370 цитат на тему «трусость» — читать онлайн

Собрали 370 цитат на тему «трусость» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Трусливый друг страшнее врага, ибо врага опасаешься, а на друга надеешься.

   Трусливый друг страшнее врага, ибо врага опасаешься, а на друга надеешься.

   — Лев Николаевич Толстой
2. «

   Знаешь, как переводится слово «нейтралитет» с политического на человеческий? Трусость и тупость!

   Знаешь, как переводится слово «нейтралитет» с политического на человеческий? Трусость и тупость!

   — Полина Дашкова · книга
3. «

   Мужество допускает такое объяснение, что человек добровольно идет навстречу беде, грозящей ему в текущую минуту, дабы тем предотвратить еще большие, коренящиеся в грядущем, беды, между тем как трусость поступает наоборот. Стало быть, первое имеет оттенок терпения, которое именно состоит в ясном сознании, что кроме приближающейся беды существуют еще горшие беды и что, усердно избегая и отвращая первую, можно навлечь последние.

   Мужество допускает такое объяснение, что человек добровольно идет навстречу беде, грозящей ему в текущую минуту, дабы тем предотвратить еще большие, коренящиеся в грядущем, беды, между тем как трусость поступает наоборот. Стало быть, первое имеет оттенок терпения, которое именно состоит в ясном сознании, что кроме приближающейся беды существуют еще горшие беды и что, усердно избегая и отвращая первую, можно навлечь последние.

   — Артур Шопенгауэр · книга
4. «

   Осторожный смельчак — разумный трус.

   Осторожный смельчак — разумный трус.
5. «

   Я единственный сын богатой пожилой вдовы, спасите меня!

   Я единственный сын богатой пожилой вдовы, спасите меня!

   — Иван Сергеевич Тургенев
6. «

   — Лорд Утред, ужасающее зрелище! — Так ты же трус, Хэстин, прячешься в своей крепости. Когда священники Эофервика восстали — ты сбежал. Когда Зигфрид напал на Альфреда — ты сбежал. И даже напав на монастырь, ты сбежал. — Я забрал твою женщину. — И пока я жив и здоров, она будет оставаться моей. Сразимся? Буду ждать тебя на поляне, приводи с собой только стражу, воины очертят поле и мы с тобой сразимся. — Этого ты хочешь, Утред, умереть? — Я хочу покончить со всем этим. Но скорее всего ты так и останешься трусом и не покажешь носа из крепости. О твоей трусости будут слагаться песни! Я даже сам заплачу за парочку!

   — Лорд Утред, ужасающее зрелище! — Так ты же трус, Хэстин, прячешься в своей крепости. Когда священники Эофервика восстали — ты сбежал. Когда Зигфрид напал на Альфреда — ты сбежал. И даже напав на монастырь, ты сбежал. — Я забрал твою женщину. — И пока я жив и здоров, она будет оставаться моей. Сразимся? Буду ждать тебя на поляне, приводи с собой только стражу, воины очертят поле и мы с тобой сразимся. — Этого ты хочешь, Утред, умереть? — Я хочу покончить со всем этим. Но скорее всего ты так и останешься трусом и не покажешь носа из крепости. О твоей трусости будут слагаться песни! Я даже сам заплачу за парочку!

   — Хэстин · сериал
7. «

   Жестокость — разновидность трусости. Трусы смеются жестоким смехом, когда им на людях хочется заплакать, а причиняя другим боль, они дают выход снедающей их тоске.

   Жестокость — разновидность трусости. Трусы смеются жестоким смехом, когда им на людях хочется заплакать, а причиняя другим боль, они дают выход снедающей их тоске.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
8. «

   Когда эльфийский клинок поцеловал мою глотку, я не обосрался. Желаю вам того же счастья, лорды, — чтобы вы умерли в чистых портках.

   Когда эльфийский клинок поцеловал мою глотку, я не обосрался. Желаю вам того же счастья, лорды, — чтобы вы умерли в чистых портках.

   — Геральт из Ривии · сериал
9. «

   Суеверие опасно, те, что допускают его существование, проявляют трусость.

   Суеверие опасно, те, что допускают его существование, проявляют трусость.

   — Эмиль Золя · книга
10. «

    Жизнь требует великой смелости. Трусливые только прозябают, они не живут, потому что вся их жизнь пропитана страхом, а жизнь, в которой так много страха, хуже, чем смерть. Они живут в своего рода паранойе, они всего боятся; и не только реальных вещей, не реального они боятся тоже. Они боятся ада, они боятся приведений, они боятся Бога. Они боятся тысячи и одной вещи, которые они или другие, такие же как они сами же и придумывают. Страха накапливается так много, что жить становится невозможно.

