24 фразы про «Красивые цитаты про власть» с глубоким смыслом

Тема «Красивые цитаты про власть» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 24 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Прикосновение обозначает начало всякого обладания, всякой попытки подчинить себе человека или предмет.

   Прикосновение обозначает начало всякого обладания, всякой попытки подчинить себе человека или предмет.

   — Зигмунд Фрейд · книга
2. «

   Напишите на моём надгробии «Иновер, предатель», ибо я иновер для всякой церкви, мирящейся со злом, и предатель всякой власти, угнетающей народ.

   Напишите на моём надгробии «Иновер, предатель», ибо я иновер для всякой церкви, мирящейся со злом, и предатель всякой власти, угнетающей народ.

   — Уэнделл Филлипс
3. «

   Она смотрит и думает: вы все, господа, благородны, умны, богаты, вы окружили меня, вы дорожите каждым моим словом, вы все готовы умереть у моих ног, я владею вами... А там, возле фонтана, возле этой плещущей воды, стоит и ждет меня тот, кого я люблю, кто мною владеет. На нем нет ни богатого платья, ни драгоценных камней, никто его не знает, но он ждет меня и уверен, что я приду, — и я приду, и нет такой власти, которая бы остановила меня, когда я захочу пойти к нему, и остаться с ним, и потеряться с ним там, в темноте сада, под шорох деревьев, под плеск фонтана...

   Она смотрит и думает: вы все, господа, благородны, умны, богаты, вы окружили меня, вы дорожите каждым моим словом, вы все готовы умереть у моих ног, я владею вами... А там, возле фонтана, возле этой плещущей воды, стоит и ждет меня тот, кого я люблю, кто мною владеет. На нем нет ни богатого платья, ни драгоценных камней, никто его не знает, но он ждет меня и уверен, что я приду, — и я приду, и нет такой власти, которая бы остановила меня, когда я захочу пойти к нему, и остаться с ним, и потеряться с ним там, в темноте сада, под шорох деревьев, под плеск фонтана...

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
4. «

   Весь мир во власти музыки, друзья, и даже дуб цветёт под трели соловья.

   Весь мир во власти музыки, друзья, и даже дуб цветёт под трели соловья.

   — Валентин Петрович Рычков
5. «

   Хранитель — это миф. Чистая выдумка. Никто не сможет противостоять Бессмертным. Никто.

   Хранитель — это миф. Чистая выдумка. Никто не сможет противостоять Бессмертным. Никто.

   — Иса · игра
6. «

   Любовь всегда сильнее власти.

   Любовь всегда сильнее власти.

   — Иван Иванович Лажечников · книга
7. «

   Но только те, кто сидит наверху так упрямы и совсем тебя не понимают. А на месте то виднее. Усядешься ждать, пока рак на горе свистнет и в скором времени поминай как звали, а раз так, человек на месте не должен сидеть сложа руки, он имеет право что-то изменить. Верно же?

   Но только те, кто сидит наверху так упрямы и совсем тебя не понимают. А на месте то виднее. Усядешься ждать, пока рак на горе свистнет и в скором времени поминай как звали, а раз так, человек на месте не должен сидеть сложа руки, он имеет право что-то изменить. Верно же?

   — Рёко Асакура · аниме
8. «

   Прошлое пересмотрено, осмыслено, понято. Оно надо мной больше не властно. Я благодарю его и закапываю его в землю.

   Прошлое пересмотрено, осмыслено, понято. Оно надо мной больше не властно. Я благодарю его и закапываю его в землю.

   — Мария Фариса · книга
9. «

   Нарастающий капитализм является своего рода громадным маховым колесом, приводящим в движение миллионы валов, шестерен и приводов. Да, деньги давали власть, в чем Заполье начало убеждаться все больше и больше, именно деньги в организованном виде, как своего рода армия. Прежде были просто толстосумы, влияние которых не переходило границ тесного кружка своих однокашников, приказчиков и покупателей, а теперь капитал, пройдя через банковское горнило, складывался уже в какую-то стихийную силу, давившую все на своем пути.

   Нарастающий капитализм является своего рода громадным маховым колесом, приводящим в движение миллионы валов, шестерен и приводов. Да, деньги давали власть, в чем Заполье начало убеждаться все больше и больше, именно деньги в организованном виде, как своего рода армия. Прежде были просто толстосумы, влияние которых не переходило границ тесного кружка своих однокашников, приказчиков и покупателей, а теперь капитал, пройдя через банковское горнило, складывался уже в какую-то стихийную силу, давившую все на своем пути.

