повышение десяти его сослуживцам. На освободившееся место выдвигали генерала. Должность этого генерала занимал полковник. Полковника замещал майор. Соответственно повышали в званиях капитанов и лейтенантов. Расстрел одного министра вызывал десяток служебных перемещений. Причем направленных исключительно вверх. Толпы низовых бюрократов взбирались по служебной лестнице На заводе, где трудился Федор Макарович, арестовали человек восемь. Среди прочих – начальника цеха. Федор Макарович занял его должность На фабрике, где работала его жена, арестовали бригадира. На его место выдвинули Галину Тимофеевну. Аресты не прекращались два года. За это время Федор Макарович стал главным технологом небольшого предприятия. Галина Тимофеевна превратилась в заведующую отделом сбыта.

   Затем наступил тридцать восьмой год. Конечно, это было жуткое время. Однако не для всех. Большинство танцевало под жизнерадостную музыку Дунаевского. Кроме того, ежегодно понижались цены. Икра стоила девятнадцать рублей килограмм. Продавалась она на каждом углу. Конечно, невинных людей расстреливали. И все же расстрел одного шел на пользу многим другим. Расстрел какого-нибудь маршала гарантировал повышение десяти его сослуживцам. На освободившееся место выдвигали генерала. Должность этого генерала занимал полковник. Полковника замещал майор. Соответственно повышали в званиях капитанов и лейтенантов. Расстрел одного министра вызывал десяток служебных перемещений. Причем направленных исключительно вверх. Толпы низовых бюрократов взбирались по служебной лестнице На заводе, где трудился Федор Макарович, арестовали человек восемь. Среди прочих – начальника цеха. Федор Макарович занял его должность На фабрике, где работала его жена, арестовали бригадира. На его место выдвинули Галину Тимофеевну. Аресты не прекращались два года. За это время Федор Макарович стал главным технологом небольшого предприятия. Галина Тимофеевна превратилась в заведующую отделом сбыта.

   — Сергей Довлатов · книга
7. «

   Революционеры готовят неслыханный по дерзости план — захватить только что построенный «ИНТЕГРАЛ», на котором установлено мощное оружие, способное сокрушить Единое Государство.

   Революционеры готовят неслыханный по дерзости план — захватить только что построенный «ИНТЕГРАЛ», на котором установлено мощное оружие, способное сокрушить Единое Государство.

   — Евгений Замятин · книга
8. «

   Какая разница для мёртвых, сирот и бездомных, во имя чего творятся произвол и разрушения — во имя тоталитаризма или во имя священной демократии и либерализма?

   Какая разница для мёртвых, сирот и бездомных, во имя чего творятся произвол и разрушения — во имя тоталитаризма или во имя священной демократии и либерализма?

   — Махатма Ганди
9. «

   Некоторые культуры часто напоминают об уважении, другие – о боге, а есть общества, дающие установку на послушание огромными портретами дорогого вождя. Могут ли быть какие-то сомнения в том, что вездесущие изображения национального лидера при диктаторских режимах не только внушают ощущение, что «Большой брат следит за тобой», но также и уменьшают количество спонтанных мыслей и независимых действий?

   Некоторые культуры часто напоминают об уважении, другие – о боге, а есть общества, дающие установку на послушание огромными портретами дорогого вождя. Могут ли быть какие-то сомнения в том, что вездесущие изображения национального лидера при диктаторских режимах не только внушают ощущение, что «Большой брат следит за тобой», но также и уменьшают количество спонтанных мыслей и независимых действий?

   — Даниэль Канеман · книга
10. «

    Уважаемый Карл Штейн, Рады сообщить, что ваше назначение на должность управляющего доходным домом класса Д, находящегося по адресу 6 Крушвице, одобрено. Вам следует незамедлительно прибыть по указанному адресу и вступить в должность. Вам и вашей семье выделено квартира на цокольном этаже дома. Экспериментальный препарат, инъекцию которого вы уже получили на медосмотре, подавляет необходимость в ночном отдыхе. Это позволит вам посвятить больше времени служению Родине. Рады приветствовать вас в рядах элиты госаппарата! — Министерство распределения.

    Уважаемый Карл Штейн, Рады сообщить, что ваше назначение на должность управляющего доходным домом класса Д, находящегося по адресу 6 Крушвице, одобрено. Вам следует незамедлительно прибыть по указанному адресу и вступить в должность. Вам и вашей семье выделено квартира на цокольном этаже дома. Экспериментальный препарат, инъекцию которого вы уже получили на медосмотре, подавляет необходимость в ночном отдыхе. Это позволит вам посвятить больше времени служению Родине. Рады приветствовать вас в рядах элиты госаппарата! — Министерство распределения.

