413 цитат на тему «война» — читать онлайн

413 цитат про «война»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Правило ведения войны заключается в том, чтобы не полагаться на то, что противник не придет, а полагаться на то, с чем я могу его встретить; не полагаться на то, что он не нападет, а полагаться на то, что я сделаю нападение на себя невозможным для него.

   Правило ведения войны заключается в том, чтобы не полагаться на то, что противник не придет, а полагаться на то, с чем я могу его встретить; не полагаться на то, что он не нападет, а полагаться на то, что я сделаю нападение на себя невозможным для него.

   — Сунь-Цзы · книга
2. «

   Вечная, никогда не прекращающаяся война. Раз за разом он убивал, раз за разом поглощал гаснущую жизнь. Путь призрака смерти по странам и землям был бесконечен. Страшное своей безжалостностью, за этой безжалостностью по-прежнему скрывается слабый, сдерживающий слезы ребенок.

   Вечная, никогда не прекращающаяся война. Раз за разом он убивал, раз за разом поглощал гаснущую жизнь. Путь призрака смерти по странам и землям был бесконечен. Страшное своей безжалостностью, за этой безжалостностью по-прежнему скрывается слабый, сдерживающий слезы ребенок.

   — Александр Андерсон · аниме
3. «

   Самый опасный человек — герой войны, выживший, чтобы поведать свою правду, которую уже не смогут опровергнуть погибшие товарищи.

   Самый опасный человек — герой войны, выживший, чтобы поведать свою правду, которую уже не смогут опровергнуть погибшие товарищи.

   — Карлос Руис Сафон · книга
4. «

   Война страшна не тем, что убивает живых. Война страшна тем, что убивает их души. Делит мир на черное и белое, своих и чужих, врагов и друзей. Все переворачивает, рушит все барьеры, снимает все запреты. И убивать...это перестает быть преступлением. Обращается в необходимость, привычку. И те, кто уходит на войну, либо не возвращаются вовсе, либо возвращаются не собой. Ты начинаешь считать воистину ужасным только одно: смерть. Если вы берете пленного и не убиваете его, вы думаете, что оказали ему милость. А избиения, пытки, жестокость — все это становится нормальным. Вот что страшнее всего. Тебя делают просто крохотной частью чего-то огромного, беспощадного, жуткого. Ты исполняешь приказы, идешь вперед, прокладываешь свой кровавый путь — не думая, не сомневаясь. И враги становятся всего лишь...цифрами. Единицами. Бесконечным списком тех, кого надо вычеркнуть, чтобы этот кошмар наконец закончился... Но однажды ты сбиваешься со счета. Перестаешь чувствовать радость, тепло, любовь, зато в полной мере ощущаешь ненависть, ярость, жажду крови. Желание отомстить за всех, кто уже погиб на твоих глазах. А когда война заканчивается, ты еще долго не можешь улыбаться, и чувствовать все то, что умел чувствовать раньше — тоже. И тебя преследует только одно: осознание, что их больше нет. Тех, кого ты когда-то знал. Того, что ты когда-то знал. И мысль...а почему тогда все еще есть я?..

   Война страшна не тем, что убивает живых. Война страшна тем, что убивает их души. Делит мир на черное и белое, своих и чужих, врагов и друзей. Все переворачивает, рушит все барьеры, снимает все запреты. И убивать...это перестает быть преступлением. Обращается в необходимость, привычку. И те, кто уходит на войну, либо не возвращаются вовсе, либо возвращаются не собой. Ты начинаешь считать воистину ужасным только одно: смерть. Если вы берете пленного и не убиваете его, вы думаете, что оказали ему милость. А избиения, пытки, жестокость — все это становится нормальным. Вот что страшнее всего. Тебя делают просто крохотной частью чего-то огромного, беспощадного, жуткого. Ты исполняешь приказы, идешь вперед, прокладываешь свой кровавый путь — не думая, не сомневаясь. И враги становятся всего лишь...цифрами. Единицами. Бесконечным списком тех, кого надо вычеркнуть, чтобы этот кошмар наконец закончился... Но однажды ты сбиваешься со счета. Перестаешь чувствовать радость, тепло, любовь, зато в полной мере ощущаешь ненависть, ярость, жажду крови. Желание отомстить за всех, кто уже погиб на твоих глазах. А когда война заканчивается, ты еще долго не можешь улыбаться, и чувствовать все то, что умел чувствовать раньше — тоже. И тебя преследует только одно: осознание, что их больше нет. Тех, кого ты когда-то знал. Того, что ты когда-то знал. И мысль...а почему тогда все еще есть я?..

   — Евгения Сафонова · книга
5. «

   А степная трава пахнет горечью. Молодые ветра зелены. Просыпаемся мы, и грохочет над полночью то ли гроза, то ли эхо прошедшей войны.

   А степная трава пахнет горечью. Молодые ветра зелены. Просыпаемся мы, и грохочет над полночью то ли гроза, то ли эхо прошедшей войны.

