115 фраз на тему «учение», которые цепляют

115 цитат про «учение»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Как же ты, уча другого, не учишь самого себя?

   Как же ты, уча другого, не учишь самого себя?

   — Апостол Павел · книга
2. «

   Чем сомнительнее учение, тем больше сил приходится тратить для доказательства его чистоты.

   Чем сомнительнее учение, тем больше сил приходится тратить для доказательства его чистоты.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
3. «

   В кромешной тьме — нет места свету.

   В кромешной тьме — нет места свету.
4. «

   Когда я был подростком, мой отец рассказывал мне о мрачном Средневековье, о времени, когда культуре и учению мешали варварские ритуалы и войны. С годами я понял, что Средневековье так и не закончилось, а страх, ненависть и жестокость, которые мешали жить нашим предкам, все еще рядом.

   Когда я был подростком, мой отец рассказывал мне о мрачном Средневековье, о времени, когда культуре и учению мешали варварские ритуалы и войны. С годами я понял, что Средневековье так и не закончилось, а страх, ненависть и жестокость, которые мешали жить нашим предкам, все еще рядом.

   — Александр Грейсон / Дракула · сериал
5. «

   Отец, Горюнов Александр Лупанович. Посмотрите на его руки; они умели всё. Образование 2кл. церковно приходской школы. Путём учебы на курсах и невероятной воли добился работы дежурным по Станции в Песи и Теребутицах, затем в Хвойной начальник станции и диспетчер. В войну был в блокаде в Ленинграде работая на станции Кушелевка. После войны Хвойная. Много отдано сил и нервов, стал попивать, но золотые руки не дали пропасть, плотником ушел на пенсию.

   Отец, Горюнов Александр Лупанович. Посмотрите на его руки; они умели всё. Образование 2кл. церковно приходской школы. Путём учебы на курсах и невероятной воли добился работы дежурным по Станции в Песи и Теребутицах, затем в Хвойной начальник станции и диспетчер. В войну был в блокаде в Ленинграде работая на станции Кушелевка. После войны Хвойная. Много отдано сил и нервов, стал попивать, но золотые руки не дали пропасть, плотником ушел на пенсию.

   — Евгений Александрович Горюнов
6. «

   Вы, о люди, истребляете леса, а они украшают землю, они учат человека понимать прекрасное и внушают ему величавое настроение.

   Вы, о люди, истребляете леса, а они украшают землю, они учат человека понимать прекрасное и внушают ему величавое настроение.

   — Антон Павлович Чехов · книга
7. «

   Строительство – дело, которое выполняют сообща. Ученичество – занятие, которому предаются в одиночестве.

   Строительство – дело, которое выполняют сообща. Ученичество – занятие, которому предаются в одиночестве.

   — Элиф Шафак · книга
8. «

   Готова ли ты идти до конца, чтобы встретить своё естество, если ради этого придётся отречься от учителей и от самого учения, которое так поддерживает тебя и делает счастливой?

   Готова ли ты идти до конца, чтобы встретить своё естество, если ради этого придётся отречься от учителей и от самого учения, которое так поддерживает тебя и делает счастливой?

   — Дмитрий Алексеевич Калинин · книга
9. «

   И медведя люди учат.

   И медведя люди учат.

   — Русские пословицы и поговорки
10. «

    Не силой дерутся, уменьем.

    Не силой дерутся, уменьем.

    — Русские пословицы и поговорки
11. «

    Информация в чистом виде ‒ это не знание. Настоящий источник знания ‒ это опыт.

    Информация в чистом виде ‒ это не знание. Настоящий источник знания ‒ это опыт.

    — Альберт Эйнштейн
12. «

    Может быть, всё наше обучение было направленно на это? Даже если мы учили... что-то совершенно бесполезное. Они учили нас... как надо учиться.

    Может быть, всё наше обучение было направленно на это? Даже если мы учили... что-то совершенно бесполезное. Они учили нас... как надо учиться.

