196 фраз про «войне со смыслом» с глубоким смыслом

Собрали 196 цитат на тему «войне со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Если поражение неизбежно, нужно не дожигать все свои ресурсы до последнего, а минимизировать ущерб.

   Если поражение неизбежно, нужно не дожигать все свои ресурсы до последнего, а минимизировать ущерб.

   — Максим Кац
2. «

   Когда ты ведёшь войну ради перемирия, то большая вероятность, что вместо него получишь поражение. Войну надо вести ради победы.

   Когда ты ведёшь войну ради перемирия, то большая вероятность, что вместо него получишь поражение. Войну надо вести ради победы.

   — Карен Шахназаров
3. «

   Каждое дело — это война, выжить можно лишь постоянно ставя себя на край пропасти.

   Каждое дело — это война, выжить можно лишь постоянно ставя себя на край пропасти.

   — Джейсон Ген · игра
4. «

   Мы атакуем всякую инакость, все, чего не понимаем, все, что может изменить наш мир, нашу среду обитания, снизить наши шансы на выживание. Расизм, классовая вражда, сексизм, Восток и Запад, Север и Юг, капитализм и коммунизм, демократия и диктатура, ислам и христианство, Израиль и Палестина – все это разные лица одной и той же войны: войны за гомогенность человеческого рода, за искоренение наших различий. Это война, которую мы затеяли уже давно, и с тех пор не прекращавшаяся ни на миг. Война, воздействующая на каждый человеческий ум на подсознательном уровне, как компьютерная программа, постоянно работающая в фоновом режиме, подталкивающая нас к некой возможности.

   Мы атакуем всякую инакость, все, чего не понимаем, все, что может изменить наш мир, нашу среду обитания, снизить наши шансы на выживание. Расизм, классовая вражда, сексизм, Восток и Запад, Север и Юг, капитализм и коммунизм, демократия и диктатура, ислам и христианство, Израиль и Палестина – все это разные лица одной и той же войны: войны за гомогенность человеческого рода, за искоренение наших различий. Это война, которую мы затеяли уже давно, и с тех пор не прекращавшаяся ни на миг. Война, воздействующая на каждый человеческий ум на подсознательном уровне, как компьютерная программа, постоянно работающая в фоновом режиме, подталкивающая нас к некой возможности.

   — А. Дж. Риддл · книга
5. «

   В этой смерти никто не видел того важнейшего в этой жизни момента — окончания ее и возвращения к тому источнику, из которого она вышла, а виделось только молодечество лихого офицера, бросившегося с шашкой на горцев и отчаянно рубившего их. Хотя все, в особенности побывавшие в делах офицеры, знали и могли знать, что на войне тогда на Кавказе, да и никогда нигде не бывает той рубки врукопашную шашками, которая всегда предполагается и описывается (а если и бывает такая рукопашная шашками и штыками, то рубят и колют всегда только бегущих), эта фикция рукопашной признавалась офицерами и придавала им ту спокойную гордость и веселость, с которой они, одни в молодецких, другие, напротив, в самых скромных позах, сидели на барабанах, курили, пили и шутили, не заботясь о смерти, которая, так же как и Слепцова, могла всякую минуту постигнуть каждого из них.

   В этой смерти никто не видел того важнейшего в этой жизни момента — окончания ее и возвращения к тому источнику, из которого она вышла, а виделось только молодечество лихого офицера, бросившегося с шашкой на горцев и отчаянно рубившего их. Хотя все, в особенности побывавшие в делах офицеры, знали и могли знать, что на войне тогда на Кавказе, да и никогда нигде не бывает той рубки врукопашную шашками, которая всегда предполагается и описывается (а если и бывает такая рукопашная шашками и штыками, то рубят и колют всегда только бегущих), эта фикция рукопашной признавалась офицерами и придавала им ту спокойную гордость и веселость, с которой они, одни в молодецких, другие, напротив, в самых скромных позах, сидели на барабанах, курили, пили и шутили, не заботясь о смерти, которая, так же как и Слепцова, могла всякую минуту постигнуть каждого из них.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
6. «

   Война щадит не храбрых, а трусливых.

   Война щадит не храбрых, а трусливых.

   — Анакреон
7. «

   Богуцкие приготовили мне раскладушку. После казарменных нар, на которых раньше спал, эта постель показалась мне необыкновенно удобной. Сам факт, что я не вижу немцев, не слышу их криков и не приходится опасаться, что каждую минуту любой эсэсовец может меня избить или даже убить, давал ощущение счастья.

   Богуцкие приготовили мне раскладушку. После казарменных нар, на которых раньше спал, эта постель показалась мне необыкновенно удобной. Сам факт, что я не вижу немцев, не слышу их криков и не приходится опасаться, что каждую минуту любой эсэсовец может меня избить или даже убить, давал ощущение счастья.