   — Роберт Рождественский · фильм
6. «

   Она куда-то ушла и третий день не звонит. Ты почему-то один, ты почему-то забыт. И каждый считает виноватым другого, Хотя сделать шаг на встречу — это проще простого. И каждый хочет доказать, что он лучше, чем есть. И большая любовь превращается в месть. И безумные чувства превращаются в слова. Но это уже совсем другая война.

   Она куда-то ушла и третий день не звонит. Ты почему-то один, ты почему-то забыт. И каждый считает виноватым другого, Хотя сделать шаг на встречу — это проще простого. И каждый хочет доказать, что он лучше, чем есть. И большая любовь превращается в месть. И безумные чувства превращаются в слова. Но это уже совсем другая война.
7. «

   Ты не первый солдат, которого я забираю с поля боя, и всех их переполняли те же чувства. Они не могут уйти. На карту поставлена победа. Но они ошибались. Сражение продолжалось и без них.

   Ты не первый солдат, которого я забираю с поля боя, и всех их переполняли те же чувства. Они не могут уйти. На карту поставлена победа. Но они ошибались. Сражение продолжалось и без них.

   — Тесса · сериал
8. «

   Не существует войны, в которой нет жертв.

   Не существует войны, в которой нет жертв.

   — Токуса
9. «

   — Ты хочешь войну? — Этого жаждет вся страна. — Значит нам повезло, что это решает не страна.

   — Ты хочешь войну? — Этого жаждет вся страна. — Значит нам повезло, что это решает не страна.

   — Доран Мартелл · сериал
10. «

    У меня есть определённые правила, по которым я живу. Первое правило — я не верю ничему, что правительство мне говорит, ничему. Ноль. И к тому же, я не очень серьезно воспринимаю медиа или прессу в этой стране, которые в случае войны в Персидском заливе были просто работниками Департамента обороны, которым не выплатили жалование и которые большую часть времени функционировали как неофициальное агентство по связям с общественностью для правительства Соединённых Штатов. Так что не слушайте их. Я не очень-то верю в свою страну. И должен вам сказать, народ, у меня не подкатывает ком к горлу насчет желтых лент и американских флагов. Я рассматриваю их как символы и оставляю эти символы для символично мыслящих.

    У меня есть определённые правила, по которым я живу. Первое правило — я не верю ничему, что правительство мне говорит, ничему. Ноль. И к тому же, я не очень серьезно воспринимаю медиа или прессу в этой стране, которые в случае войны в Персидском заливе были просто работниками Департамента обороны, которым не выплатили жалование и которые большую часть времени функционировали как неофициальное агентство по связям с общественностью для правительства Соединённых Штатов. Так что не слушайте их. Я не очень-то верю в свою страну. И должен вам сказать, народ, у меня не подкатывает ком к горлу насчет желтых лент и американских флагов. Я рассматриваю их как символы и оставляю эти символы для символично мыслящих.

    — Джордж Карлин
11. «

    — Больше не с кем сражаться. — Всегда есть, с кем сражаться. ============================ — Мы всех победили, правитель. — Врагов можно найти всегда. ============================ — Способных к бою больше не осталось, великий цезарь. — Способные к бою всегда найдутся.

    — Больше не с кем сражаться. — Всегда есть, с кем сражаться. ============================ — Мы всех победили, правитель. — Врагов можно найти всегда. ============================ — Способных к бою больше не осталось, великий цезарь. — Способные к бою всегда найдутся.

    — Максимус Децим Меридий · фильм
12. «

    День Победы, День Победы Подарили нам наши деды! За подвиги в Великой, в той войне Должны быть благодарны мы вдвойне!

    День Победы, День Победы Подарили нам наши деды! За подвиги в Великой, в той войне Должны быть благодарны мы вдвойне!
13. «

    Обязанность солдата — защищать простых людей, и иногда ради этого приходится врать, о том что война это борьба добра со злом, а вовсе не естественный отбор в особо крупных масштабах.

    Обязанность солдата — защищать простых людей, и иногда ради этого приходится врать, о том что война это борьба добра со злом, а вовсе не естественный отбор в особо крупных масштабах.

    — Капитан Прайс · игра
14. «

    Всё, что надо — это просто выбраться отсюда и все дела... А потом, каждый день своей жизни — ты свободен.

    Всё, что надо — это просто выбраться отсюда и все дела... А потом, каждый день своей жизни — ты свободен.

    — рядовой Кинг (King) · фильм
15. «

    Воевать стоит всегда с улыбкой. Если вы этого не умеете, показывайте оскал. Если вы и этого не умеете, вам лучше не соваться в это дело.

    Воевать стоит всегда с улыбкой. Если вы этого не умеете, показывайте оскал. Если вы и этого не умеете, вам лучше не соваться в это дело.