    Жизнь требует великой смелости. Трусливые только прозябают, они не живут, потому что вся их жизнь пропитана страхом, а жизнь, в которой так много страха, хуже, чем смерть. Они живут в своего рода паранойе, они всего боятся; и не только реальных вещей, не реального они боятся тоже. Они боятся ада, они боятся приведений, они боятся Бога. Они боятся тысячи и одной вещи, которые они или другие, такие же как они сами же и придумывают. Страха накапливается так много, что жить становится невозможно.

    — Ошо (Бхагван Шри Раджниш) · книга
11. «

    И все же горячность в словах не разожжет трусливого сердца.

    И все же горячность в словах не разожжет трусливого сердца.

    — Джеймс Клеменс · книга
12. «

    — Что ты здесь делаешь, Фрик? — Изменяю своим принципам, ведь я всегда считал, что лучше одну секунду побыть трусом, чем потом всю жизнь быть трупом. Но вот, я здесь, сражаюсь, и что еще более удивительно, на стороне добра, против несправедливости. И потерпел поражение...

    — Что ты здесь делаешь, Фрик? — Изменяю своим принципам, ведь я всегда считал, что лучше одну секунду побыть трусом, чем потом всю жизнь быть трупом. Но вот, я здесь, сражаюсь, и что еще более удивительно, на стороне добра, против несправедливости. И потерпел поражение...

    — Мерлин · фильм
13. «

    Трус! Ты должен был остаться и сражаться до конца! Только глупцы затевают битвы, которые не могут выиграть!

    Трус! Ты должен был остаться и сражаться до конца! Только глупцы затевают битвы, которые не могут выиграть!

    — Эрин Хантер · книга
14. «

    Не говори: я трус, глупец!.. О! если так меня терзало Сей жизни мрачное начало, Какой же должен быть конец!..

    Не говори: я трус, глупец!.. О! если так меня терзало Сей жизни мрачное начало, Какой же должен быть конец!..

    — Михаил Юрьевич Лермонтов
15. «

    Благородное «Я не хочу» не имеет худшего врага, чем трусливое, лживое «Вот если бы я захотел!..».

    Благородное «Я не хочу» не имеет худшего врага, чем трусливое, лживое «Вот если бы я захотел!..».

    — Мария фон Эбнер-Эшенбах
16. «

    Мужество покидает меня, оно пулей вылетает из помещения, вульгарно хлопает дверью, даже прощальной записки не оставляет, сволочь.

    Мужество покидает меня, оно пулей вылетает из помещения, вульгарно хлопает дверью, даже прощальной записки не оставляет, сволочь.

    — Макс Фрай · книга
17. «

    Кесарю – кесарево, а кляче – плеть. И как кесаря не корона определяет, так клячу же выявляет ослиная трусость её, воинствующая против всего необходимого.

    Кесарю – кесарево, а кляче – плеть. И как кесаря не корона определяет, так клячу же выявляет ослиная трусость её, воинствующая против всего необходимого.

    — Франц Вертфоллен · книга
18. «

    Люди так трусливы. Они всего боятся, ничего не видят и не понимают. Они находят причины, только чтобы чувствовать себя свободными.

    Люди так трусливы. Они всего боятся, ничего не видят и не понимают. Они находят причины, только чтобы чувствовать себя свободными.

    — Демон
19. «

    Отец говорил, что трус... Что он говорил? «Трус — это человек, который говорит себе, что в следующий раз не подчинится». Как страшно он это сказал.

    Отец говорил, что трус... Что он говорил? «Трус — это человек, который говорит себе, что в следующий раз не подчинится». Как страшно он это сказал.

    — Этель Лилиан Войнич · книга
20. «

    Послушайте песнь о Родрике Первом, трусливейшем из королей! Когда из бездонных шахт Солёра помчались в набег хорьки, Он скрылся в самой высокой из башен, пока бил тревогу набат! Вот он — момент, чтобы доблесть свою проявить в жестоком бою. Но Родрик-король пожелтел лицом, ведь он не из храбрецов. Поджав свой хвост и спрятав лицо, отплыл он куда-то вдаль. Народ его звал и молил его, но ему было их не жаль. Но судьба отплатила, корабль разбила, а трус навеки пропал.

    Послушайте песнь о Родрике Первом, трусливейшем из королей! Когда из бездонных шахт Солёра помчались в набег хорьки, Он скрылся в самой высокой из башен, пока бил тревогу набат! Вот он — момент, чтобы доблесть свою проявить в жестоком бою. Но Родрик-король пожелтел лицом, ведь он не из храбрецов. Поджав свой хвост и спрятав лицо, отплыл он куда-то вдаль. Народ его звал и молил его, но ему было их не жаль. Но судьба отплатила, корабль разбила, а трус навеки пропал.