28 цитат: всё о «Жизненные цитаты про унижение»

Тема «Жизненные цитаты про унижение» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 28 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Пытка есть пытка, а унижение есть унижение, только если ты сам выбираешь, что будешь страдать.

   Пытка есть пытка, а унижение есть унижение, только если ты сам выбираешь, что будешь страдать.

   — Чак Паланик · книга
2. «

   Гораздо менее унизительно зависеть от безумца, чем от мудрого.

   Гораздо менее унизительно зависеть от безумца, чем от мудрого.

   — Франсуаза Бурден · книга
3. «

   Эх, господа, если б вы знали, какое унизительное чувство голод! Иначе смотрели бы вы на голодных людей, иначе бы относились бы к ним!

   Эх, господа, если б вы знали, какое унизительное чувство голод! Иначе смотрели бы вы на голодных людей, иначе бы относились бы к ним!

   — Федор Иванович Шаляпин · книга
4. «

   Чувство унижения, вызванное тем, что его заперли здесь, рождает в нем боевой дух.

   Чувство унижения, вызванное тем, что его заперли здесь, рождает в нем боевой дух.

   — Рю Мураками · книга
5. «

   Храни достоинство свое повсюду, человек! Не будь глупцом и хвастуном, величие губя. Самовлюбленности беги, от чванства откажись, Лишь справедливость и добро душою возлюбя. Своей судьбой не дорожи превыше всех судеб И ближнего не унижай, возвысив тем себя.

   Храни достоинство свое повсюду, человек! Не будь глупцом и хвастуном, величие губя. Самовлюбленности беги, от чванства откажись, Лишь справедливость и добро душою возлюбя. Своей судьбой не дорожи превыше всех судеб И ближнего не унижай, возвысив тем себя.

   — Носир Бухорои
6. «

   Инга, когда женщину унижают дома, самое страшное даже не то, что ее муж ведет себя как монстр, а то, что женщина не может получить никакой поддержки от других людей. Ей говорят: «Ты сама виновата, ты такого себе выбрала». Её убеждают: «Потерпи, все терпят, и ты тоже промолчи». Ей говорят: «Изменись сама, и тогда изменится он». Лада, мы не волшебницы, мы просто люди. Мы можем хорошо воспитать собственных детей. Но не можем переделать наших мужей – они не наши дети, а чужие, уже выросшие и сформировавшиеся дети, ставшие взрослыми, которых нам не переделать. Они – продукт среды и воспитания своих родителей. Мы не можем поменять их личную историю одним щелчком пальцев. Человек может измениться и стать мудрее и добрее. Безусловно, может! Но только если он сам захочет этого. А если мы хотим за него, ничего не поменяется. Он останется собой, потому что ему это удобно.

   Инга, когда женщину унижают дома, самое страшное даже не то, что ее муж ведет себя как монстр, а то, что женщина не может получить никакой поддержки от других людей. Ей говорят: «Ты сама виновата, ты такого себе выбрала». Её убеждают: «Потерпи, все терпят, и ты тоже промолчи». Ей говорят: «Изменись сама, и тогда изменится он». Лада, мы не волшебницы, мы просто люди. Мы можем хорошо воспитать собственных детей. Но не можем переделать наших мужей – они не наши дети, а чужие, уже выросшие и сформировавшиеся дети, ставшие взрослыми, которых нам не переделать. Они – продукт среды и воспитания своих родителей. Мы не можем поменять их личную историю одним щелчком пальцев. Человек может измениться и стать мудрее и добрее. Безусловно, может! Но только если он сам захочет этого. А если мы хотим за него, ничего не поменяется. Он останется собой, потому что ему это удобно.

   — Лада
7. «

   Нет, не думаю, чтобы Нобелевская премия придала моему слову больше веса. Полагаю также, что мнить себя важной публичной персоной — это никому впрок не идет. Куда как лучше оставаться скромным свидетелем мира, который ты знаешь. Чем скромнее, чем ближе к рядовым согражданам — тем лучше. Пытаешься писать о природе человека, а природа человека есть низость и — вы это знаете — медленно и незаметно подкрадывающееся унижение. Время нас унижает, возраст нас унижает, мало-помалу все наши мечты оказываются химерами.

   Нет, не думаю, чтобы Нобелевская премия придала моему слову больше веса. Полагаю также, что мнить себя важной публичной персоной — это никому впрок не идет. Куда как лучше оставаться скромным свидетелем мира, который ты знаешь. Чем скромнее, чем ближе к рядовым согражданам — тем лучше. Пытаешься писать о природе человека, а природа человека есть низость и — вы это знаете — медленно и незаметно подкрадывающееся унижение. Время нас унижает, возраст нас унижает, мало-помалу все наши мечты оказываются химерами.

   — Джон Апдайк
8. «

   Йайа: — ... я вообще больше не хочу ходить в эту школу. Эти две мерзкие девки все время обзывают меня негритоской. Эмануэль: — конечно, поменяй школу! Меняй пока не найдешь ту, где нет буллинга! Но на это уйдут годы, а ты тем временем уже станешь взрослой! И останешь необразованной. И однажды ты поймешь, что уже слишком стара, чтобы убегать. — и что же я тогда должна делать? — бороться!!! Можешь мне не верить, но у меня в твоем возрасте была та же проблема. Мне не давали прохода. — почему, ты же не черный? — но я еврей! Для некоторых это даже хуже. А потом, я потерял зрения и мне стало еще страшнее ходить в школу. Были там такие засранцы...которые вечно до меня докапывались. — и ты с ними дрался? — скорее защищался как мог, а на следующий день возвращался в школу. В итоге я победил, потому что они сдались. А ты не сдавайся! Вот увидишь со временем отстанут.