    — Уинстон Черчилль
16. «

    Во времена моей молодости, которая прошла в Нью-Йорке, я отказался произносить клятву верности флагу. Естественно, меня направили в кабинет директора, который спросил: «Почему ты не хочешь принести клятву верности? Ведь все это делают!» Я ответил: «Когда-то все верили, что Земля плоская, но это не значит, что так оно и есть». Я объяснил, что своими достижениями Америка обязана другим культурам и народам, и я бы предпочел принести клятву верности Земле и всем её обитателям. Излишне говорить, что вскоре после этого я бросил школу и оборудовал у себя в комнате лабораторию, где приступил к изучению естествознания и других наук. И тогда я понял, что Вселенная подчиняется законам, и что человек, как и само общество, не являются исключением. Затем, в 1929 году произошел биржевой крах, который стал началом того, что сейчас называют Великой депрессией. Я не мог понять, почему миллионы людей остались без работы, потеряли жильё и были вынуждены голодать, тогда как заводы простаивали, и ресурсы были по-прежнему доступны. Именно тогда я осознал, что правила экономической игры в своей основе ошибочны. Вскоре после этого началась Вторая мировая война, в ходе которой многие страны последовательно уничтожали друг друга. По окончании войны я подсчитал, что все израсходованные на разрушения средства и ресурсы могли бы легко обеспечить всем необходимым каждого человека на планете. С тех пор я наблюдаю, как человечество роет себе могилу. Как постоянно растрачиваются и уничтожаются бесценные исчерпаемые ресурсы во имя прибыли и свободного рынка. Я наблюдаю, как социальные ценности сводятся к искусственному материализму и бездумному потреблению. И как финансовые силы контролируют политическую систему якобы свободного общества. Сейчас мне 94 года. Боюсь, что моё отношение к этому осталось таким же, как и 75 лет назад. Пора прекратить это безумие.

    Во времена моей молодости, которая прошла в Нью-Йорке, я отказался произносить клятву верности флагу. Естественно, меня направили в кабинет директора, который спросил: «Почему ты не хочешь принести клятву верности? Ведь все это делают!» Я ответил: «Когда-то все верили, что Земля плоская, но это не значит, что так оно и есть». Я объяснил, что своими достижениями Америка обязана другим культурам и народам, и я бы предпочел принести клятву верности Земле и всем её обитателям. Излишне говорить, что вскоре после этого я бросил школу и оборудовал у себя в комнате лабораторию, где приступил к изучению естествознания и других наук. И тогда я понял, что Вселенная подчиняется законам, и что человек, как и само общество, не являются исключением. Затем, в 1929 году произошел биржевой крах, который стал началом того, что сейчас называют Великой депрессией. Я не мог понять, почему миллионы людей остались без работы, потеряли жильё и были вынуждены голодать, тогда как заводы простаивали, и ресурсы были по-прежнему доступны. Именно тогда я осознал, что правила экономической игры в своей основе ошибочны. Вскоре после этого началась Вторая мировая война, в ходе которой многие страны последовательно уничтожали друг друга. По окончании войны я подсчитал, что все израсходованные на разрушения средства и ресурсы могли бы легко обеспечить всем необходимым каждого человека на планете. С тех пор я наблюдаю, как человечество роет себе могилу. Как постоянно растрачиваются и уничтожаются бесценные исчерпаемые ресурсы во имя прибыли и свободного рынка. Я наблюдаю, как социальные ценности сводятся к искусственному материализму и бездумному потреблению. И как финансовые силы контролируют политическую систему якобы свободного общества. Сейчас мне 94 года. Боюсь, что моё отношение к этому осталось таким же, как и 75 лет назад. Пора прекратить это безумие.

    — Жак Фреско
17. «

    Он любит ее и всегда будет любить, но они не могут быть вместе. Они рождены под разными звездами, и она любит другого. Он запретил себе думать о ней, но завтра он уходит в бой и не может не вспоминать. Он смотрит на небо и думает о ней и о смерти, которая заберет и его жизнь, и его любовь.

    Он любит ее и всегда будет любить, но они не могут быть вместе. Они рождены под разными звездами, и она любит другого. Он запретил себе думать о ней, но завтра он уходит в бой и не может не вспоминать. Он смотрит на небо и думает о ней и о смерти, которая заберет и его жизнь, и его любовь.

    — Вера Камша · книга
18. «

    Человек, который борется за свои идеалы в десять раз сильнее того, кто борется за чужие.

    Человек, который борется за свои идеалы в десять раз сильнее того, кто борется за чужие.

    — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · сериал
19. «

    Люди сейчас не ценят жизнь, они по мелочам начинают выбрасывать какие-то свои националистические, шовинистические, фашистские такие вот всплески. А чтобы им мозги вставить, они должны видеть все эти ужасы сами: генералы должны видеть эти ужасы, политики, тогда им сразу перехочется драться...

    Люди сейчас не ценят жизнь, они по мелочам начинают выбрасывать какие-то свои националистические, шовинистические, фашистские такие вот всплески. А чтобы им мозги вставить, они должны видеть все эти ужасы сами: генералы должны видеть эти ужасы, политики, тогда им сразу перехочется драться...

    — Анатолий Оноприенко
20. «

    Во все времена и во всех государствах, в особенности если эти государства раздирает религиозная вражда, находятся фанатики, которые ничего так не желают, как стать мучениками.

    Во все времена и во всех государствах, в особенности если эти государства раздирает религиозная вражда, находятся фанатики, которые ничего так не желают, как стать мучениками.

    — Александр Дюма · книга