«вечность»: 377 цитат со смыслом

Тема «вечность» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 377 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   …сейчас мы умрем. Может быть, в этот раз мы умрем навсегда. Мы будем вместе!

   …сейчас мы умрем. Может быть, в этот раз мы умрем навсегда. Мы будем вместе!

   — Ричард Хелл · книга
2. «

   Жить вечно – это всё равно, что выйти замуж за себя самого и не иметь возможности развестись.

   Жить вечно – это всё равно, что выйти замуж за себя самого и не иметь возможности развестись.

   — Скарлетт Томас · книга
3. «

   Тех, кто хотел жить вечно, Господи, благослови Умереть от любви.

   Тех, кто хотел жить вечно, Господи, благослови Умереть от любви.
4. «

   — Я осталась совсем одна в этом мире. И я решила, если мне суждено жить в печали — можно хотя бы окружить себя прекрасными вещами, и пускай со мной будет мужчина, которого я ни капли не люблю. Меня манила тьма, которую я ощутила в его сердце. Я мечтала однажды потеряться в ней...

   — Я осталась совсем одна в этом мире. И я решила, если мне суждено жить в печали — можно хотя бы окружить себя прекрасными вещами, и пускай со мной будет мужчина, которого я ни капли не люблю. Меня манила тьма, которую я ощутила в его сердце. Я мечтала однажды потеряться в ней...

   — Графиня Элизабет Джонсон · сериал
5. «

   Моя вечность длилась 88 дней и 16 часов.

   Моя вечность длилась 88 дней и 16 часов.

   — Януш Леон Вишневский · книга
6. «

   Когда вампир тебя обращает, вся его любовь заключена в укусе.

   Когда вампир тебя обращает, вся его любовь заключена в укусе.
7. «

   Никогда ещё не встречал я женщины, от которой хотел бы иметь я детей, кроме той женщины, что люблю я: ибо я люблю тебя, о Вечность! Ибо я люблю тебя, о Вечность!

   Никогда ещё не встречал я женщины, от которой хотел бы иметь я детей, кроме той женщины, что люблю я: ибо я люблю тебя, о Вечность! Ибо я люблю тебя, о Вечность!

   — Фридрих Вильгельм Ницше · книга
8. «

   Ты оберегал меня так нежно и любил меня так сильно... Я возьму все это и передам каждому, кого встречу. Я разделю твою любовь со всеми людьми. И тогда твоя душа будет вечно жить в их сердцах. А они передадут эту любовь другим, и ты будешь жить и в их сердцах тоже. Это будет происходить вновь и вновь, и твоя душа никогда не исчезнет.

   Ты оберегал меня так нежно и любил меня так сильно... Я возьму все это и передам каждому, кого встречу. Я разделю твою любовь со всеми людьми. И тогда твоя душа будет вечно жить в их сердцах. А они передадут эту любовь другим, и ты будешь жить и в их сердцах тоже. Это будет происходить вновь и вновь, и твоя душа никогда не исчезнет.
9. «

   Для меня было большим утешением узнать, что православные не считают, что Бог когда-либо лишал своей любви грешников. Они сами лишают себя милости, противясь Ему. При этом природа Бога остаётся неизменной. От того, что мы отвергаем любовь, Он не начинает любить нас меньше. Но тем, кто по собственному выбору отказался от жизни с Богом, придётся пожинать последствия этого решения в вечности.

   Для меня было большим утешением узнать, что православные не считают, что Бог когда-либо лишал своей любви грешников. Они сами лишают себя милости, противясь Ему. При этом природа Бога остаётся неизменной. От того, что мы отвергаем любовь, Он не начинает любить нас меньше. Но тем, кто по собственному выбору отказался от жизни с Богом, придётся пожинать последствия этого решения в вечности.

   — Джеймс Бернстайн · книга
10. «

    — И тут я их увидал, клянусь вам, увидал своими глазами! То было великое войско древних прерий-бизоны и буйволы! Полковник умолк; когда тишина стала невыносимой, он продолжал: — Головы-точно кулаки великана-негра, туловища как паровозы. Будто на западе выстрелили двадцать, пятьдесят, двести тысяч пушек, и снаряды сбились с пути и мчатся, рассыпая огненные искры, глаза у них как горящие угли, и вот сейчас они с грохотом канут в пустоту... Пыль взметнулась к небу, смотрю — развеваются гривы, проносятся горбатые спины — целое море, черные косматые волны вздымаются и опадают… «Стреляй! — кричит Поуни Билл. — Стреляй!» А я стою и думаю — я ж сейчас как божья кара… и гляжу, а мимо бешеным потоком мчится яростная силища, точно полночь среди дня, точно нескончаемая похоронная процессия, черная и сверкающая, горестная и невозвратимая, а разве можно стрелять в похоронную процессию, как вы скажете, ребята? Разве это можно? В тот час я хотел только одного — чтобы песок снова скрыл от меня эти черные, грозные силуэты судьбы, как они сталкиваются и бьются друг о друга в диком смятении. И представьте, ребята, пыль и правда осела и скрыла миллион копыт, которые подняли весь этот гром, вихрь и бурю. Поуни Билл, выругался да как стукнет меня по руке! Но я был рад, что не тронул эту тучу или силу, которая скрывалась в ней, ни единой крупинкой свинца. Так бы все и стоял и смотрел, как само время катит мимо на громадных колесах, под покровом бури, что подняли бизоны, и уносится вместе с ними в вечность.