   — Владислав Шпильман · книга
8. «

   Ни Великой войны, ни Великой депрессии. Наша война — война духовная, наша депрессия — наша жизнь.

   Ни Великой войны, ни Великой депрессии. Наша война — война духовная, наша депрессия — наша жизнь.

   — Тайлер Дерден · фильм
9. «

   — Нельзя нам уходить, командир! — Верно, нельзя. Но я ваши жизни, как и свою, готов отдать только в обмен на фрицевские. А вот так… задаром, превращать свою роту в фарш – я не позволю.

   — Нельзя нам уходить, командир! — Верно, нельзя. Но я ваши жизни, как и свою, готов отдать только в обмен на фрицевские. А вот так… задаром, превращать свою роту в фарш – я не позволю.

   — солдаты · фильм
10. «

    Какой-то мудрец сказал: «Если мы не покончим с войнами, войны покончат с нами». И я сумел остановить хотя бы одну войну. Тогда я не смог бы точно объяснить, почему я пощадил Чёрных. Но понял: мои кошмары, в которых я видел Чёрных, были их попыткой связаться со мной. Не знаю, стал ли я первым человеком, с которым они установили контакт, но я точно не буду последним. Теперь мы действуем вместе. И будущее — наше будущее — расстилается перед нами, как бесконечный туннель Метро. И может быть, однажды, мы заслужим свет в конце этого туннеля…

    Какой-то мудрец сказал: «Если мы не покончим с войнами, войны покончат с нами». И я сумел остановить хотя бы одну войну. Тогда я не смог бы точно объяснить, почему я пощадил Чёрных. Но понял: мои кошмары, в которых я видел Чёрных, были их попыткой связаться со мной. Не знаю, стал ли я первым человеком, с которым они установили контакт, но я точно не буду последним. Теперь мы действуем вместе. И будущее — наше будущее — расстилается перед нами, как бесконечный туннель Метро. И может быть, однажды, мы заслужим свет в конце этого туннеля…

    — Артём · игра
11. «

    — Каково это — быть на войне? <...> — В первом бою так страшно, что ты скорее написаешь в штаны, чем сделаешь выстрел. — А дальше? — Ты привыкаешь, но кажется, что время остановилось. Тебя учат не обращать внимание на то, что происходит вокруг. Ты просто пытаешься остаться в живых, и ты думаешь... — О чём? — О том, что тебе в жизни дорого, о тех людях, которых ты любишь, о том, что ты еще не успел сделать. У тебя вся жизнь проносится перед глазами и ты прощаешься с ней. Но внутренний голос говорит нет! Нет, ты ещё жив!... Не сегодня...

    — Каково это — быть на войне? <...> — В первом бою так страшно, что ты скорее написаешь в штаны, чем сделаешь выстрел. — А дальше? — Ты привыкаешь, но кажется, что время остановилось. Тебя учат не обращать внимание на то, что происходит вокруг. Ты просто пытаешься остаться в живых, и ты думаешь... — О чём? — О том, что тебе в жизни дорого, о тех людях, которых ты любишь, о том, что ты еще не успел сделать. У тебя вся жизнь проносится перед глазами и ты прощаешься с ней. Но внутренний голос говорит нет! Нет, ты ещё жив!... Не сегодня...

    — Нина (свидетель убийства) · фильм
12. «

    История взаимодействия между неравными народами, история завоеваний, эпидемий и геноцида — вот фон, на котором происходило становления современного мира.

    История взаимодействия между неравными народами, история завоеваний, эпидемий и геноцида — вот фон, на котором происходило становления современного мира.

    — Джаред Даймонд · книга
13. «

    Никому не нравится война — если он, конечно, не дурак. Но война рано или поздно находит всех. Это неизбежно.

    Никому не нравится война — если он, конечно, не дурак. Но война рано или поздно находит всех. Это неизбежно.

    — Рик Риордан · книга
14. «

    — Мой клан был вырезан во время войны Ледяных Когтей. Ифгар тогда командовал наступлением. Это было дикое, ничем не оправданное убийство. <..> — И после всего этого вы столько лет ухаживали за ним? — удивилась Гильфи. — После гибели моего клана я стала Глауксовой сестрой (монашкой) и узнала, что прощение врагов есть высший долг каждой совы. Прошло много времени, прежде чем я смогла простить. Но когда наконец это произошло, мне стало легче. — Но посмотри к чему это привело! Ифгар ничуточку не изменился, он так и остался предателем... — Это неважно. Я изменилась. Исцелилась. Он — нет.