   Йайа: — ... я вообще больше не хочу ходить в эту школу. Эти две мерзкие девки все время обзывают меня негритоской. Эмануэль: — конечно, поменяй школу! Меняй пока не найдешь ту, где нет буллинга! Но на это уйдут годы, а ты тем временем уже станешь взрослой! И останешь необразованной. И однажды ты поймешь, что уже слишком стара, чтобы убегать. — и что же я тогда должна делать? — бороться!!! Можешь мне не верить, но у меня в твоем возрасте была та же проблема. Мне не давали прохода. — почему, ты же не черный? — но я еврей! Для некоторых это даже хуже. А потом, я потерял зрения и мне стало еще страшнее ходить в школу. Были там такие засранцы...которые вечно до меня докапывались. — и ты с ними дрался? — скорее защищался как мог, а на следующий день возвращался в школу. В итоге я победил, потому что они сдались. А ты не сдавайся! Вот увидишь со временем отстанут.

   — Эмануэле · фильм
9. «

   Нас унижали, да, но мы не униженные. Униженные — другие, те, кто надругался над нами.

   Нас унижали, да, но мы не униженные. Униженные — другие, те, кто надругался над нами.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Уже много лет назад меня оскорбил и унизил один человек, и я до сих пор не могу забыть этого его поступка. Молюсь и пытаюсь это забыть, а всё равно в памяти сидит…

    Уже много лет назад меня оскорбил и унизил один человек, и я до сих пор не могу забыть этого его поступка. Молюсь и пытаюсь это забыть, а всё равно в памяти сидит…

    — Протоиерей Димитрий Смирнов
11. «

    Когда тебя покидают, это и вправду что ни на есть ударнейший удар. Главная хитрость тут в том, чтобы отделить унижение от утраты. Никогда ведь не знаешь наверное, что терзает тебя сильнее — боль существования без человека, которого любишь, или смятение, вызванное тем, что тебя отвергли.

    Когда тебя покидают, это и вправду что ни на есть ударнейший удар. Главная хитрость тут в том, чтобы отделить унижение от утраты. Никогда ведь не знаешь наверное, что терзает тебя сильнее — боль существования без человека, которого любишь, или смятение, вызванное тем, что тебя отвергли.

    — Стивен Фрай · книга
12. «

    Слушать, как на тебя кричат, уже унизительно, а терпеть, чтобы на тебя орали на глазах у людей, унизительно вдвойне.

    Слушать, как на тебя кричат, уже унизительно, а терпеть, чтобы на тебя орали на глазах у людей, унизительно вдвойне.

    — Бернхард Шлинк · книга
13. «

    Презирай меня, сколько угодно — я жалкий, никчемный трус, меня как ни принижай, все мало, — но я слишком ничтожен для твоего гнева.

    Презирай меня, сколько угодно — я жалкий, никчемный трус, меня как ни принижай, все мало, — но я слишком ничтожен для твоего гнева.

    — Эмили Бронте · книга
14. «

    Есть кое-что и похуже бедности… Унижение.

    Есть кое-что и похуже бедности… Унижение.

    — Арчибалд Кронин · книга
15. «

    Иногда и поклон лишний и унижение изъявляешь, не от чего иного как от припадка доброты душевной и от излишней мягкости сердца.

    Иногда и поклон лишний и унижение изъявляешь, не от чего иного как от припадка доброты душевной и от излишней мягкости сердца.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
16. «

    Тонкость грани собственного достоинства с гордыней прямо пропорциональна тонкости грани между терпением и унижением.

    Тонкость грани собственного достоинства с гордыней прямо пропорциональна тонкости грани между терпением и унижением.
17. «

    Проснулся нынче здоровый, физически сильный и с подавляющим сознанием своей гадости, ничтожества, скверно прожитой и проживаемой жизни. И до сих пор – середины дня – остаюсь под благотворным этим настроением. Как хорошо, даже выгодно чувствовать себя, как нынче, униженным и гадким! Ничего ни от кого не требуешь, ничто не может тебя оскорбить, ты всего худшего достоин. Одно только надо, чтобы это унижение не переходило в отчаянность, в уныние, не мешало стремлению хоть немного выпростаться из своей вонючей ямы, – не мешало работать, служить, чем можешь.

    Проснулся нынче здоровый, физически сильный и с подавляющим сознанием своей гадости, ничтожества, скверно прожитой и проживаемой жизни. И до сих пор – середины дня – остаюсь под благотворным этим настроением. Как хорошо, даже выгодно чувствовать себя, как нынче, униженным и гадким! Ничего ни от кого не требуешь, ничто не может тебя оскорбить, ты всего худшего достоин. Одно только надо, чтобы это унижение не переходило в отчаянность, в уныние, не мешало стремлению хоть немного выпростаться из своей вонючей ямы, – не мешало работать, служить, чем можешь.

    — Лев Николаевич Толстой
18. «

    Только горделивая душа может воспринимать унижение.

    Только горделивая душа может воспринимать унижение.

    — Сергей Николаевич Лазарев
19. «

    Нет ответа более унижающего, чем презрительное молчание.

    Нет ответа более унижающего, чем презрительное молчание.

    — Мишель де Монтень
20. «

    Люди-малютки тратят жизнь на то, чтобы скрывать от себя свою малость — для этого они принижают других, и с особенным наслаждением — тех, кто сильно их превосходит.

    Люди-малютки тратят жизнь на то, чтобы скрывать от себя свою малость — для этого они принижают других, и с особенным наслаждением — тех, кто сильно их превосходит.

    — Мария Фариса · книга