30 июля 2026, четверг
Подборка · 147 цитат по теме

147 лучших мыслей на тему «Украина»

Тема «Украина» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 147 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

  1. Конечно, когда-нибудь я вернусь, но я вернусь не тихонько постучавшись, я вернусь нормально, на белом коне! [в прямом эфире по скайпу] =комментарий после эфира= У этого белого коня должны быть вот такие вот огромные огромные подковы. И этими подковами мы дадим под зад, я думаю, очень-очень многим людям, которые считали, что всё, что они сделали — это навсегда. Навсегда в этом мире не бывает ничего! Рушились империи! Империи!! На самом деле являвшимися империями. Тысячелетний рейх рухнул не продержавшись и... Поэтому люди, которые считают, что так вот будет всегда, они очень сильно заблуждаются. И я на самом деле чувствую это дуновение ветра, и я на самом деле чувствую, что времена меняются...
  2. Когда киевские власти делают очевидную глупость и ставят некие общеполитические интересы и интересы безопасности выше интересов людей, боже упаси зеркально отвечать им тем же.
  3. — Мы на пороге мировой войны? [вопрос Владимира Соловьева] — Нет, мы на пороге никакой войны, ни мировой, ни мелкой. Эта история с нагнетанием военной обстановки мне напомнила историю с катерами на Украине. Зеленский и его товарищи по указке пошли на откровенную провокацию. Чтобы вынудить Байдена позвонить Зеленскому. Вот и всё.
  4. И давайте будем справедливы и к Украине тоже. Не будем злорадствовать. Это наши близкие родственники. Мы все сидим в лесу. Они первые пошли узнать дорогу из леса.
  5. Я призываю киевлян прийти сюда, я призываю киевлян стать вместе мирной акцией, мирно пояснить этому парламенту, что законодательные органы Украины захватили воры, жулики… Я уйду отсюда вместе с украинским народом только победителем... Дорогие киевляне, поскольку вы сегодня спасли мне жизнь, отныне она принадлежит вам.
  6. Надо сказать, что мы вели очень большую работу по расколу ОУНовского подполья. Нам было известно, что в агрессивных планах Гитлера ОУНовская организация выходила на первое место для создания немецкого протектората на Украине. Мы заслали в эту организацию агента-украинца. Перед ним была поставлена цель — разжигание противоречий в двух кланах, сложившихся в ОУН. Один из них возглавлял Мельник, другой — Бандера. До августа 1939 года организация украинских националистов возглавлялась бывшим управляющим имением митрополита Шептицкого полковником Андреем Мельником. Мельник претендовал на роль вождя украинских националистов. Другой лидер ОУН Бандера был освобожден немцами из польской тюрьмы, где он отбывал срок за организацию убийства министра внутренних дел Польши Перацкого. Наши действия были направлены на то, чтобы вызвать между ними острый конфликт. Мельник прибыл для переговоров в Краков. Бандера предлагал ему одну из руководящих должностей в главном проводе ОУН, возглавить который намеривался сам. Но они не сговорились, поскольку Мельника это не устроило. Бандера сколотил вокруг себя группу известных националистов, которые укомплектовали батальон «Нахтигаль», выполнявший впоследствии карательные операции на Украине. Со временем Бандера обвинил Мельника в том, что он не использовал благоприятную обстановку для создания самостийной Украины в момент падения Польши, а также способствовал засорению ОУН агентами польской полиции. Так, Ярослав Барановский, постоянно сопровождавший полковника Коновальца, за опоздание в одной из поездок (воспользовавшись которым, я ликвидировал Коновальца) был объявлен агентом польской охранки и расстрелян самими бандеровцами.
  7. Никакие договоренности не работают, пока они не подперты железными столбами, в данном случае — ракетными. <...> Они сражаются за сохранение своего доминирования в мире, за способность и дальше грабить весь мир, поэтому у них коренные интересы затронуты и простыми словами, как мы убедились на протяжении двадцати пяти лет, их не уговорить. <...> Нужно довести дело до того, что наши западные партнеры поняли бы, что у них три выхода: первый выход — это уйти без позора, второй — бежать, как из Афганистана и Вьетнама, но с гораздо более худшим исходом, поскольку к ним хлынут сотни тысяч озверевших, обманутых, вооруженных мужиков, которых мы естественно вытесним со своей территории. Ну или доиграться до совсем плохого. <...> Договариваться можно только одним более-менее простым способом — разгромить западную армию, которая в значительной степени состоит из украинских солдат, но там есть и все остальные и затем, отгородиться. Вот эти западные области, которые могут остаться в составе того, что останется украинским государством (если что-то останется), нужно просто забором огородить и туда сгрузить всю вот эту вот накипь, которая там сейчас образовалась, и забыть на какое-то время о том, что там на западе от наших границ происходит. <...