295 цитат на тему «войне со смыслом» — читать онлайн

Собрали 295 цитат на тему «войне со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Самое трудное – возможно, лучше подготовить победу; это – незаметная заслуга стратегии, за которую она редко получает похвалу.

   Самое трудное – возможно, лучше подготовить победу; это – незаметная заслуга стратегии, за которую она редко получает похвалу.

   — Карл фон Клаузевиц
2. «

   Это то, что вам, люди, давно пора усвоить. Никакая борьба и кровь не приносит счастья ни одной из сторон.

   Это то, что вам, люди, давно пора усвоить. Никакая борьба и кровь не приносит счастья ни одной из сторон.

   — Рэйтан Вайш · игра
3. «

   В наступлении главное — быстрота. Ищи врага там, где он не ждет. И если уж двинулся, иди вперед.

   В наступлении главное — быстрота. Ищи врага там, где он не ждет. И если уж двинулся, иди вперед.

   — Ольгерд Ярош · сериал
4. «

   Если поражение неизбежно, нужно не дожигать все свои ресурсы до последнего, а минимизировать ущерб.

   Если поражение неизбежно, нужно не дожигать все свои ресурсы до последнего, а минимизировать ущерб.

   — Максим Кац
5. «

   И никогда не следует строить расчеты на отдельных ошибках противника, но полагаться только на свою собственную готовность к войне.

   И никогда не следует строить расчеты на отдельных ошибках противника, но полагаться только на свою собственную готовность к войне.

   — Фукидид
6. «

   Ещё тот карлик очень так любил соврать, Любил он также что-нибудь и где нибудь украсть. Любил ещё шаманов он тайгу и тишину, Но больше всего карлик наш любил войну.

   Ещё тот карлик очень так любил соврать, Любил он также что-нибудь и где нибудь украсть. Любил ещё шаманов он тайгу и тишину, Но больше всего карлик наш любил войну.
7. «

   Я не знаю, каким оружием будет вестись Третья мировая война, но Четвёртая — палками и камнями.

   Я не знаю, каким оружием будет вестись Третья мировая война, но Четвёртая — палками и камнями.

   — Альберт Эйнштейн
8. «

   Всё, что пережито и прошло, становится приключением! До чего отвратительно! И чем страшнее всё было, тем впоследствии представляется более заманчивым. Судить о том, что такое война, могли бы по-настоящему только мёртвые: только они одни узнали всё до конца.

   Всё, что пережито и прошло, становится приключением! До чего отвратительно! И чем страшнее всё было, тем впоследствии представляется более заманчивым. Судить о том, что такое война, могли бы по-настоящему только мёртвые: только они одни узнали всё до конца.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   Разве война не показала тебе, как ужасен этот мир?

   Разве война не показала тебе, как ужасен этот мир?

   — Виктория Килеева · книга
10. «

    Лишь со смертью прекращается долг.

    Лишь со смертью прекращается долг.
11. «

    Все Балканы не стоят жизни одного русского солдата.

    Все Балканы не стоят жизни одного русского солдата.

    — Александр III
12. «

    Для русского типа культуры война – это неестественное состояние человека прежде всего потому, что она разрушает единство всего живого, на которое направлено внимание русского человека. Подавлять, а тем более убивать другого человека, является разрушением самого главного для русского – человека как жизни, или жизни самой по себе, собственно жизни.

    Для русского типа культуры война – это неестественное состояние человека прежде всего потому, что она разрушает единство всего живого, на которое направлено внимание русского человека. Подавлять, а тем более убивать другого человека, является разрушением самого главного для русского – человека как жизни, или жизни самой по себе, собственно жизни.

    — Малек Яфаров
13. «

    Ни ты, ни я не хотим смерти. Ни ты, ни я не начинали убивать. Войну начали до нас. Другие. Те, кто в «Мерседесах» и в кабинетах. Они не видят крови. Они считают деньги. Им мало. Им не интересно, знает ли этот мир про тебя, или про меня. Им интересна только их сытая жизнь. Они на войну, как Наполеон, не отправятся. Они таких, как ты, на смерть пошлют. И ты пойдешь подвиг совершать. Из-за каких-то неопределенных идейных соображений.

    Ни ты, ни я не хотим смерти. Ни ты, ни я не начинали убивать. Войну начали до нас. Другие. Те, кто в «Мерседесах» и в кабинетах. Они не видят крови. Они считают деньги. Им мало. Им не интересно, знает ли этот мир про тебя, или про меня. Им интересна только их сытая жизнь. Они на войну, как Наполеон, не отправятся. Они таких, как ты, на смерть пошлют. И ты пойдешь подвиг совершать. Из-за каких-то неопределенных идейных соображений.

