«убийство»: 410 цитат со смыслом

Тема «убийство» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 410 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Какими бы тварями мы ни были... Неважно, по каким причинам мы это творили... Это нас не оправдывает. Нельзя убивать просто так!

   Какими бы тварями мы ни были... Неважно, по каким причинам мы это творили... Это нас не оправдывает. Нельзя убивать просто так!

   — Акселератор · аниме
2. «

   — Не спросишь о подозрительных отпечатках лап? Детектив бы спросила. — Это следы лап Корнелии, мастифа жертвы. Где она — неизвестно. — Понятно. Собака-убийца. Настоящие убийства тебе не доверяют, Дэниел?

   — Не спросишь о подозрительных отпечатках лап? Детектив бы спросила. — Это следы лап Корнелии, мастифа жертвы. Где она — неизвестно. — Понятно. Собака-убийца. Настоящие убийства тебе не доверяют, Дэниел?

   — Люцифер Морнингстар · сериал
3. «

   — Можно я ее убью? — Не на людях.

   — Можно я ее убью? — Не на людях.

   — Дин Винчестер · сериал
4. «

   Хоть на войне я убивал людей, Убийство в мирной жизни — преступленье.

   Хоть на войне я убивал людей, Убийство в мирной жизни — преступленье.

   — Уильям Шекспир · книга
5. «

   Ты чувствуешь, как последнее дыхание жизни уходит из тела. Ты смотришь в глаза своей жертвы. Человек в такой ситуации — просто Бог!

   Ты чувствуешь, как последнее дыхание жизни уходит из тела. Ты смотришь в глаза своей жертвы. Человек в такой ситуации — просто Бог!

   — Тед Банди
6. «

   – Ты дрожишь, – проговорил он. – Я не привыкла к тому, что люди пытаются меня убить. – Серьезно? Я такое уже почти не замечаю.

   – Ты дрожишь, – проговорил он. – Я не привыкла к тому, что люди пытаются меня убить. – Серьезно? Я такое уже почти не замечаю.

   — Ли Бардуго · книга
7. «

   Власть всегда избавляется от тех, кто ей неугоден. Бесшумно или громко. Власть убивает всех, кто стоит на ее пути и мешает проворачивать гнусные дела. И мы не можем этого игнорировать, притворяться, что этого нет.

   Власть всегда избавляется от тех, кто ей неугоден. Бесшумно или громко. Власть убивает всех, кто стоит на ее пути и мешает проворачивать гнусные дела. И мы не можем этого игнорировать, притворяться, что этого нет.

   — Люк
8. «

   Мне кажется, радоваться какому бы то ни было убийству плохо — я против любой рыбалки.

   Мне кажется, радоваться какому бы то ни было убийству плохо — я против любой рыбалки.

   — Жак-Ив Кусто
9. «

   — Если бы вы были моим мужем, я бы подсыпала вам яд в кофе. — Если бы вы были моей женой, я бы этот кофе выпил.

   — Если бы вы были моим мужем, я бы подсыпала вам яд в кофе. — Если бы вы были моей женой, я бы этот кофе выпил.

   — Уинстон Черчилль
10. «

    Позже мне казалось, что я спасал жизни, убивая некоторых из них.

    Позже мне казалось, что я спасал жизни, убивая некоторых из них.

    — Поппи Брайт · книга
11. «

    Убивай или убьют тебя.

    Убивай или убьют тебя.
12. «

    В мире все нападают друг на друга и убивают друг друга. Мы пытаемся оправдать себя, говоря, что это единственный верный выбор. Но нет такой причины, ради которой можно отбирать жизнь. Сам акт отнятия жизни – зло. И если такая вещь, как душа все-таки существует, не похоже, что это хоть как-то поможет.

    В мире все нападают друг на друга и убивают друг друга. Мы пытаемся оправдать себя, говоря, что это единственный верный выбор. Но нет такой причины, ради которой можно отбирать жизнь. Сам акт отнятия жизни – зло. И если такая вещь, как душа все-таки существует, не похоже, что это хоть как-то поможет.
13. «

    Идеальное убийство — не то, которое не раскрыто вовсе, а то, которое раскрыто по ложному следу.