   — Дмитрий Мамин-Сибиряк · книга
10. «

    Когда я достиг вершины власти, то понял, что меня обдувают ледяные ветры государственной необходимости.

    Когда я достиг вершины власти, то понял, что меня обдувают ледяные ветры государственной необходимости.

    — Шарль де Голль
11. «

    В помещении пахло кожей переплётов. И властью. Здесь пахло властью. Именно так власть и должна пахнуть. Вечностью. Бессмертием. Безграничностью.

    В помещении пахло кожей переплётов. И властью. Здесь пахло властью. Именно так власть и должна пахнуть. Вечностью. Бессмертием. Безграничностью.

    — Сири Петтерсен · книга
12. «

    Віки ідуть. А нам усе амінь. Нема спокою між Дніпром і Бугом. Вже стільки літ, вже стільки поколінь! - усе життя — між шаблею і плугом.

    Віки ідуть. А нам усе амінь. Нема спокою між Дніпром і Бугом. Вже стільки літ, вже стільки поколінь! - усе життя — між шаблею і плугом.
13. «

    Думаю, нет. Ты... удивил меня в последний раз. Я постараюсь не ставить себя больше в такое положение. Ты действительно не знаешь, кто ты? Какая ирония. Что ты сделал с собой, Осар?

    Думаю, нет. Ты... удивил меня в последний раз. Я постараюсь не ставить себя больше в такое положение. Ты действительно не знаешь, кто ты? Какая ирония. Что ты сделал с собой, Осар?

    — Рейдриар · игра
14. «

    — Ты никогда не выполнишь своё предназначение. Ты не хочешь понять власть, скрывающуюся в тебе. — Зато я надеюсь жить с этим.

    — Ты никогда не выполнишь своё предназначение. Ты не хочешь понять власть, скрывающуюся в тебе. — Зато я надеюсь жить с этим.

    — Григорий Распутин · фильм
15. «

    Женщины отдали власть над своей судьбой в руки отцов и мужей. Великая жизнь стала мелкой жизнью.

    Женщины отдали власть над своей судьбой в руки отцов и мужей. Великая жизнь стала мелкой жизнью.

    — Мария Фариса · книга
16. «

    Люди все — паяцы на ярмарке — щекочущей иногда ярмарке человеческого тщеславия. Играть мышцами, деньгами, связями, законами, завтра. Это всё — вечер. И это всё позже. Сейчас солнце, ласкающееся к воде, к пашням, запах гвоздики и роз.

    Люди все — паяцы на ярмарке — щекочущей иногда ярмарке человеческого тщеславия. Играть мышцами, деньгами, связями, законами, завтра. Это всё — вечер. И это всё позже. Сейчас солнце, ласкающееся к воде, к пашням, запах гвоздики и роз.

    — Франц Вертфоллен · книга
17. «

    Тот, кто обязан молот удержать, обязан силой Тора обладать.

    Тот, кто обязан молот удержать, обязан силой Тора обладать.
18. «

    Всё началось с отливки Великих Колец. Три были переданы эльфам — бессмертным созданиям, самым мудрым и справедливым из всех живущих. Семь отданы повелителям гномов — великим добытчикам самоцветов и мастеровым горных пещер. А Девять… Девять Колец были переданы человеческому роду, который превыше всего жаждал власти. В этих Кольцах была заключена сила власти над каждым из народов. Но все они оказались обмануты. Потому что было сделано ещё одно Кольцо. В стране Мордор, в огне Роковой Горы тёмный Властелин Саурон тайно создал Единое Кольцо, подчинявшее себе все другие. И в это Кольцо он вложил всю жестокость, всю злобу и всю жажду власти над всем живущим. Одно Кольцо, способное править всеми. Одна за другой — свободные земли Средиземья пали под властью Кольца. Но были и те, кто восстал против зла. Последний Союз людей и эльфов выступил против армии Мордора, чтобы на склонах Роковой Горы сразиться за свободу Средиземья. Победа была близка. Но силу Кольца нельзя было превозмочь. Но в тот миг, когда надежда угасла, Исильдур, сын короля, поднял меч своего отца… Саурон, враг свободных людей Средиземья, был повержен. Кольцо перешло к Исильдуру, которому выпал шанс уничтожить зло навсегда. Но сердца людей легко поддаются соблазну, а Кольцо Власти обладало собственной волей. Кольцо предало Исильдура и привело его к гибели. И многое было забыто, чего забывать не следовало… История стала легендой, легенда превратилась в миф, и на две с половиной тысячи лет Кольцо кануло в безвестность. До тех пор, пока случай не привёл в его сети нового владельца. Кольцо досталось существу по имени Голлум, которое унесло его глубоко в туннели Мглистых гор. И там Кольцо поработило его. Кольцо даровало Голлуму неестественно долгую жизнь. Пятьсот лет оно отравляло его душу и во мгле Голлумовой пещеры ждало своего часа. Снова сгустился мрак над лесами земли. Поползли слухи о тьме с Востока, шёпоты о безымянном ужасе… Кольцо Власти дождалось — пришло его время. Кольцо покинуло Голлума. Но случилось нечто, не входившее в планы Кольца: его подобрало самое неожиданное создание, которое только можно представить — хоббит, Бильбо Бэггинс из Шира. Грядёт время, когда в руках хоббитов окажутся судьбы всего живого...