    — Айю
13. «

    Когда человек перестает учиться, он вступает в стадию старения.

    Когда человек перестает учиться, он вступает в стадию старения.

    — Александр Александрович Зиновьев · книга
14. «

    Мы, бедные, учимся на медные, а богачи на рублевички.

    Мы, бедные, учимся на медные, а богачи на рублевички.

    — Русские пословицы и поговорки
15. «

    Ах, боже мой, наука так пространна, А наша жизнь так коротка. Мое стремленье к знанью неустанно, И все-таки порой грызет меня тоска. Как много надо сил душевных, чтоб добраться До средств лишь, чтоб одни источники найти; А тут, того гляди, еще на полпути Придется бедняку и с жизнею расстаться.

    Ах, боже мой, наука так пространна, А наша жизнь так коротка. Мое стремленье к знанью неустанно, И все-таки порой грызет меня тоска. Как много надо сил душевных, чтоб добраться До средств лишь, чтоб одни источники найти; А тут, того гляди, еще на полпути Придется бедняку и с жизнею расстаться.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
16. «

    Радуйтесь радостям, утешениям, терпите скорби и неприятности. Учитесь жизни, как вы учитесь всякой другой науке, всякой специальности. Уже не раз я писал тебе, Л., что жизни учит сама жизнь. Я могу за вас молиться, а жить и решать каждодневные проблемы надо самим.

    Радуйтесь радостям, утешениям, терпите скорби и неприятности. Учитесь жизни, как вы учитесь всякой другой науке, всякой специальности. Уже не раз я писал тебе, Л., что жизни учит сама жизнь. Я могу за вас молиться, а жить и решать каждодневные проблемы надо самим.

    — Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)
17. «

    Во время суда он решил, что судьи не имеют права судить его, и высказал это. Когда же судьи не согласились с ним и продолжали его судить, то он решил, что не будет отвечать, и молчал на все их вопросы. Его сослали в Архангельскую губернию. Там он составил себе религиозное учение, определяющее всю его деятельность. Религиозное учение это состояло в том, что все в мире живое, что мертвого нет, что все предметы, которые мы считаем мертвыми, неорганическими, суть только части огромного органического тела, которое мы не можем обнять, и что поэтому задача человека, как частицы большого организма, состоит в поддержании жизни этого организма и всех живых частей его. И потому он считал преступлением уничтожать живое: был против войны, казней и всякого убийства не только людей, но и животных. По отношению к браку у него была тоже своя теория, состоявшая в том, что размножение людей есть только низшая функция человека, высшая же состоит в служении уже существующему живому. Он находил подтверждение этой мысли в существовании фагоцитов в крови. Холостые люди, по его мнению, были те же фагоциты, назначение которых состояло в помощи слабым, больным частям организма. Он так и жил с тех пор, как решил это, хотя прежде, юношей, предавался разврату. Он признавал себя теперь, так же как и Марью Павловну, мировыми фагоцитами.

    Во время суда он решил, что судьи не имеют права судить его, и высказал это. Когда же судьи не согласились с ним и продолжали его судить, то он решил, что не будет отвечать, и молчал на все их вопросы. Его сослали в Архангельскую губернию. Там он составил себе религиозное учение, определяющее всю его деятельность. Религиозное учение это состояло в том, что все в мире живое, что мертвого нет, что все предметы, которые мы считаем мертвыми, неорганическими, суть только части огромного органического тела, которое мы не можем обнять, и что поэтому задача человека, как частицы большого организма, состоит в поддержании жизни этого организма и всех живых частей его. И потому он считал преступлением уничтожать живое: был против войны, казней и всякого убийства не только людей, но и животных. По отношению к браку у него была тоже своя теория, состоявшая в том, что размножение людей есть только низшая функция человека, высшая же состоит в служении уже существующему живому. Он находил подтверждение этой мысли в существовании фагоцитов в крови. Холостые люди, по его мнению, были те же фагоциты, назначение которых состояло в помощи слабым, больным частям организма. Он так и жил с тех пор, как решил это, хотя прежде, юношей, предавался разврату. Он признавал себя теперь, так же как и Марью Павловну, мировыми фагоцитами.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
18. «

    Ни одна девица не стоит того, чтобы из-за нее я забросил учебу.