> Железная стена. <...> Соединенные Штаты Америки начали отступление. Они уже отступают. <...> Уходя, они будут дестабилизировать куски Евразии. Этот период, я называю его, двадцатилетним, нужно прожить. <...> С этими людьми договориться нельзя, даже если придет относительно трезвый лидер в Соединенных Штатах Америки, всё равно за ним стоит, озверевшая от своих поражений, элита. <...> С моей точки зрения, там несколько областей нужно оставить, туда сгрузить всю эту нечисть, которая там образовалась, и дать тем людям, которые не хотят жить в России, возможность жить в независимом государстве. <...> Учитывая наличие ядерного оружия, мы можем спокойно отгородиться и оставить их заниматься своими собственными делами, может быть когда-нибудь они выздоровеют. <...> Это нужно завершать в течение одного года. <...> Нужно говорить жестко и прямо: либо вы отступаете, либо вам конец. <...> Зачем нам развал Соединенных Штатов Америки? Нам нужно, чтобы Америка убралась с глобалистских позиций, которые она случайно захватила благодаря Второй Мировой войне, а потом вообще превратилась в гегемона, благодаря нашей советской глупости, что мы допустили развал Советского Союза. <...> Но ни в коем случае не надо нам заниматься сдерживанием в большом смысле — наносить ущерб Соединенным Штатам Америки. Зачем? Пускай они сами этим занимаются. Мы их должны оттолкнуть.
  8. «Украинец не равно́ ненавидящий русского!» Понимаете? Это противно естеству, потому что это неправда! Это неправда! А вот в вашей сегодняшней реальности — это правда.<...> Крым случился именно потому, что люди, которые в феврале подписывали соглашение в Киеве по поводу отстранения Януковича, в какой-то момент решили, что Россию можно «кинуть», вот эти вот все соглашения повесить на гвоздик в сортир и всё будет хорошо. Вот поэтому случился Крым. Вот поэтому жить в собственных иллюзиях, что России как будто бы нету, а есть Европа — это крайне опасно и неэффективно с точки зрения государственных интересов Украины! <...> Вы не хотите быть Россией — это ваше право и, в принципе, можно там даже какие-то обоснования здесь выстроить, но те люди, которые управляют вашей страной, они делают всё то, что противоречит интересам независимой Украины. Вот всё то, что сегодня есть — это рукотворное ваше детище. Конечно, легче всего обвинять во всём Россию, Путина и прочая, и прочая, но это ваше рукотворное детище, это ваши политики и ваш Пётр Алексеевич, вот это его всё. Вот это они, поверившие неким закордонным силам, которые просто сыграли на ваших страстях это пианино — на жадности, на тупости и на злобе!
  9. Проблема в том, что в Украине памятники возводят люди, к которым народ относится с презрением. Не платят пенсии, зарплату, а ставят памятники.
  10. Большой риск заключается в том, что Россией управляет иррациональный лидер с манией величия. Это волнует многих россиян. Предположим, что Путину удастся навсегда отделить Крым от Украины: он получит Крым, но потеряет Украину на многие десятилетия, так как вызовет мощную националистическую реакцию против Москвы! Украинцы определяют свою идентичность через свою землю. Путин совершает ужасную ошибку.
  11. И не хотят вспоминать в Киеве, что, по официальным советским данным, которые были в достаточной степени занижены, от рук украинских националистов погибло более 40 000 мирных граждан. В том числе около 2000 учителей и врачей, 15 000 крестьян, а также 25 000 военнослужащих, пограничников, сотрудников МГБ и милиционеров. Еще добавим сюда 80 000 поляков, убитых во время Волынской резни.
    Армен Гаспарян · книга
  12. На мой взгляд, проблема-то заключается в том, что в Украине, к сожалению, нет людей, которые бы могли осознать или переосмыслить всё то, что произошло и очертить какой-то путь движения этой страны. Они же, понимаете... они как... ну как вам сказать... это как дятел без дуба. Они без американцев не могут принимать решения. Ну никаких абсолютно. Нет посла — в стране катастрофа.
  13. Украину просто убивают. Сознательно. Можно сколько угодно рассказывать про внешних врагов, но то, с каким упоением украинцы бьют друг другу морды, выясняют отношения и ненавидят друг друга... Да нам никакой внешний враг не нужен! Мы сами с удовольствием друг друга поубиваем.
  14. Армия страны стреляет в свой народ один раз. Первый залп — в свой народ, второй — уже в чужой. Для дончан Украина уже давно, с момента первых залпов по городу, с первых авианалетов на Луганск, — не их страна. Мало того, враждебная им страна.
  15. Всё-таки, демократия — чуждое для украинцев явление. Людям невыносимо жить в условиях, когда ко дню выборов ещё не всё решено. Гораздо легче смириться с тем, что ты знаешь, что будет завтра. Мы сначала хотим изменений, потом снова привыкаем к стабильности. Так и ходим по кольцам этой спирали от выборов к выборам.
    Эдуард Лобас · книга
20 из 147
Смотрите также