    — Закадровый голос · игра
11. «

    Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека – вечно. <…> И помните, что это – навечно. Лицо для растаптывания всегда найдется. Всегда найдется еретик, враг общества, для того чтобы его снова и снова побеждали и унижали.

    Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека – вечно. <…> И помните, что это – навечно. Лицо для растаптывания всегда найдется. Всегда найдется еретик, враг общества, для того чтобы его снова и снова побеждали и унижали.

    — Джордж Оруэлл · книга
12. «

    По сути дела, если мы не изберем путь децентрализации и прикладную науку не станем применять как средство для создания сообщества свободных личностей (а не как цель, для которой люди назначены служить лишь средством), то нам останутся только два варианта: либо некое число национальных, милитаризованных тоталитарных государств, имеющих своим корнем страх перед атомной бомбой, а следствием своим — гибель цивилизации (или, если военные действия будут ограничены, увековечение милитаризма), либо же одно наднациональное тоталитарное государство, порожденное социальным хаосом — результатом быстрого технического прогресса вообще и атомной революции в частности; и государство это под воздействием нужды в эффективности и стабильности разовьется в благоденствующую тиранию.

    По сути дела, если мы не изберем путь децентрализации и прикладную науку не станем применять как средство для создания сообщества свободных личностей (а не как цель, для которой люди назначены служить лишь средством), то нам останутся только два варианта: либо некое число национальных, милитаризованных тоталитарных государств, имеющих своим корнем страх перед атомной бомбой, а следствием своим — гибель цивилизации (или, если военные действия будут ограничены, увековечение милитаризма), либо же одно наднациональное тоталитарное государство, порожденное социальным хаосом — результатом быстрого технического прогресса вообще и атомной революции в частности; и государство это под воздействием нужды в эффективности и стабильности разовьется в благоденствующую тиранию.

    — Олдос Хаксли · книга
13. «

    Идеальный человек тоталитарного режима — не убежденный нацист или коммунист, а тот, для кого различие между фактом и вымыслом, правдой и ложью больше не существует.

    Идеальный человек тоталитарного режима — не убежденный нацист или коммунист, а тот, для кого различие между фактом и вымыслом, правдой и ложью больше не существует.

    — Ханна Арендт
14. «

    Ныне в серьезной научной литературе большинство авторов придерживается тезиса, согласно которому в политической системе тоталитарного типа выделяются фашистский и национал-социалистический режимы в Италии и Германии на правом фланге идейно-политического спектра и большевистский в СССР — на его левом фланге. При этом необходимо отметить, что тоталитаризм отнюдь н является неким монолитом, между его отдельными режимами имелись существенные различия.

    Ныне в серьезной научной литературе большинство авторов придерживается тезиса, согласно которому в политической системе тоталитарного типа выделяются фашистский и национал-социалистический режимы в Италии и Германии на правом фланге идейно-политического спектра и большевистский в СССР — на его левом фланге. При этом необходимо отметить, что тоталитаризм отнюдь н является неким монолитом, между его отдельными режимами имелись существенные различия.

    — Камалудин Гаджиев · книга
15. «

    Потом меня спросили, что такое тоталитарное государство. Я отвечал: - Государство, где всё, что не запрещено, то обязательно.

    Потом меня спросили, что такое тоталитарное государство. Я отвечал: - Государство, где всё, что не запрещено, то обязательно.

    — Курцио Малапарте · книга
16. «

    Человек, живущий в тоталитарном государстве, неловко чувствует себя даже в собственной шкуре.

    Человек, живущий в тоталитарном государстве, неловко чувствует себя даже в собственной шкуре.

    — Марина Влади · книга
17. «

    Мы эти самолёты и ракеты делаем не для них, не для этих негодяев, Берии, Ежова, Сталина и прочих вертухаев, а для страны! Для Родины!

    Мы эти самолёты и ракеты делаем не для них, не для этих негодяев, Берии, Ежова, Сталина и прочих вертухаев, а для страны! Для Родины!

    — Леонид Львович Кербер · книга
18. «

    Примитивный московский царизм — это единственная форма, которая еще и сегодня в лучшей мере соответствует русскому духу.

    Примитивный московский царизм — это единственная форма, которая еще и сегодня в лучшей мере соответствует русскому духу.

    — Освальд Шпенглер
19. «

    Комедия – лучшее оружие против тоталитарных режимов.

    Комедия – лучшее оружие против тоталитарных режимов.

    — Рэй Брэдбери
20. «

    То, что Оруэлл видел во сне, Я вижу сейчас наяву.

    То, что Оруэлл видел во сне, Я вижу сейчас наяву.