    Ни одна девица не стоит того, чтобы из-за нее я забросил учебу.

    — Гийом Мюссо · книга
19. «

    Настоящим чудом было, что мой отец спас деревню от чумы. Глупые деревенщины назвали его работу чудом и сожгли его на костре. И сказали, что у него на то не было права. Открытие тайн и законов реальности, их конспектирование в архивах «Шато де Тиффож» — всё это было моей задачей по проектированию апокалипсиса. Но чудеса... Они как чума, что поразила мою деревню. Поэтому я поклялась уничтожить их. Поэтому я отказываюсь проигрывать перед кем угодно, кто уповает на чудо.

    Настоящим чудом было, что мой отец спас деревню от чумы. Глупые деревенщины назвали его работу чудом и сожгли его на костре. И сказали, что у него на то не было права. Открытие тайн и законов реальности, их конспектирование в архивах «Шато де Тиффож» — всё это было моей задачей по проектированию апокалипсиса. Но чудеса... Они как чума, что поразила мою деревню. Поэтому я поклялась уничтожить их. Поэтому я отказываюсь проигрывать перед кем угодно, кто уповает на чудо.

    — Кэрол Малус Динхайм (Carol Malus Dienheim) · аниме
20. «

    Мастер меча преклонных лет сказал следующее: «В жизни человека есть этапы постижения учения. На первом этапе человек учится, но это ни к чему не приводит, и поэтому он считает себя и других неопытными. Такой человек бесполезен. На втором этапе он также бесполезен, но он осознает свое несовершенство и видит несовершенство других. На третьем этапе он гордится своими способностями, радуется похвале других людей и сожалеет о недостатках своих друзей. Такой человек уже может быть полезен. На высшем же этапе человек выглядит, так, словно ничего не знает». Это общие этапы. Но есть также еще один этап, который важнее всех остальных. На этой стадии человек постигает бесконечность совершенствования на Пути и никогда не считает, что прибыл. Он точно знает свои недостатки и никогда не думает, что преуспел. Он лишен гордости, и благодаря своему смирению постигает Путь до конца. Говорят, мастер Ягю однажды заметил: «Я не знаю, как побеждать других; я знаю, как побеждать себя». Всю свою жизнь прилежно учись. Каждый день становись более искусным, чем ты был за день до этого, а на следующий день – более искусным, чем сегодня. Совершенствование не имеет конца.

    Мастер меча преклонных лет сказал следующее: «В жизни человека есть этапы постижения учения. На первом этапе человек учится, но это ни к чему не приводит, и поэтому он считает себя и других неопытными. Такой человек бесполезен. На втором этапе он также бесполезен, но он осознает свое несовершенство и видит несовершенство других. На третьем этапе он гордится своими способностями, радуется похвале других людей и сожалеет о недостатках своих друзей. Такой человек уже может быть полезен. На высшем же этапе человек выглядит, так, словно ничего не знает». Это общие этапы. Но есть также еще один этап, который важнее всех остальных. На этой стадии человек постигает бесконечность совершенствования на Пути и никогда не считает, что прибыл. Он точно знает свои недостатки и никогда не думает, что преуспел. Он лишен гордости, и благодаря своему смирению постигает Путь до конца. Говорят, мастер Ягю однажды заметил: «Я не знаю, как побеждать других; я знаю, как побеждать себя». Всю свою жизнь прилежно учись. Каждый день становись более искусным, чем ты был за день до этого, а на следующий день – более искусным, чем сегодня. Совершенствование не имеет конца.

    — Ямамото Цунэтомо · книга