201 мудрых цитата про «ведьмы»

201 цитата про «ведьмы»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Ненавижу ведьм. Вечно они сопли размазывают, да слюнями брызжут. — Да уж. — Жуть какая. Антисанитария чистой воды!

   — Ненавижу ведьм. Вечно они сопли размазывают, да слюнями брызжут. — Да уж. — Жуть какая. Антисанитария чистой воды!

   — Дин Винчестер · сериал
2. «

   — Почему вы не стали тушить пожар? — спросил дознаватель. Мельник посмотрел на молодого человека так, будто тот сказал несусветную глупость. — Это же ведьмин дом. Люди в него не то что заглядывать, даже мимо проходить боялись. «А бабушка всё переживала, как бы к нам не нагрянули гости», — с грустью вспомнила Лара.

   — Почему вы не стали тушить пожар? — спросил дознаватель. Мельник посмотрел на молодого человека так, будто тот сказал несусветную глупость. — Это же ведьмин дом. Люди в него не то что заглядывать, даже мимо проходить боялись. «А бабушка всё переживала, как бы к нам не нагрянули гости», — с грустью вспомнила Лара.

   — Виктория Килеева · книга
3. «

   Ты знаешь, я могу выбрать другую жизнь, с другим мужчиной. И ты знаешь, что Иштван любит меня сильнее, чем хочет, что бы я видела. Сильнее, чем должен. Но я выбрала тебя. Я с тобой. Каждый день моей жизни, я выбираю тебя. И это первый и последний раз, когда я говорю тебе это. Но, если ты обманешь меня еще раз, для нас это будет конец, — сказала девушка вампиру.

   Ты знаешь, я могу выбрать другую жизнь, с другим мужчиной. И ты знаешь, что Иштван любит меня сильнее, чем хочет, что бы я видела. Сильнее, чем должен. Но я выбрала тебя. Я с тобой. Каждый день моей жизни, я выбираю тебя. И это первый и последний раз, когда я говорю тебе это. Но, если ты обманешь меня еще раз, для нас это будет конец, — сказала девушка вампиру.
4. «

   В последний раз он целовал ее. Целовал так, будто она была его первым и последним вздохом, будто вся его вечность была заключена в ней. И лишь взглянув в глаза девушки, вампир понял, что это действительно так : она — его вечность... но, вместе с тем он понял, что потерял ее. Она уже не была его Рори. Кровь, его предательство, желания Иштвана и магия — изменили её. Этим поцелуем, она сказала : " Прощай "... , не произнеся ни слова. Но ради нее вампир был готов провести жизнь, наполненную воспоминаниями о ведьме, которую так сильно любил, но не смог удержать. Для нее он был готов на это. Это все ради нее.

   В последний раз он целовал ее. Целовал так, будто она была его первым и последним вздохом, будто вся его вечность была заключена в ней. И лишь взглянув в глаза девушки, вампир понял, что это действительно так : она — его вечность... но, вместе с тем он понял, что потерял ее. Она уже не была его Рори. Кровь, его предательство, желания Иштвана и магия — изменили её. Этим поцелуем, она сказала : " Прощай "... , не произнеся ни слова. Но ради нее вампир был готов провести жизнь, наполненную воспоминаниями о ведьме, которую так сильно любил, но не смог удержать. Для нее он был готов на это. Это все ради нее.
5. «

   Матушка развернулась и смерила суровым взглядом ворота замка, у которых тряслись двое стражников с белыми, как простыня, лицами. Матушка сделала несколько шагов и заставила одного из стражей окоченеть, пригвоздив его к месту немигающим взором. – Я старая торговка, продаю яблоки из своего сада, зла никому не чиню, – пророкотала матушка так, словно была глашатаем, объявляющим в стане врага о начале войны. – Так что лучше пустите меня в замок подобру-поздорову.

   Матушка развернулась и смерила суровым взглядом ворота замка, у которых тряслись двое стражников с белыми, как простыня, лицами. Матушка сделала несколько шагов и заставила одного из стражей окоченеть, пригвоздив его к месту немигающим взором. – Я старая торговка, продаю яблоки из своего сада, зла никому не чиню, – пророкотала матушка так, словно была глашатаем, объявляющим в стане врага о начале войны. – Так что лучше пустите меня в замок подобру-поздорову.