    — И тут я их увидал, клянусь вам, увидал своими глазами! То было великое войско древних прерий-бизоны и буйволы! Полковник умолк; когда тишина стала невыносимой, он продолжал: — Головы-точно кулаки великана-негра, туловища как паровозы. Будто на западе выстрелили двадцать, пятьдесят, двести тысяч пушек, и снаряды сбились с пути и мчатся, рассыпая огненные искры, глаза у них как горящие угли, и вот сейчас они с грохотом канут в пустоту... Пыль взметнулась к небу, смотрю — развеваются гривы, проносятся горбатые спины — целое море, черные косматые волны вздымаются и опадают… «Стреляй! — кричит Поуни Билл. — Стреляй!» А я стою и думаю — я ж сейчас как божья кара… и гляжу, а мимо бешеным потоком мчится яростная силища, точно полночь среди дня, точно нескончаемая похоронная процессия, черная и сверкающая, горестная и невозвратимая, а разве можно стрелять в похоронную процессию, как вы скажете, ребята? Разве это можно? В тот час я хотел только одного — чтобы песок снова скрыл от меня эти черные, грозные силуэты судьбы, как они сталкиваются и бьются друг о друга в диком смятении. И представьте, ребята, пыль и правда осела и скрыла миллион копыт, которые подняли весь этот гром, вихрь и бурю. Поуни Билл, выругался да как стукнет меня по руке! Но я был рад, что не тронул эту тучу или силу, которая скрывалась в ней, ни единой крупинкой свинца. Так бы все и стоял и смотрел, как само время катит мимо на громадных колесах, под покровом бури, что подняли бизоны, и уносится вместе с ними в вечность.

    — Рэй Брэдбери · книга
11. «

    – Вечность – это долго. – Я подожду.

    – Вечность – это долго. – Я подожду.

    — Ансельм
12. «

    Пока у нас был Бог, мы обладали вечностью.

    Пока у нас был Бог, мы обладали вечностью.

    — Илья Кормильцев
13. «

    Вечность не переспоришь.

    Вечность не переспоришь.

    — Михаил Светлов
14. «

    Рембрандт творил не для заказчика — он творил для вечности.

    Рембрандт творил не для заказчика — он творил для вечности.

    — Анастасия Постригай · книга
15. «

    Я хочу жить вечно! Кхе-кхе... Пока получается...

    Я хочу жить вечно! Кхе-кхе... Пока получается...

    — Король Мертвых · игра
16. «

    Всё пустяки в сравнении с вечностью.

    Всё пустяки в сравнении с вечностью.

    — Николай Герасимович Помяловский
17. «

    Да, мы могли бы сходить на свидание и на ещё одно, и ещё на много свиданий, но жизнь коротка и становится только короче, а я хочу провести остаток времени с тобой. Когда мы вместе, мы словно бы катимся по Тихоокеанскому шоссе в Дюзенберге с двенадцатицилиндровым мотором, турбоускорением и корзиной для пикника с багетами и сыром Грюйер, пармской ветчиной, Шатонёф-дю-Пап, а ты сидишь рядом, волосы развиваются и я слышу твой смех. Вижу солнце и океан. И я чувствую, что так я могу ехать вечно.

    Да, мы могли бы сходить на свидание и на ещё одно, и ещё на много свиданий, но жизнь коротка и становится только короче, а я хочу провести остаток времени с тобой. Когда мы вместе, мы словно бы катимся по Тихоокеанскому шоссе в Дюзенберге с двенадцатицилиндровым мотором, турбоускорением и корзиной для пикника с багетами и сыром Грюйер, пармской ветчиной, Шатонёф-дю-Пап, а ты сидишь рядом, волосы развиваются и я слышу твой смех. Вижу солнце и океан. И я чувствую, что так я могу ехать вечно.

    — Аарон Глассман (Aaron Glassman) · сериал
18. «

    Здравствуй, вечность, вхожу в тебя и как-то сразу легче.

    Здравствуй, вечность, вхожу в тебя и как-то сразу легче.
19. «

    — Париж! Скажем так — куда бы ты потом не поехал, Париж — это праздник, который всегда с тобой. — Красиво сказано! — Это Хэмингуэй, он всегда искусно обращался со словами, впрочем, как и с женщинами. — Так что Генри Морган посоветует посмотреть в Париже? — По моему, лучшее, что можно сделать в Париже — заблудиться в нем. Проснуться, пойти, куда глаза глядят, и заблудиться.... Бродить по улицам, пока не устанешь так, что упадешь в ближайшем кафе и закажешь что-нибудь изумительное со стаканчиком вина... Потом вернуться домой, а назавтра — все по новой. Правда, это сработает как надо только если быть в компании кого-то очень тебе дорогого.

    — Париж! Скажем так — куда бы ты потом не поехал, Париж — это праздник, который всегда с тобой. — Красиво сказано! — Это Хэмингуэй, он всегда искусно обращался со словами, впрочем, как и с женщинами. — Так что Генри Морган посоветует посмотреть в Париже? — По моему, лучшее, что можно сделать в Париже — заблудиться в нем. Проснуться, пойти, куда глаза глядят, и заблудиться.... Бродить по улицам, пока не устанешь так, что упадешь в ближайшем кафе и закажешь что-нибудь изумительное со стаканчиком вина... Потом вернуться домой, а назавтра — все по новой. Правда, это сработает как надо только если быть в компании кого-то очень тебе дорогого.

    — Доктор Генри Морган · сериал
20. «

    Души, связанные крепкими узами любви, притягиваются друг к другу в каждой новой жизни.

    Души, связанные крепкими узами любви, притягиваются друг к другу в каждой новой жизни.

    — Лиан Луа · книга