377 сильных цитат: «тюрьма»

Собрали 377 цитат на тему «тюрьма» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Внутреннюю свободу — наручниками не заковать.

   Внутреннюю свободу — наручниками не заковать.
2. «

   Некто начертал на дверях тюрьмы: «Вот дом печали, где люди похоронены заживо. Здесь испытывается истинная дружба и познается мера ненависти врагов».

   Некто начертал на дверях тюрьмы: «Вот дом печали, где люди похоронены заживо. Здесь испытывается истинная дружба и познается мера ненависти врагов».

   — Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей) · книга
3. «

   Иногда мне казалось, что жизнь в тюрьме и то легче моего жалкого существования. Там не надо принимать решения, ты прекрасно знаешь весь свой «расклад», а если будешь хорошо себя вести, то можешь заняться учебой. Ты знаешь, что наказание когда-то закончится. Неужели не странно, что я со своей колоссальной потребностью в «личной свободе» соблазнился преимуществами тюремной жизни?

   Иногда мне казалось, что жизнь в тюрьме и то легче моего жалкого существования. Там не надо принимать решения, ты прекрасно знаешь весь свой «расклад», а если будешь хорошо себя вести, то можешь заняться учебой. Ты знаешь, что наказание когда-то закончится. Неужели не странно, что я со своей колоссальной потребностью в «личной свободе» соблазнился преимуществами тюремной жизни?

   — Ингер Эдельфельдт · книга
4. «

   — Гражданин Горбушкин, за дачу ложных показаний полагается до трёх лет лишения свободы. — Ха! До трёх лет? — До трёх. — Это что. Это не высшая мера. Вот высшую меру, между нами говоря, я действительно с трудом переношу.

   — Гражданин Горбушкин, за дачу ложных показаний полагается до трёх лет лишения свободы. — Ха! До трёх лет? — До трёх. — Это что. Это не высшая мера. Вот высшую меру, между нами говоря, я действительно с трудом переношу.

   — Следователь · фильм
5. «

   Говорят, от тюрьмы и от сумы не зарекаются. А ещё от болезни.

   Говорят, от тюрьмы и от сумы не зарекаются. А ещё от болезни.

   — Наталия Сухинина · книга
6. «

   Тюрьма – это рубеж. Одних она ломает, делает озлобленными, непригодными для нормальной жизни, других – закаляет.

   Тюрьма – это рубеж. Одних она ломает, делает озлобленными, непригодными для нормальной жизни, других – закаляет.

   — Дарья Донцова · книга
7. «

   Товарищи! Пришло время выступить против всех, кто поработил нас! Да познают они мужество русского народа! Мы все проливали кровь за Родину! Мы ответили на её зов без сомнения! Мы отдали свою молодость, свои сердца, свои души ради её спасения! Мы сражались бок о бок против фашистов! Мы ползли по кровавой грязи, по безводным пескам ради нашей победы! Не ради наград! Не ради славы! Ради правого дела! Мы жаждали мести! Когда Берлин пал — чем отплатили нам вожди? Вместо благодарности нас ждали подозрения и преследования! В глазах наших вождей мы были поражены капиталистической заразой! Нас оторвали от любимых и бросили сюда! Сюда — в это ужасное место! Здесь мы томились, не надеясь на спасение, не надеясь на справедливость! Мы трудились в шахтах Драговича, пока плоть не начала облезать с костей! Мы смотрели, как наши товарищи умирали от болезней! Мы голодали! Нас избивали! Но не сломали! Сегодня наши жестокие, бесчестные вожди получат наше послание! Не жить им больше за счёт страданий и трудов народа! Не купить им души добрых людей! Они падут! О нас не забудут! Сегодня, товарищи, Воркуту охватит ПЛАМЯ!!!

   Товарищи! Пришло время выступить против всех, кто поработил нас! Да познают они мужество русского народа! Мы все проливали кровь за Родину! Мы ответили на её зов без сомнения! Мы отдали свою молодость, свои сердца, свои души ради её спасения! Мы сражались бок о бок против фашистов! Мы ползли по кровавой грязи, по безводным пескам ради нашей победы! Не ради наград! Не ради славы! Ради правого дела! Мы жаждали мести! Когда Берлин пал — чем отплатили нам вожди? Вместо благодарности нас ждали подозрения и преследования! В глазах наших вождей мы были поражены капиталистической заразой! Нас оторвали от любимых и бросили сюда! Сюда — в это ужасное место! Здесь мы томились, не надеясь на спасение, не надеясь на справедливость! Мы трудились в шахтах Драговича, пока плоть не начала облезать с костей! Мы смотрели, как наши товарищи умирали от болезней! Мы голодали! Нас избивали! Но не сломали! Сегодня наши жестокие, бесчестные вожди получат наше послание! Не жить им больше за счёт страданий и трудов народа! Не купить им души добрых людей! Они падут! О нас не забудут! Сегодня, товарищи, Воркуту охватит ПЛАМЯ!!!

   — Виктор Резнов · игра
8. «

   Есть множество богатых людей, которые живут в своих тюрьмах, пойманные в западню собственной жадностью, отгородившись от мира.

   Есть множество богатых людей, которые живут в своих тюрьмах, пойманные в западню собственной жадностью, отгородившись от мира.

   — Карин Слотер · книга
9. «

   Смотри, где мы сидим, несмотря на все наши многоступенчатые планы — в тюрьме на краю земли. На самом деле миром движут те, кто угодил в водоворот случайности. Кружатся там, кричат и льют кровь. Мы с тобой абсолютно бессильны против силы их духа.

   Смотри, где мы сидим, несмотря на все наши многоступенчатые планы — в тюрьме на краю земли. На самом деле миром движут те, кто угодил в водоворот случайности. Кружатся там, кричат и льют кровь. Мы с тобой абсолютно бессильны против силы их духа.

