184 цитаты на тему «убеждения» — подборка редакции

Тема «убеждения» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 184 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Убеждения превращают нас всех в трусов.

   Убеждения превращают нас всех в трусов.

   — Олдос Хаксли · книга
2. «

   Самый верный способ попасться — это убедить себя в провале заранее.

   Самый верный способ попасться — это убедить себя в провале заранее.

   — Этель Лилиан Войнич · книга
3. «

   У него такие сильные убеждения, каких мы себе представить не можем, и он их изо дня в день все усиливает. Если где-то ему достается, он от этого старается стать еще сильнее. Чем кому-то спину показать, он скорее слизняка готов проглотить.

   У него такие сильные убеждения, каких мы себе представить не можем, и он их изо дня в день все усиливает. Если где-то ему достается, он от этого старается стать еще сильнее. Чем кому-то спину показать, он скорее слизняка готов проглотить.

   — Харуки Мураками · книга
4. «

   Кто слишком усердно убеждает, тот никого не убедит.

   Кто слишком усердно убеждает, тот никого не убедит.

   — Николя де Шамфор
5. «

   Люди говорят обо мне: ей сорок, она не замужем, значит по вечерам она рыдает на беговой дорожке под сочувственными взглядами своих собак. Даже если это и правда, это мои собаки, моя дорожка и моя жизнь.

   Люди говорят обо мне: ей сорок, она не замужем, значит по вечерам она рыдает на беговой дорожке под сочувственными взглядами своих собак. Даже если это и правда, это мои собаки, моя дорожка и моя жизнь.

   — Рене Кэтлин Зеллвегер
6. «

   Если у мужчины нет шрамов, значит он ни разу не дрался за свои убеждения.

   Если у мужчины нет шрамов, значит он ни разу не дрался за свои убеждения.

   — Корделл Уокер · сериал
7. «

   Я никогда не отдам жизнь за свои убеждения, потому что я могу заблуждаться.

   Я никогда не отдам жизнь за свои убеждения, потому что я могу заблуждаться.

   — Бертран Рассел
8. «

   Любопытно наблюдать власть мелочей над человеческим умом: до чего важную роль играют они в образовании и развитии наших мнений о людях и вещах! Какой-нибудь пустяк, лёгкий, как воздух, способен поселить в нашей душе убеждение и так прочно его там утвердить, что даже все Эвклидовы доказательства, пущенные в ход для его опровержения, были бы бессильны его поколебать.

   Любопытно наблюдать власть мелочей над человеческим умом: до чего важную роль играют они в образовании и развитии наших мнений о людях и вещах! Какой-нибудь пустяк, лёгкий, как воздух, способен поселить в нашей душе убеждение и так прочно его там утвердить, что даже все Эвклидовы доказательства, пущенные в ход для его опровержения, были бы бессильны его поколебать.

   — Лоренс Стерн · книга
9. «

   Идеи вроде той, что величайший ум, если его отправить на казарменный двор, за неделю обучается прыгать по команде фельдфебеля или что одного лейтенанта и восьми солдат достаточно, чтобы взять под арест любую парламентскую говорильню мира, нащли, правда лишь позднее, свое классическое выражение в открытии, что влив несколько ложек касторки в глотку идеалиста, можно сделать смешными самые твердые убеждения.

   Идеи вроде той, что величайший ум, если его отправить на казарменный двор, за неделю обучается прыгать по команде фельдфебеля или что одного лейтенанта и восьми солдат достаточно, чтобы взять под арест любую парламентскую говорильню мира, нащли, правда лишь позднее, свое классическое выражение в открытии, что влив несколько ложек касторки в глотку идеалиста, можно сделать смешными самые твердые убеждения.

   — Роберт Музиль · книга
10. «

    — Ты коммунист? — Нет, я антифашист. — С каких пор? — С тех пор как понял, что такое фашизм.

    — Ты коммунист? — Нет, я антифашист. — С каких пор? — С тех пор как понял, что такое фашизм.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
11. «

    — Как дела? — Ужасно, ужасно. Ко мне должен нагрянуть Яков Семенович. — А! О! А! Ой, Яков Семенович! Ой, как страшно. Хех, я не знаю кто это, но мне очень страшно. Просто неизвестность, она пугает. — Я тоже его не знаю, это проверяющий из министерства. Говорят зверь. Что делать? — Что делать?! Для начала, Серёга, надо успокоиться. Проверяющий — он же как женщина. Нужно немножко потратиться для того, чтобы получить нужный результат. — В смысле? — Ну как в смысле? Ну, дать взяточку. — Ты что? Это невозможно. Это противоречит моим моральным убеждениям. — Ну да, отлично, отлично. Лишишься лицензии, придешь домой и скажешь: «Девочки! У папы нет ни работы ни денег, но зато очень много моральных убеждений. Так что кушайте моральные убеждения».

    — Как дела? — Ужасно, ужасно. Ко мне должен нагрянуть Яков Семенович. — А! О! А! Ой, Яков Семенович! Ой, как страшно. Хех, я не знаю кто это, но мне очень страшно. Просто неизвестность, она пугает. — Я тоже его не знаю, это проверяющий из министерства. Говорят зверь. Что делать? — Что делать?! Для начала, Серёга, надо успокоиться. Проверяющий — он же как женщина. Нужно немножко потратиться для того, чтобы получить нужный результат. — В смысле? — Ну как в смысле? Ну, дать взяточку. — Ты что? Это невозможно. Это противоречит моим моральным убеждениям. — Ну да, отлично, отлично. Лишишься лицензии, придешь домой и скажешь: «Девочки! У папы нет ни работы ни денег, но зато очень много моральных убеждений. Так что кушайте моральные убеждения».

