420 цитат про «трусость», проверенных временем

Собрали 420 цитат на тему «трусость» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Ты слишком зациклена на поиске идеалов. Как в себе, так и в других. Идеалы считаются идеалами именно потому, что они недостижимы. И гнаться за ними, зная, что они недостижимы — занятие глупое и трусливое, разве нет?

   Ты слишком зациклена на поиске идеалов. Как в себе, так и в других. Идеалы считаются идеалами именно потому, что они недостижимы. И гнаться за ними, зная, что они недостижимы — занятие глупое и трусливое, разве нет?

   — Жером Карлшталь (Jerome Karlstahl) · аниме
2. «

   — Что ты здесь делаешь, Фрик? — Изменяю своим принципам, ведь я всегда считал, что лучше одну секунду побыть трусом, чем потом всю жизнь быть трупом. Но вот, я здесь, сражаюсь, и что еще более удивительно, на стороне добра, против несправедливости. И потерпел поражение...

   — Что ты здесь делаешь, Фрик? — Изменяю своим принципам, ведь я всегда считал, что лучше одну секунду побыть трусом, чем потом всю жизнь быть трупом. Но вот, я здесь, сражаюсь, и что еще более удивительно, на стороне добра, против несправедливости. И потерпел поражение...

   — Мерлин · фильм
3. «

   Отец говорил, что трус... Что он говорил? «Трус — это человек, который говорит себе, что в следующий раз не подчинится». Как страшно он это сказал.

   Отец говорил, что трус... Что он говорил? «Трус — это человек, который говорит себе, что в следующий раз не подчинится». Как страшно он это сказал.

   — Этель Лилиан Войнич · книга
4. «

   Любовь труса позорит женщину, как бы благородна она ни была.

   Любовь труса позорит женщину, как бы благородна она ни была.

   — Жорж Санд · книга
5. «

   В душах трусливых нет места для счастья.

   В душах трусливых нет места для счастья.

   — Мигель де Сервантес
6. «

   Мне кажется, только страх мешает белому человеку общаться с цветным. Люди всегда боятся того, чего не знают или не понимают.

   Мне кажется, только страх мешает белому человеку общаться с цветным. Люди всегда боятся того, чего не знают или не понимают.

   — Отряд · фильм
7. «

   – И не надо. Потому что ведь мы с тобой только вдвоем против всех остальных в мире. Если что-нибудь встанет между нами, мы пропали, они нас схватят. – Им до нас не достать, – сказал я. – Потому что ты очень храбрая. С храбрыми не бывает беды. – Все равно, и храбрые умирают. – Но только один раз. – Так ли? Кто это сказал? – Трус умирает тысячу раз, а храбрый только один? – Ну да. Кто это сказал? – Не знаю. – Сам был трус, наверно, – сказала она. – Он хорошо разбирался в трусах, но в храбрых не смыслил ничего. Храбрый, может быть, две тысячи раз умирает, если он умен. Только он об этом не рассказывает. – Не знаю. Храброму в душу не заглянешь. – Да. Этим он и силен. – Ты говоришь со знанием дела. – Ты прав, милый. На этот раз ты прав. – Ты сама храбрая. – Нет, – сказала она. – Но я бы хотела быть храброй.

   – И не надо. Потому что ведь мы с тобой только вдвоем против всех остальных в мире. Если что-нибудь встанет между нами, мы пропали, они нас схватят. – Им до нас не достать, – сказал я. – Потому что ты очень храбрая. С храбрыми не бывает беды. – Все равно, и храбрые умирают. – Но только один раз. – Так ли? Кто это сказал? – Трус умирает тысячу раз, а храбрый только один? – Ну да. Кто это сказал? – Не знаю. – Сам был трус, наверно, – сказала она. – Он хорошо разбирался в трусах, но в храбрых не смыслил ничего. Храбрый, может быть, две тысячи раз умирает, если он умен. Только он об этом не рассказывает. – Не знаю. Храброму в душу не заглянешь. – Да. Этим он и силен. – Ты говоришь со знанием дела. – Ты прав, милый. На этот раз ты прав. – Ты сама храбрая. – Нет, – сказала она. – Но я бы хотела быть храброй.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
8. «