   — Осаму Дадзай · аниме
10. «

    — Лëх, ты что? — Что ты такое намуливал, дурачок? Ты что из этих, как его, из авторитетов что ль? — Да нет, в тюрьме меня уважали, а это так на память. — На память? На память о чем? О пяти годах скотского существования?

    — Лëх, ты что? — Что ты такое намуливал, дурачок? Ты что из этих, как его, из авторитетов что ль? — Да нет, в тюрьме меня уважали, а это так на память. — На память? На память о чем? О пяти годах скотского существования?

    — Гарик Смолин · сериал
11. «

    — Слушай, Гарри, — наконец промолвил Гус. — Мы давно с тобой копы… — Уж скоро двадцать лет. — Неужели ты никогда не задумывался, что система попросту не работает? Что самые большие сволочи ухитряются избежать тюрьмы и снова выходят на улицы? А?

    — Слушай, Гарри, — наконец промолвил Гус. — Мы давно с тобой копы… — Уж скоро двадцать лет. — Неужели ты никогда не задумывался, что система попросту не работает? Что самые большие сволочи ухитряются избежать тюрьмы и снова выходят на улицы? А?

    — Джеффри Линдсей · книга
12. «

    В странах, где в тюрьмах граждане не чувствуют себя в безопасности, они и на свободе точно так же не чувствуют себя в безопасности.

    В странах, где в тюрьмах граждане не чувствуют себя в безопасности, они и на свободе точно так же не чувствуют себя в безопасности.

    — Станислав Ежи Лец · книга
13. «

    — Ты не участвуешь в организованном досуге, не ходишь в церковь, ни с кем не разговариваешь... — У меня не бывает досуга, в бога я не верю, разговаривать не люблю. — Время в тюрьме тянется медленно. Годами ждать и только ты не сможешь. — Почему нет? — Чего же ты будешь ждать? — Восхода солнца в Гайане!

    — Ты не участвуешь в организованном досуге, не ходишь в церковь, ни с кем не разговариваешь... — У меня не бывает досуга, в бога я не верю, разговаривать не люблю. — Время в тюрьме тянется медленно. Годами ждать и только ты не сможешь. — Почему нет? — Чего же ты будешь ждать? — Восхода солнца в Гайане!

    — Эмма Мур · фильм
14. «

    — Я Трейси Уитни. — Она чуть не сказала: «Я была Трейси Уитни». У нее возникло кошмарное ощущение, что она лишается собственного «я».

    — Я Трейси Уитни. — Она чуть не сказала: «Я была Трейси Уитни». У нее возникло кошмарное ощущение, что она лишается собственного «я».

    — Сидни Шелдон · книга
15. «

    Меня тревожат не те люди, которые сидят в тюрьме, меня тревожат люди, которые не сидят в тюрьме.

    Меня тревожат не те люди, которые сидят в тюрьме, меня тревожат люди, которые не сидят в тюрьме.

    — Артур Уильям Чарльз Гор
16. «

    «Стою и смотрю в окно, вцепившись руками в решётку. Увижу ли я свободу, когда это всё закончится и сколько мне надо сил? Вся жизнь в одном дне, как кадр фотоаппарата. Кадров много, но каждый уникальный по-своему. Как же пустынники, монахи, по доброй воле избравшие свой путь затворничества? Один шаг, и они в миру. Меня закрыли принудительно, и я, как птица, рвусь из клетки. Веры во мне мало... Я боюсь потерять всё, что имею. Но дни закончатся, небо потухнет, солнце угаснет и, взглянув на свою жизнь по-новому, мы все отойдём к Богу. С чем идти, как стоять перед ним с такой душой? Как же мало у меня смирения и веры в Него! Могу ли я рассчитывать, что Господь будет со мной и всё сделает для меня, если я не смиряюсь?»

    «Стою и смотрю в окно, вцепившись руками в решётку. Увижу ли я свободу, когда это всё закончится и сколько мне надо сил? Вся жизнь в одном дне, как кадр фотоаппарата. Кадров много, но каждый уникальный по-своему. Как же пустынники, монахи, по доброй воле избравшие свой путь затворничества? Один шаг, и они в миру. Меня закрыли принудительно, и я, как птица, рвусь из клетки. Веры во мне мало... Я боюсь потерять всё, что имею. Но дни закончатся, небо потухнет, солнце угаснет и, взглянув на свою жизнь по-новому, мы все отойдём к Богу. С чем идти, как стоять перед ним с такой душой? Как же мало у меня смирения и веры в Него! Могу ли я рассчитывать, что Господь будет со мной и всё сделает для меня, если я не смиряюсь?»

    — Владимир Болтунов · книга
17. «

    — О, наконец-то, вот и моя посетительница! Что ты принесла на обед, Дот? — Я думал вы звонили своему адвокату. — Мой адвокат не умеет готовить.

    — О, наконец-то, вот и моя посетительница! Что ты принесла на обед, Дот? — Я думал вы звонили своему адвокату. — Мой адвокат не умеет готовить.

    — Фрайни Фишер · сериал
18. «

    В темницах нет окон и все часы походи один на другой, а для меня теперь всякий час — полночь.

    В темницах нет окон и все часы походи один на другой, а для меня теперь всякий час — полночь.

    — Джордж Мартин · книга
19. «

    Годы прошли... Это место стало тюрьмой...

    Годы прошли... Это место стало тюрьмой...

    — Винсент Келлер (Vincent Keller) · сериал
20. «

    — А ты зачем бежал? — Все пабижали — и я пабижал...

    — А ты зачем бежал? — Все пабижали — и я пабижал...

    — Евгений Иванович Трошкин · фильм