30 июля 2026, четверг
Подборка · 45 цитат по теме

45 цитат на тему «уединение» для размышлений

Тема «уединение» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 45 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

  1. Мне бы хотелось им сказать только то, чтобы они умели больше находиться в одиночестве. Любили быть наедине с самим собой побольше. Беда нынешней молодёжи в том, что они стараются объединиться на основе каких-то шумных действий, порой агрессивных. Это желание объединиться для того, чтобы не чувствовать себя одиноким — это плохой симптом. Мне кажется, каждый человек должен учиться с детства находиться одному. Это не значит, быть одиноким. Это значит — не скучать с самим собой. Человек, скучающий от одиночества, находится в опасности с нравственной точки зрения.
  2. Даже ночной мотылёк, бедное насекомое, ищет при наступлении дня тихий уголок, расплывается там, больше всего желая исчезнуть и страдая оттого, что это недостижимо.
    Франц Кафка · книга
  3. Ты не должен путать одиночество и уединение. Одиночество для меня понятие психологическое, душевное, уединенность же — физическое. Первое отупляет, второе — успокаивает.
  4. Не стоит думать, что если я кого-то не люблю, отношусь к кому-то с явным пренебрежением, то это обязательно плохой человек. Это моя точка зрения, мой маразм и простая субъективность. Я обычный человек, который склонен относиться к совершенно разным вещам совершенно по-разному, и я имею на это совершенно законное право. Я не эгоист – я просто умею жить для себя. Я не высокомерный – просто не считаю нужным улыбаться каждому. Так вот, почему я их не люблю? Более чем уверен, что виноват в этом я, из-за себя самого я их и не люблю, а не из-за того что они такие плохие. Всё дело в том, что люди заставляют меня всё время задумываться именно над их проблемами. То бишь я вряд ли смогу говорить с человеком формально, на «отъебись». Если я спрашиваю человека о том, как идут у него дела, то я спрашиваю об этом искренне. Во время его ответа я начинаю задумываться над тем, что он говорит мне в ответ, действительно задумываясь над каждым его словом вплоть до того, с какой интонацией он всё это произносит, дабы не упустить какую-то важную деталь. В большом коллективе всё ещё сложнее. Когда людей много, когда каждый что-то высказывает, то такие постоянные размышления начинают выматывать. Я просто начинаю видеть в людях слишком много того, чего в них видеть не стоило бы. Казалось бы, зачем мне все эти подробности? Но нет. Какого-то чёрта я начинаю вдаваться во все эти подробности. Я сам не знаю для чего. А после общения начинается не менее интересное. Задаешь себе вопрос: «А зачем он мне это сказал, может быть он хотел что-то донести до меня важное? А его интонация? К чему она?» Всё это нагружает. Находясь в коллективе, ты действительно устаёшь. Тут и появляется желание выбраться в уединённые места, в которых ты начинаешься быть самим собой, ввиду отсутствия какого-либо человеческого внимания. В таких местах существуешь только ты и твой мозг, приходит понимание того, кем же на самом деле являешься ты. В такие моменты мы становимся умнее, по крайней мере, нам так кажется, появляются светлые мысли в головы, рождаются идеи. Голова работает с пользой для себя самого. Не в этом ли заключается развитие? Или это просто самообман? Отсюда и вытекает идеология отторжения общества. С другой стороны, без общества никуда не денешься. В итоге имеем следующее. Находишься среди людей – тебе хочется от них убежать. Уединился, побыл какое-то время один – хочется к людям. Кругом люди, кругом запреты. Сюда ты должен одеться так, туда ты должен одеться эдак. Да даже дома есть какие-то условности. Ты не можешь кричать, прыгать, разбивать посуду. А где-то там ты можешь орать, ведь тебя никто не услышит. Но если ты остался один, ты не можешь решить те проблемы, которые до этого времени просто не замечал, потому что когда тебе, грубо говоря, некому подать гвоздь, ты здесь сталкиваешься с тем, что одиночество – это твой проигрыш. Всему своё время и это время устанавливаешь ты, поскольку ты себе хозяин и своим мыслям. Я думаю больше, и порой голова разрывается от этих самых мыслей, потому что ничего мне не мешает. Поэтому я открываю что-то новое, в первую очередь о себе самом. Здорово, пока у каждого из нас есть возможность оставаться, пусть ненадолго, пусть хотя бы в таких моментах, искренним самим с собой, вытаскивать из себя оригинального я и пытаться это «я» выращивать. Желаю каждому всегда знать и иметь то место, где вы можете быть самим собой. Неважно где: на природе или на людях – потому что именно в этот момент вы являетесь вершиной творения.
  5. Как счастливо живут пары, где один даёт другому возможность сбежать, сделать глоток другого воздуха. Из страха или эгоизма, но многие не отпускают своего партнера. Давят чувством вины, ломают волю угрозами. А потом удивляются — «почему мы так часто ссоримся»? Позволить уйти — высшая форма любви. Люблю, потому отпускаю, когда нужно отпустить.
  6. А честолюбию давайте ответим, что оно-то и прививает нам вкус к уединению, ибо чего же чуждается оно больше, чем общества, и к чему оно стремится с такой же настойчивостью, как не к тому, чтобы иметь руки свободными?
  7. ... Мне совершенно необходимы эти час-полтора ежедневного бега: я могу помолчать и побыть наедине с самим собой — то есть соблюсти одно из важнейших правил психической гигиены.
  8. Я люблю пустынные места. Разве можно сравнить их с городом? Только там ты понимаешь, что такое жизнь, не то что в городах. Можешь потрогать любую вещь, приподнять ее и посмотреть, что под ней, не смущаясь тем, что кто-то будет наблюдать за тобой.
    Рэй Брэдбери · книга
  9. Склонность к уединению проявилась у меня в сравнительно раннем возрасте. Любым совместным занятиям я предпочитал чтение в тишине или погружение в музыку — и никогда не скучал.
  10. Сейчас все мои помыслы направлены на то, чтобы обустроить себе идеальное чердачное одиночество, при котором были бы учтены все необходимые и простейшие требования моей натуры… Ежедневная борьба с моей головной болью и умопомрачительное разнообразие моих недугов требуют такого к себе внимания, что я рискую при этом стать педантом – что ж, это противовес слишком всеохватным, чересчур возвышенным порывам, которые имеют надо мною такую власть, что без серьезных противовесов я сделался бы совершеннейшим сумасбродом. Я только что пришёл в себя после жесточайшего приступа, и вот, едва только стряхнув двухдневную немощь, с самого пробуждения гонюсь своим воображением за самыми немыслимыми вещами и думаю, что утренняя заря едва ли рисовала перед обитателями мансард более чудесные и желанные образы. Помоги мне сохранить это уединение, не выдавай того, что я в Генуе, — я должен немалый срок прожить без людей, в городе, языка которого я не знаю; повторяю, я должен это сделать, — не бойся за меня! Я живу так, будто столетия – ничто, и следую своим мыслям, не думая о датах и газетных новостях.
20 из 45
Смотрите также