   — Терри Пратчетт · книга
6. «

   — Господа, — со страстью вмешался дознаватель, — смею напомнить, что под влиянием гуманистических идей правила дознания существенно смягчились. Мы же всё-таки не в средневековье живём! Во-первых, нельзя применять различные виды пыток в один день, а во-вторых, нельзя пытать человека дольше получаса. — Безобразие какое, — скорчил лицо общественный обвинитель. — В прежние времена пытали часами, и это шло следствию только на пользу. Никакие душегубы не могут сравниться с ведьмами по тяжести преступления, а посему христианская милость для них недопустима! Вина ведьм превосходит всякий грех! — Пытать людей часами — негуманно! Получаса вполне достаточно.

   — Господа, — со страстью вмешался дознаватель, — смею напомнить, что под влиянием гуманистических идей правила дознания существенно смягчились. Мы же всё-таки не в средневековье живём! Во-первых, нельзя применять различные виды пыток в один день, а во-вторых, нельзя пытать человека дольше получаса. — Безобразие какое, — скорчил лицо общественный обвинитель. — В прежние времена пытали часами, и это шло следствию только на пользу. Никакие душегубы не могут сравниться с ведьмами по тяжести преступления, а посему христианская милость для них недопустима! Вина ведьм превосходит всякий грех! — Пытать людей часами — негуманно! Получаса вполне достаточно.

   — Виктория Килеева · книга
7. «

   Я не дрогну. Не поддамся сомнениям. Я заставлю их страдать так же, как страдали мы.

   Я не дрогну. Не поддамся сомнениям. Я заставлю их страдать так же, как страдали мы.

   — Шелби Махёрин · книга
8. «

   Великолепие бессмертия поглотит тебя. Оно заполнит собой все. И ты уже не ты, а совершенное существо, которое стоит над всеми, на вершине мира. Ты можешь быть, кем пожелаешь... быть убийцей или спасителем... Ловчим времени, воспоминаний и чувств. Ты можешь быть всем, — произнёс вампир.

   Великолепие бессмертия поглотит тебя. Оно заполнит собой все. И ты уже не ты, а совершенное существо, которое стоит над всеми, на вершине мира. Ты можешь быть, кем пожелаешь... быть убийцей или спасителем... Ловчим времени, воспоминаний и чувств. Ты можешь быть всем, — произнёс вампир.
9. «

   Заклинания – просто слова… пока их не скажет ведьма.

   Заклинания – просто слова… пока их не скажет ведьма.

   — Эвелинн · игра
10. «

    – Тебя никто поджаривать не станет, – проворчала я, когда мы двинулись дальше. – Ты не ведьма. – Это верно, – согласился он, задумчиво кивая. – Хотя мне подобный дар очень пригодился бы. Я всегда считал несправедливым, что все веселье досталось женщинам.

    – Тебя никто поджаривать не станет, – проворчала я, когда мы двинулись дальше. – Ты не ведьма. – Это верно, – согласился он, задумчиво кивая. – Хотя мне подобный дар очень пригодился бы. Я всегда считал несправедливым, что все веселье досталось женщинам.

    — Шелби Махёрин · книга
11. «

    — Откуда нам знать, что произнесённое тобой не набор слогов, а дьявольское заклинание? — А откуда вам знать, что дьявольское заклинание не набор слогов?

    — Откуда нам знать, что произнесённое тобой не набор слогов, а дьявольское заклинание? — А откуда вам знать, что дьявольское заклинание не набор слогов?

    — Виктория Килеева · книга
12. «

    Жизнь, без воспоминаний о тебе — хуже смерти.

    Жизнь, без воспоминаний о тебе — хуже смерти.
13. «

    — Проклято. Золото проклято. Я предостерегу тебя, парень. Белая колдунья дала его, дала для сына короля. Но все было кончено, сын короля бежал, она не даст сделать так, чтобы золото получил трус. — Кто такая «она»? — неожиданно чрезвычайно взволновавшись, спросил Джейми. — Эта белая колдунья? — Она ищет храбреца, смельчака. Одного из Маккензи — оно для него, для Маккензи. «Оно достанется им, — говорит она, — ради того, кто мертв». — Кто эта колдунья» — снова задал вопрос Джейми. Дункан говорил «бандруид», что означало и «колдунья», и «ведьма», и «знахарка», и «белая дама». Когда-то очень давно так называли жену Джейми Клэр — его белую даму.