    — Мой клан был вырезан во время войны Ледяных Когтей. Ифгар тогда командовал наступлением. Это было дикое, ничем не оправданное убийство. <..> — И после всего этого вы столько лет ухаживали за ним? — удивилась Гильфи. — После гибели моего клана я стала Глауксовой сестрой (монашкой) и узнала, что прощение врагов есть высший долг каждой совы. Прошло много времени, прежде чем я смогла простить. Но когда наконец это произошло, мне стало легче. — Но посмотри к чему это привело! Ифгар ничуточку не изменился, он так и остался предателем... — Это неважно. Я изменилась. Исцелилась. Он — нет.

    — Кэтрин Ласки · книга
15. «

    Война — это искусство обмана! Многие годы лицемерие Запада превращало весь мир в поле битвы. Пока враги народа трепали языками, наши братья и наши сыновья проливали свою кровь. Но обман — обоюдоострое оружие. Чем чудовищнее ложь, тем охотнее в неё верить. А когда целая нация требует возмездия, ложь распространяется со скоростью лесного пожара. Это пламя разгорается всё ярче, пожирая всё на своём пути. Наши враги считают, что только они определяют ход истории. Но на деле достаточно воли одного человека.

    Война — это искусство обмана! Многие годы лицемерие Запада превращало весь мир в поле битвы. Пока враги народа трепали языками, наши братья и наши сыновья проливали свою кровь. Но обман — обоюдоострое оружие. Чем чудовищнее ложь, тем охотнее в неё верить. А когда целая нация требует возмездия, ложь распространяется со скоростью лесного пожара. Это пламя разгорается всё ярче, пожирая всё на своём пути. Наши враги считают, что только они определяют ход истории. Но на деле достаточно воли одного человека.

    — Владимир Макаров · игра
16. «

    Нежелана Вышатична, Радимова невеста, собралась ехать с войском. Туго набила колчан тяжелыми боевыми стрелами. Обновила тетивы на трех луках — не всякому парню натянуть. Да и вывела из отцовской конюшни черногривую кобылицу. Болело у боярина старое сердце — поди теперь с ней заговори… —​ Я-то как же?​ — горько спросил любимую князь Радим.​ — О себе не печалишься, обо мне хоть помыслила бы. Как без тебя жить смогу? Была то самая великая жалоба, какую от него слыхали. Но и он Нежелану не уговорил. Обняла, прижала к себе его голову, поцеловала закрытые веки: —​ Ты да я дома останемся, дом-то кто оборонит…

    Нежелана Вышатична, Радимова невеста, собралась ехать с войском. Туго набила колчан тяжелыми боевыми стрелами. Обновила тетивы на трех луках — не всякому парню натянуть. Да и вывела из отцовской конюшни черногривую кобылицу. Болело у боярина старое сердце — поди теперь с ней заговори… —​ Я-то как же?​ — горько спросил любимую князь Радим.​ — О себе не печалишься, обо мне хоть помыслила бы. Как без тебя жить смогу? Была то самая великая жалоба, какую от него слыхали. Но и он Нежелану не уговорил. Обняла, прижала к себе его голову, поцеловала закрытые веки: —​ Ты да я дома останемся, дом-то кто оборонит…

    — Мария Семенова · книга
17. «

    Это и есть настоящая тьма. Не смерть, не война, не насилие над детьми. У настоящей тьмы лицо любви. Первая смерть случается в сердце, Гарри.

    Это и есть настоящая тьма. Не смерть, не война, не насилие над детьми. У настоящей тьмы лицо любви. Первая смерть случается в сердце, Гарри.

    — Долорес Деи · игра
18. «

    Один — уничтожить вражеские надежды на победу. Два — используй все к своему преимуществу. Три — воспользуйся слабостью своего врага. Четыре — атакуй с неожиданной стороны.

    Один — уничтожить вражеские надежды на победу. Два — используй все к своему преимуществу. Три — воспользуйся слабостью своего врага. Четыре — атакуй с неожиданной стороны.

    — Владимир Макаров · игра
19. «

    Успех в войне зависит не от оружия, а от денежных средств, при которых оружие только и приносит пользу.

    Успех в войне зависит не от оружия, а от денежных средств, при которых оружие только и приносит пользу.

    — Фукидид
20. «

    – А почему люди, если боятся, то убивают? Они так всегда делают? – удивился мальчик. – Когда у труса оружие в руках, он опаснее любого зверя, – назидательно ответил дедушка. – Даже на войне? – На войне особенно. Войну и затевают трусы: им страшно жить рядом с сильными, а у слабых хочется всё богатство себе отобрать. Вот и начинают стрелять да убивать.

    – А почему люди, если боятся, то убивают? Они так всегда делают? – удивился мальчик. – Когда у труса оружие в руках, он опаснее любого зверя, – назидательно ответил дедушка. – Даже на войне? – На войне особенно. Войну и затевают трусы: им страшно жить рядом с сильными, а у слабых хочется всё богатство себе отобрать. Вот и начинают стрелять да убивать.

    — Андрей Макаров · книга