    Всё началось с отливки Великих Колец. Три были переданы эльфам — бессмертным созданиям, самым мудрым и справедливым из всех живущих. Семь отданы повелителям гномов — великим добытчикам самоцветов и мастеровым горных пещер. А Девять… Девять Колец были переданы человеческому роду, который превыше всего жаждал власти. В этих Кольцах была заключена сила власти над каждым из народов. Но все они оказались обмануты. Потому что было сделано ещё одно Кольцо. В стране Мордор, в огне Роковой Горы тёмный Властелин Саурон тайно создал Единое Кольцо, подчинявшее себе все другие. И в это Кольцо он вложил всю жестокость, всю злобу и всю жажду власти над всем живущим. Одно Кольцо, способное править всеми. Одна за другой — свободные земли Средиземья пали под властью Кольца. Но были и те, кто восстал против зла. Последний Союз людей и эльфов выступил против армии Мордора, чтобы на склонах Роковой Горы сразиться за свободу Средиземья. Победа была близка. Но силу Кольца нельзя было превозмочь. Но в тот миг, когда надежда угасла, Исильдур, сын короля, поднял меч своего отца… Саурон, враг свободных людей Средиземья, был повержен. Кольцо перешло к Исильдуру, которому выпал шанс уничтожить зло навсегда. Но сердца людей легко поддаются соблазну, а Кольцо Власти обладало собственной волей. Кольцо предало Исильдура и привело его к гибели. И многое было забыто, чего забывать не следовало… История стала легендой, легенда превратилась в миф, и на две с половиной тысячи лет Кольцо кануло в безвестность. До тех пор, пока случай не привёл в его сети нового владельца. Кольцо досталось существу по имени Голлум, которое унесло его глубоко в туннели Мглистых гор. И там Кольцо поработило его. Кольцо даровало Голлуму неестественно долгую жизнь. Пятьсот лет оно отравляло его душу и во мгле Голлумовой пещеры ждало своего часа. Снова сгустился мрак над лесами земли. Поползли слухи о тьме с Востока, шёпоты о безымянном ужасе… Кольцо Власти дождалось — пришло его время. Кольцо покинуло Голлума. Но случилось нечто, не входившее в планы Кольца: его подобрало самое неожиданное создание, которое только можно представить — хоббит, Бильбо Бэггинс из Шира. Грядёт время, когда в руках хоббитов окажутся судьбы всего живого...

    — Галадриэль · фильм
19. «

    Ничто не будет вечно под луной Волна накроется волной. И если силой долго держат власть Тирану предрешено пасть.

    Ничто не будет вечно под луной Волна накроется волной. И если силой долго держат власть Тирану предрешено пасть.
20. «

    Повернул голову, увидел седого величественного мужчину с серебряным обручем в волосах. «Отец, я ещё не встал перед вельможами и не объявил знаки, – виновато обратился к нему Светел. – Зато я лыжи верстать научился. И на гуслях играть. И…» «Значит, я в правильную сторону тебя отослал, – сказал человек. Непонятно как, но Светел оказался у него на руках. – Царские знаки – не самое важное, мой сын. Даже Огненный Трон не так важен. Надо, чтобы снова солнце светило. Ты должен понять, за что на самом деле стоит сражаться!»

    Повернул голову, увидел седого величественного мужчину с серебряным обручем в волосах. «Отец, я ещё не встал перед вельможами и не объявил знаки, – виновато обратился к нему Светел. – Зато я лыжи верстать научился. И на гуслях играть. И…» «Значит, я в правильную сторону тебя отослал, – сказал человек. Непонятно как, но Светел оказался у него на руках. – Царские знаки – не самое важное, мой сын. Даже Огненный Трон не так важен. Надо, чтобы снова солнце светило. Ты должен понять, за что на самом деле стоит сражаться!»

    — Мария Семенова · книга