    — Проклято. Золото проклято. Я предостерегу тебя, парень. Белая колдунья дала его, дала для сына короля. Но все было кончено, сын короля бежал, она не даст сделать так, чтобы золото получил трус. — Кто такая «она»? — неожиданно чрезвычайно взволновавшись, спросил Джейми. — Эта белая колдунья? — Она ищет храбреца, смельчака. Одного из Маккензи — оно для него, для Маккензи. «Оно достанется им, — говорит она, — ради того, кто мертв». — Кто эта колдунья» — снова задал вопрос Джейми. Дункан говорил «бандруид», что означало и «колдунья», и «ведьма», и «знахарка», и «белая дама». Когда-то очень давно так называли жену Джейми Клэр — его белую даму.

    — Диана Гэблдон · книга
14. «

    Порою то, что законно, — не обязательно хорошо, и порою, чтобы распознать разницу, нужна ведьма. А иногда и коп, если это правильный коп. Умные люди это понимают. Глупые — нет. А беда в том, что глупцы ужас до чего любят умничать.

    Порою то, что законно, — не обязательно хорошо, и порою, чтобы распознать разницу, нужна ведьма. А иногда и коп, если это правильный коп. Умные люди это понимают. Глупые — нет. А беда в том, что глупцы ужас до чего любят умничать.

    — Терри Пратчетт · книга
15. «

    — Воспоминания о тебе и желание быть моим — разрывали его на части. И знаешь что? Я победила. Я сделала его своим, на всю оставшуюся вечность. Как оказалось... Желания сильнее памяти. Он стал моим, не потому что, я — вампир, а потому что, это — Я.

    — Воспоминания о тебе и желание быть моим — разрывали его на части. И знаешь что? Я победила. Я сделала его своим, на всю оставшуюся вечность. Как оказалось... Желания сильнее памяти. Он стал моим, не потому что, я — вампир, а потому что, это — Я.
16. «

    Равно как два ума не могут мыслить одинаково, так же и две ведьмы не способны одинаково колдовать. Все мы видим мир по-разному.

    Равно как два ума не могут мыслить одинаково, так же и две ведьмы не способны одинаково колдовать. Все мы видим мир по-разному.

    — Шелби Махёрин · книга
17. «

    — Еще раз убеждаюсь, что ведьмы смотрят на мир под своеобразным углом, — сказал я. — Не ведьмы, а женщины, не на мир, а на мужчин.

    — Еще раз убеждаюсь, что ведьмы смотрят на мир под своеобразным углом, — сказал я. — Не ведьмы, а женщины, не на мир, а на мужчин.

    — Сергей Лукьяненко · книга
18. «

    Сожги мой второй том, когда я приду в дом твой - Предо мной явись обнажённая Луной. Жги! Поджигай мысли мои все - За строкой строку, за страницей страницу.

    Сожги мой второй том, когда я приду в дом твой - Предо мной явись обнажённая Луной. Жги! Поджигай мысли мои все - За строкой строку, за страницей страницу.
19. «

    — Они пожирают бадахосца. — Меня это не очень расстраивает. Куда больше действует на нервы эта дамочка, преспокойно разгуливающая по потолку. — Не забудь, мы под наркотой. Да, ничего этого нет, никто никого не ест, это просто глюки. Я дома, и всё хорошо. — Глюки или нет, но дочке явно нравится Хосе. — Сдурели? Нас собираются убить, а вы про секс? — А вдруг нам это поможет? Тебе нужно просто ей подыграть. — Мануэль прав, ты слишком сух с девушкой. Трудно улыбнуться ей? — Она того парня чуть не задушила!

    — Они пожирают бадахосца. — Меня это не очень расстраивает. Куда больше действует на нервы эта дамочка, преспокойно разгуливающая по потолку. — Не забудь, мы под наркотой. Да, ничего этого нет, никто никого не ест, это просто глюки. Я дома, и всё хорошо. — Глюки или нет, но дочке явно нравится Хосе. — Сдурели? Нас собираются убить, а вы про секс? — А вдруг нам это поможет? Тебе нужно просто ей подыграть. — Мануэль прав, ты слишком сух с девушкой. Трудно улыбнуться ей? — Она того парня чуть не задушила!

    — Хосе (грабитель) · фильм
20. «

    В Оксфорде сожгли на костре немало ведьм. Даже если подобное ушло из обихода и колдуний давно заменили на маршмеллоу, не хотелось, чтобы о моей странной, неприятной особенности кто-то узнал.

    В Оксфорде сожгли на костре немало ведьм. Даже если подобное ушло из обихода и колдуний давно заменили на маршмеллоу, не хотелось, чтобы о моей странной, неприятной особенности кто-то узнал.

    — Нэнси Уоррен · книга