    Идеальное убийство — не то, которое не раскрыто вовсе, а то, которое раскрыто по ложному следу.

    — Убийства в Оксфорде (The Oxford Murders) · фильм
14. «

    Все семейные фильмы начинаются с убийства: Король Лев, Бемби, Пила 7...

    Все семейные фильмы начинаются с убийства: Король Лев, Бемби, Пила 7...

    — Уэйд Уилсон / Дэдпул · фильм
15. «

    — Он мне сказал, что убил того человека, который забрал у нас Зою. Это так, Мойша? — Это так. Он убил. — Он так сказал, а больше... больше он ничего не сказал,... наверное подумал, что я буду рад? Как можно быть радым, когда убили человека? — Это был не человек. — Когда Бог с чего-то сотворил его человеком — так это человек.

    — Он мне сказал, что убил того человека, который забрал у нас Зою. Это так, Мойша? — Это так. Он убил. — Он так сказал, а больше... больше он ничего не сказал,... наверное подумал, что я буду рад? Как можно быть радым, когда убили человека? — Это был не человек. — Когда Бог с чего-то сотворил его человеком — так это человек.

    — Мишка Япончик · сериал
16. «

    Женщины, которых я убивал, были грязными… это мерзкие проститутки, пакостящие на улицах. Я просто немного очистил город от дряни — вот и все.

    Женщины, которых я убивал, были грязными… это мерзкие проститутки, пакостящие на улицах. Я просто немного очистил город от дряни — вот и все.

    — Питер Сатклифф
17. «

    Если убьёшь одного человека — ты преступник. Убьёшь тысячи — герой. А если убить всех — ты станешь богом.

    Если убьёшь одного человека — ты преступник. Убьёшь тысячи — герой. А если убить всех — ты станешь богом.

    — Декстер Морган · сериал
18. «

    Эпилог. Я смог остановить свои непрерывные попытки свести счёты с жизнью. Однако ценой того, что я остался жив, стала смерть двоих полицейских. Я убил их, застрелил обоих. Этого не должно было случиться. Доктора подтвердили, что я находился в состоянии психоза, и значит, наказание, которое мне назначат, не будет слишком тяжелым. Я должен буду провести остаток своей жизни в лечебнице для душевнобольных, где медсёстры и доктора смогут заботиться обо мне. Они разрешили мне дописать эту книгу, — и это мне очень помогло. Я написал себе персональный хэппи-энд. Теперь я чувствую себя лучше, я почти примирился с собой, и хотя я по-прежнему прикован к креслу-каталке, сейчас я готов принять это. Я конечно, никогда не прощу себе убийства двух полицейских, но вокруг меня столько людей, готовых оказать мне поддержку, что, я думаю, всё будет в порядке. Доктор Пурнелл наставляет меня и наблюдает за моим прогрессом. Мне повезло с ним. Софи навещает меня время от времени, когда доктора позволяют ей. Они всё ещё считают её визиты слишком «дестабилизирующими» для меня и мешающими моему прогрессу. Каждый раз я прошу у неё прощения за то, что сделал её жизнь такой несчастной. Она только слабо улыбается в ответ и просит не болтать ерунды, но я вижу боль в её глазах каждый раз, когда она смотрит на меня. Она нашла себе нового друга, готового быть рядом с ней и заботиться о ней. Я рад за неё, хотя и скучаю по тем временам, когда мы были рядом, зная, что их уже не вернуть. Думаю, что это хороший момент, чтобы закончить эту книгу. Она изменила мою жизнь навсегда. Конец.