    — Сергей Алексеевич Васнецов · сериал
12. «

    Не надо думать, что человек, поступающий в соответствии со своими убеждениями, уже порядочный человек. Надо проверить, а порядочны ли его убеждения.

    Не надо думать, что человек, поступающий в соответствии со своими убеждениями, уже порядочный человек. Надо проверить, а порядочны ли его убеждения.

    — Фёдор Михайлович Достоевский
13. «

    Люди не считают дурным есть животных оттого, что ложные учителя уверили их в том, что Бог разрешил людям есть животных. Это неправда. В каких бы книгах ни было написано, что не грех убивать животных и есть их, в сердце каждого человека написано яснее, чем в каких бы то ни было книгах, что животных надо жалеть и нельзя убивать так же, как и людей. Мы все знаем это, если не заглушаем в себе совести.

    Люди не считают дурным есть животных оттого, что ложные учителя уверили их в том, что Бог разрешил людям есть животных. Это неправда. В каких бы книгах ни было написано, что не грех убивать животных и есть их, в сердце каждого человека написано яснее, чем в каких бы то ни было книгах, что животных надо жалеть и нельзя убивать так же, как и людей. Мы все знаем это, если не заглушаем в себе совести.

    — Лев Николаевич Толстой
14. «

    Убеждение, которое сразу же допускает законность противоположного мнения, осуждает себя на бесплодие.

    Убеждение, которое сразу же допускает законность противоположного мнения, осуждает себя на бесплодие.

    — Роже Мартен дю Гар
15. «

    Чем хороши рассуждения – всегда можно убедить себя, что поступаешь благородно, а не, скажем, трусливо.

    Чем хороши рассуждения – всегда можно убедить себя, что поступаешь благородно, а не, скажем, трусливо.

    — Роджер Желязны · книга
16. «

    Человек несет всю тяжесть мира на своих плечах: он ответствен за мир и за самого себя как определенный способ бытия... Поэтому в жизни нет случайности. Ни одно общественное событие, возникшее внезапно и увлекшее меня, не приходит извне: если я мобилизован на войну, это есть моя война, я виновен в ней, и я ее заслуживаю. Я ее заслуживаю прежде всего потому, что мог уклониться от нее посредством самоубийства или дезертирства. Раз я этого не сделал, значит, я ее выбрал.

    Человек несет всю тяжесть мира на своих плечах: он ответствен за мир и за самого себя как определенный способ бытия... Поэтому в жизни нет случайности. Ни одно общественное событие, возникшее внезапно и увлекшее меня, не приходит извне: если я мобилизован на войну, это есть моя война, я виновен в ней, и я ее заслуживаю. Я ее заслуживаю прежде всего потому, что мог уклониться от нее посредством самоубийства или дезертирства. Раз я этого не сделал, значит, я ее выбрал.

    — Жан-Поль Сартр · книга
17. «

    Даже разъясни Страйк причины, по которым подозревал Уиттекера, люди, скорее всего, только высмеяли бы предположение о том, что любитель извращений и садизма мог отрезать женщине ногу. Страйк знал, как сильно укоренилось в людских головах убеждение, что злодей всегда скрывает свою опасную склонность к насилию и подавлению. Если же склонность эта выставляется на показ, доверчивый люд только хохочет, объявляет ее позёрством и находит в ней определенную изюминку.

    Даже разъясни Страйк причины, по которым подозревал Уиттекера, люди, скорее всего, только высмеяли бы предположение о том, что любитель извращений и садизма мог отрезать женщине ногу. Страйк знал, как сильно укоренилось в людских головах убеждение, что злодей всегда скрывает свою опасную склонность к насилию и подавлению. Если же склонность эта выставляется на показ, доверчивый люд только хохочет, объявляет ее позёрством и находит в ней определенную изюминку.

    — Роберт Гэлбрейт · книга
18. «

    Кто хвастается неизменностью убеждений, тот берет на себя обязательство всегда идти прямым путем, тот глупец, верящий в свою непогрешимость. Принципов нет, есть события; законов нет, есть обстоятельства: тот кто выше толпы, приноравливается к событиям и обстоятельствам, чтобы руководить ими.

    Кто хвастается неизменностью убеждений, тот берет на себя обязательство всегда идти прямым путем, тот глупец, верящий в свою непогрешимость. Принципов нет, есть события; законов нет, есть обстоятельства: тот кто выше толпы, приноравливается к событиям и обстоятельствам, чтобы руководить ими.

    — Оноре де Бальзак · книга
19. «

    Никогда никому не был опасен колеблющийся, поражённый гамлетизмом дух: злое начало обитает в напряжении воли, в неспособности к квиетизму, в прометеевой мании величия племени, пламенеющего идеалами, переполняемого убеждениями, которое, начав глумиться над сомнением и ленью — пороками более благородными, чем все его добродетели, — вступает на путь погибели, вступает в историю, эту неприличную смесь пошлости и апокалипсиса.

    Никогда никому не был опасен колеблющийся, поражённый гамлетизмом дух: злое начало обитает в напряжении воли, в неспособности к квиетизму, в прометеевой мании величия племени, пламенеющего идеалами, переполняемого убеждениями, которое, начав глумиться над сомнением и ленью — пороками более благородными, чем все его добродетели, — вступает на путь погибели, вступает в историю, эту неприличную смесь пошлости и апокалипсиса.

    — Эмиль Мишель Чоран (Сьоран) · книга
20. «

    Пока я сам не приобрел достаточных знаний и не овладел спорными вопросами, переубедить кого бы то ни было совершенно безнадежно.

    Пока я сам не приобрел достаточных знаний и не овладел спорными вопросами, переубедить кого бы то ни было совершенно безнадежно.

    — Адольф Гитлер · книга