   — Руби? — Как же я рада видеть, что ты в порядке!.. — Я не в порядке. Их больше нет... Пенни... Пирры... — А Вайсс и Блэйк? — Вайсс забрал её отец. — Что? Ты о чём? — Никто за пределами Вэйла не знает, что случилось со школой. Перед тем, как пала башня, последнее, что все видели — это кака роботы Атласа стреляли по беззащитным людям, пока Гримм громили город. Все напуганы. Никто не знает, кому теперь можно верить. Поэтому отец Вайсс и забрал её в Атлас, где она, по его мнению, будет в безопасности. — А Блэйк? — Сбежала. Сан её видел. Только мы добрались до города, она тут же удрала. — Но... почему? — Не знаю. Да и мне просто плевать. — Должна быть причина всему этому... — Её нет! Иногда плохие вещи просто случаются, Руби. — И что же теперь делать? — Делай, что хочешь. Я остаюсь здесь. — Янг... — Просто оставь меня. — Я люблю тебя, сестрёнка.

   — Руби? — Как же я рада видеть, что ты в порядке!.. — Я не в порядке. Их больше нет... Пенни... Пирры... — А Вайсс и Блэйк? — Вайсс забрал её отец. — Что? Ты о чём? — Никто за пределами Вэйла не знает, что случилось со школой. Перед тем, как пала башня, последнее, что все видели — это кака роботы Атласа стреляли по беззащитным людям, пока Гримм громили город. Все напуганы. Никто не знает, кому теперь можно верить. Поэтому отец Вайсс и забрал её в Атлас, где она, по его мнению, будет в безопасности. — А Блэйк? — Сбежала. Сан её видел. Только мы добрались до города, она тут же удрала. — Но... почему? — Не знаю. Да и мне просто плевать. — Должна быть причина всему этому... — Её нет! Иногда плохие вещи просто случаются, Руби. — И что же теперь делать? — Делай, что хочешь. Я остаюсь здесь. — Янг... — Просто оставь меня. — Я люблю тебя, сестрёнка.

   — Янг Ксяо Лонг (Yang Xiao Long) · мультфильм
9. «

   Я никогда не считал себя трусом. Только дураком, а это разные вещи.

   Я никогда не считал себя трусом. Только дураком, а это разные вещи.

   — Алексей Пехов · книга
10. «

    Напрасно трус бьет себя кулаком в грудь, чтобы набраться храбрости; ее нужно иметь прежде того и лишь укреплять в общении с теми, кто ею обладает.

    Напрасно трус бьет себя кулаком в грудь, чтобы набраться храбрости; ее нужно иметь прежде того и лишь укреплять в общении с теми, кто ею обладает.

    — Дени Дидро
11. «

    Из страха смотреть правде в глаза, многие предпочитают пудрить себе мозги, водить себя за нос, обводить самих себя вокруг пальца, вешать себе лапшу на уши, накалывать и темнить, задуривать себе голову, замазывать себе глаза и втирать очки, и совсем не замечают, как оставляют себя самих же в дураках.

    Из страха смотреть правде в глаза, многие предпочитают пудрить себе мозги, водить себя за нос, обводить самих себя вокруг пальца, вешать себе лапшу на уши, накалывать и темнить, задуривать себе голову, замазывать себе глаза и втирать очки, и совсем не замечают, как оставляют себя самих же в дураках.
12. «

    — Допустим, докажем мы, что это не самоубийство. Выявим, как говорится, ошибки следствия. Вам-то лично зачем это нужно? — Это не мне, это ему надо. Грех это. Самоубийство — страшный грех. Если человека убили — мученик. И отношение к Есенину другое. Самоубийца — трус. Есенин трусом никогда не был.

    — Допустим, докажем мы, что это не самоубийство. Выявим, как говорится, ошибки следствия. Вам-то лично зачем это нужно? — Это не мне, это ему надо. Грех это. Самоубийство — страшный грех. Если человека убили — мученик. И отношение к Есенину другое. Самоубийца — трус. Есенин трусом никогда не был.

    — Хлыстов · сериал
13. «

    Я видел новую бедную душу, заблудшую в этот кошмар. Для большинства жертв, запертых в этом тесном кругу, страх — знаменатель общей дроби. Но тот человек не кажется дрожащим подобно привидению трусом. Я видел, как он шёл без страха и отчаяния — вместо этого я мог видеть его проницательные глаза, вглядывающиеся в окружение, и кривую улыбку, когда он поднял что-то с земли. Наблюдая за ним издалека, я чувствовал, что он зажигает слабый огонёк надежды в моём сердце, прежде чем исчезнуть в тени. Я не понимаю, почему, но я молюсь, чтобы удача оставалась на его стороне.