    — Юлия Руденко · книга
14. «

    Ужасный сон отяготел над нами, Ужасный, безобразный сон: В крови до пят, мы бьемся с мертвецами, Воскресшими для новых похорон.

    Ужасный сон отяготел над нами, Ужасный, безобразный сон: В крови до пят, мы бьемся с мертвецами, Воскресшими для новых похорон.

    — Фёдор Иванович Тютчев
15. «

    На фронте все бойцы, разумеется, молятся о том, чтобы выжить. Но если этому не суждено сбыться, они молятся о том, чтобы смерть была мгновенной. Слишком много молитв остаётся без ответа.

    На фронте все бойцы, разумеется, молятся о том, чтобы выжить. Но если этому не суждено сбыться, они молятся о том, чтобы смерть была мгновенной. Слишком много молитв остаётся без ответа.

    — Мэттью Кроули · сериал
16. «

    Сегодня в этом доме, который сохранился, помещается школа. Я иногда выступаю там перед детьми, и не подозревающими о том, сколько страданий и смертельного страха мне пришлось пережить в этих солнечных школьных классах.

    Сегодня в этом доме, который сохранился, помещается школа. Я иногда выступаю там перед детьми, и не подозревающими о том, сколько страданий и смертельного страха мне пришлось пережить в этих солнечных школьных классах.

    — Владислав Шпильман · книга
17. «

    По сути дела, это начало плана окончательного решения русского вопроса в исполнении европейцев. <...> Мы каждый раз говорим: «...ну вот если дойдёт до угрозы нашего существования...» Нам уже всем понять надо от последнего рядового до главнокомандующего — вопрос о нашем существовании уже поставлен на карту! Вопрос уже сегодня разыгрывается. <...> Вы хотите создать им условия, когда они смогут нас загонять в концлагеря? В лагеря смерти? Запустят их по новой? Они это сделают! Они это сделают, потому что никаких моральных, нравственных ограничений у этих людей не существовало ни восемьдесят лет назад ни сейчас. <...> Мы должны исходить из того, что единственное соображение, которым мы должны руководствоваться — доктрина выживания русского народа. Выживания не условного, а прямого — здесь и сейчас. Это когда обороняться нужно всем, что у тебя есть и очень жестко.

    По сути дела, это начало плана окончательного решения русского вопроса в исполнении европейцев. <...> Мы каждый раз говорим: «...ну вот если дойдёт до угрозы нашего существования...» Нам уже всем понять надо от последнего рядового до главнокомандующего — вопрос о нашем существовании уже поставлен на карту! Вопрос уже сегодня разыгрывается. <...> Вы хотите создать им условия, когда они смогут нас загонять в концлагеря? В лагеря смерти? Запустят их по новой? Они это сделают! Они это сделают, потому что никаких моральных, нравственных ограничений у этих людей не существовало ни восемьдесят лет назад ни сейчас. <...> Мы должны исходить из того, что единственное соображение, которым мы должны руководствоваться — доктрина выживания русского народа. Выживания не условного, а прямого — здесь и сейчас. Это когда обороняться нужно всем, что у тебя есть и очень жестко.

    — Андрей Сидорчик
18. «

    Проигранные сражения обычно начинаются с удачных выстрелов.

    Проигранные сражения обычно начинаются с удачных выстрелов.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
19. «

    Все мужчины, оставшиеся в Варшаве, были обязаны записаться на работу и минимум шесть дней в неделю работать физически. Я делал все возможное, чтобы этого избежать. В основном из-за пальцев: достаточно было самого незначительного повреждения суставов, надрыва мышц или легкой травмы, чтобы на карьере пианиста поставить крест.

    Все мужчины, оставшиеся в Варшаве, были обязаны записаться на работу и минимум шесть дней в неделю работать физически. Я делал все возможное, чтобы этого избежать. В основном из-за пальцев: достаточно было самого незначительного повреждения суставов, надрыва мышц или легкой травмы, чтобы на карьере пианиста поставить крест.

    — Владислав Шпильман · книга
20. «

    Война — это наш общечеловеческий позор. Это прямое доказательство нашего глубочайшего невежества.

    Война — это наш общечеловеческий позор. Это прямое доказательство нашего глубочайшего невежества.

    — Виталий Евсеев