    Эпилог. Я смог остановить свои непрерывные попытки свести счёты с жизнью. Однако ценой того, что я остался жив, стала смерть двоих полицейских. Я убил их, застрелил обоих. Этого не должно было случиться. Доктора подтвердили, что я находился в состоянии психоза, и значит, наказание, которое мне назначат, не будет слишком тяжелым. Я должен буду провести остаток своей жизни в лечебнице для душевнобольных, где медсёстры и доктора смогут заботиться обо мне. Они разрешили мне дописать эту книгу, — и это мне очень помогло. Я написал себе персональный хэппи-энд. Теперь я чувствую себя лучше, я почти примирился с собой, и хотя я по-прежнему прикован к креслу-каталке, сейчас я готов принять это. Я конечно, никогда не прощу себе убийства двух полицейских, но вокруг меня столько людей, готовых оказать мне поддержку, что, я думаю, всё будет в порядке. Доктор Пурнелл наставляет меня и наблюдает за моим прогрессом. Мне повезло с ним. Софи навещает меня время от времени, когда доктора позволяют ей. Они всё ещё считают её визиты слишком «дестабилизирующими» для меня и мешающими моему прогрессу. Каждый раз я прошу у неё прощения за то, что сделал её жизнь такой несчастной. Она только слабо улыбается в ответ и просит не болтать ерунды, но я вижу боль в её глазах каждый раз, когда она смотрит на меня. Она нашла себе нового друга, готового быть рядом с ней и заботиться о ней. Я рад за неё, хотя и скучаю по тем временам, когда мы были рядом, зная, что их уже не вернуть. Думаю, что это хороший момент, чтобы закончить эту книгу. Она изменила мою жизнь навсегда. Конец.

    — Саймон · игра
19. «

    Если ни во что не веришь, если ни в чем не видишь смысла и не можешь утверждать никакую ценность, все дозволено и ничто не имеет значения. Нет доводов «за», нет доводов «против», убийцу невозможно ни осудить, ни оправдать. Что сжигать людей в газовых печах, что посвящать свою жизнь уходу за прокаженными — разницы никакой. Добродетель и злой умысел становятся делом случая или каприза. И вот приходишь к решению вообще не действовать, а это означает, что ты, во всяком случае, миришься с убийством, которое совершено другим. Тебе же остается разве что сокрушаться о несовершенстве человеческой природы. А почему бы еще не подменить действие трагическим дилетантизмом? В таком случае человеческая жизнь оказывается ставкой в игре. Можно, наконец, замыслить действие не совсем бесцельное. И тогда, за неимением высшей ценности, направляющей действие, оно будет ориентировано на непосредственный результат. Если нет ни истинного, ни ложного, ни хорошего, ни дурного, правилом становится максимальная эффективность самого действия, то есть сила. И тогда надо разделять людей не на праведников и грешников, а на господ и рабов. Так что, с какой стороны ни смотреть, дух отрицания и нигилизма отводит убийству почетное место.

    Если ни во что не веришь, если ни в чем не видишь смысла и не можешь утверждать никакую ценность, все дозволено и ничто не имеет значения. Нет доводов «за», нет доводов «против», убийцу невозможно ни осудить, ни оправдать. Что сжигать людей в газовых печах, что посвящать свою жизнь уходу за прокаженными — разницы никакой. Добродетель и злой умысел становятся делом случая или каприза. И вот приходишь к решению вообще не действовать, а это означает, что ты, во всяком случае, миришься с убийством, которое совершено другим. Тебе же остается разве что сокрушаться о несовершенстве человеческой природы. А почему бы еще не подменить действие трагическим дилетантизмом? В таком случае человеческая жизнь оказывается ставкой в игре. Можно, наконец, замыслить действие не совсем бесцельное. И тогда, за неимением высшей ценности, направляющей действие, оно будет ориентировано на непосредственный результат. Если нет ни истинного, ни ложного, ни хорошего, ни дурного, правилом становится максимальная эффективность самого действия, то есть сила. И тогда надо разделять людей не на праведников и грешников, а на господ и рабов. Так что, с какой стороны ни смотреть, дух отрицания и нигилизма отводит убийству почетное место.

    — Альбер Камю · книга
20. «

    Их бессердечное пренебрежение нашими жизнями отвратительно Богу.

    Их бессердечное пренебрежение нашими жизнями отвратительно Богу.

    — дозорный Стендарра · игра