    Я видел новую бедную душу, заблудшую в этот кошмар. Для большинства жертв, запертых в этом тесном кругу, страх — знаменатель общей дроби. Но тот человек не кажется дрожащим подобно привидению трусом. Я видел, как он шёл без страха и отчаяния — вместо этого я мог видеть его проницательные глаза, вглядывающиеся в окружение, и кривую улыбку, когда он поднял что-то с земли. Наблюдая за ним издалека, я чувствовал, что он зажигает слабый огонёк надежды в моём сердце, прежде чем исчезнуть в тени. Я не понимаю, почему, но я молюсь, чтобы удача оставалась на его стороне.

    — Бенедикт Бейкер · игра
14. «

    Герой должен воспламенять и сжигать в битве; Если он ранен, то пусть грива лошади его ложе. Да умрёт смертью собаки трус, Зовущий себя мужем и умоляющий о пощаде!

    Герой должен воспламенять и сжигать в битве; Если он ранен, то пусть грива лошади его ложе. Да умрёт смертью собаки трус, Зовущий себя мужем и умоляющий о пощаде!

    — Василий Ян · книга
15. «

    Мы драпируем способами всеми Свое безволье, трусость, слабость, лень. Нам служит ширмой состраданья бремя, И совесть, и любая дребедень.

    Мы драпируем способами всеми Свое безволье, трусость, слабость, лень. Нам служит ширмой состраданья бремя, И совесть, и любая дребедень.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
16. «

    Никто с таким жаром не доказывает свою правдивость, как лжец, свою храбрость – как трус, свою учтивость – как дурно воспитанный человек, свою незапятнанную честь – как подонок.

    Никто с таким жаром не доказывает свою правдивость, как лжец, свою храбрость – как трус, свою учтивость – как дурно воспитанный человек, свою незапятнанную честь – как подонок.

    — Маргарет Митчелл · книга
17. «

    — Я знаю, как проникнуть в замок. — Кажется, у него есть план. — И ты пойдешь первым! — Да! ... Я? — Ну да! — Я-я-я-я... Я её оттуда выведу! — Вот именно. — Ну ладно, только ради Дороти. Я их всех на кусочки разорву, кто бы это ни был — ведьма или её люди! Даже если я погибну, всё равно я туда пойду... Я только хочу, чтобы вы выполнили мою просьбу... — Какую? — Отговорите меня!

    — Я знаю, как проникнуть в замок. — Кажется, у него есть план. — И ты пойдешь первым! — Да! ... Я? — Ну да! — Я-я-я-я... Я её оттуда выведу! — Вот именно. — Ну ладно, только ради Дороти. Я их всех на кусочки разорву, кто бы это ни был — ведьма или её люди! Даже если я погибну, всё равно я туда пойду... Я только хочу, чтобы вы выполнили мою просьбу... — Какую? — Отговорите меня!

    — Страшила · фильм
18. «

    Трус тот, кто увиливает от трудов, жертв и опасностей, выпавших на долю его народа.

    Трус тот, кто увиливает от трудов, жертв и опасностей, выпавших на долю его народа.

    — Герман Гессе · книга
19. «

    Прослыть трусливой хуже, чем понести кару, выполнив обещанное, а удача сопутствует храброму.

    Прослыть трусливой хуже, чем понести кару, выполнив обещанное, а удача сопутствует храброму.

    — Фернандо де Рохас · книга
20. «

    Однажды Леонард попробовал поговорить с родителем. После дуэли с Савиньяком. Тессорий пришёл узнать, как себя чувствует сын. Сына лихорадило, к тому же лекарь напоил его горячим вином, и плотину прорвало. Он сказал, что хочет в отставку, а в ответ услышал, что в нём говорит жар, но когда он придёт в себя, ему будет стыдно за свою трусость. Трусость… Это был чуть ли не единственный случай, когда он ее преодолел.

    Однажды Леонард попробовал поговорить с родителем. После дуэли с Савиньяком. Тессорий пришёл узнать, как себя чувствует сын. Сына лихорадило, к тому же лекарь напоил его горячим вином, и плотину прорвало. Он сказал, что хочет в отставку, а в ответ услышал, что в нём говорит жар, но когда он придёт в себя, ему будет стыдно за свою трусость. Трусость… Это был чуть ли не единственный случай, когда он ее преодолел.

    — Вера Камша · книга