128 цитат про «Жизненные цитаты про возраст», которые стоит перечитать

128 цитат про «Жизненные цитаты про возраст»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Ему было лет семнадцать, не больше, но он уже был старым.

   Ему было лет семнадцать, не больше, но он уже был старым.

   — Сьюзен Хинтон · книга
2. «

   Когда становишься старше, тебя больше мотивирует процесс, чем результат. Это начинает понимать каждый, кому больше сорока.

   Когда становишься старше, тебя больше мотивирует процесс, чем результат. Это начинает понимать каждый, кому больше сорока.

   — Гай Ричи
3. «

   Догадываюсь, что я была дурочкой, если считала, что ничего никогда не изменится. Мы, вероятно, были наивны, думая, что морщины и растяжки до нас не доберутся, но мы не говорили о расстоянии, или об обязательствах, или о чеках на оплату аренды, когда друг до друга было рукой подать. Мы просто вели себя так, будто наш возраст – чуть за двадцать – был овеян тайной, и глотали горячий шоколад, не давая себе труда считать калории, и ходили ужинать в два часа ночи, зная, что, возможно, такое уже больше никогда не повторится. Невозможно положить эти мгновения в шкатулку. Невозможно удержать людей навсегда. Эти моменты случаются, а потом исчезают. Думаю, поэтому меня изначально так привлекла эта мысль – писать и оставлять письма. Все это, опять же, возвращается к присутствию. К тому, что ничто не вызывает такого удивительного чувства, как знание, что кто-то где-то думает о тебе. Даже если это всего лишь клочок почтовой бумаги, оставленный в поезде, чтобы его нашел незнакомец. В мире, который дергает тебя, требуя смотреть одновременно в тысячу разных сторон, приятно знать, что кто-то говорит: «Эй, я тебя вижу!»

   Догадываюсь, что я была дурочкой, если считала, что ничего никогда не изменится. Мы, вероятно, были наивны, думая, что морщины и растяжки до нас не доберутся, но мы не говорили о расстоянии, или об обязательствах, или о чеках на оплату аренды, когда друг до друга было рукой подать. Мы просто вели себя так, будто наш возраст – чуть за двадцать – был овеян тайной, и глотали горячий шоколад, не давая себе труда считать калории, и ходили ужинать в два часа ночи, зная, что, возможно, такое уже больше никогда не повторится. Невозможно положить эти мгновения в шкатулку. Невозможно удержать людей навсегда. Эти моменты случаются, а потом исчезают. Думаю, поэтому меня изначально так привлекла эта мысль – писать и оставлять письма. Все это, опять же, возвращается к присутствию. К тому, что ничто не вызывает такого удивительного чувства, как знание, что кто-то где-то думает о тебе. Даже если это всего лишь клочок почтовой бумаги, оставленный в поезде, чтобы его нашел незнакомец. В мире, который дергает тебя, требуя смотреть одновременно в тысячу разных сторон, приятно знать, что кто-то говорит: «Эй, я тебя вижу!»

   — Ханна Бренчер · книга
4. «

   Мысль о том, что в моём возрасте Моцарт уже год как умер, очень отрезвляет.

   Мысль о том, что в моём возрасте Моцарт уже год как умер, очень отрезвляет.

   — Том Лерер
5. «

   Жизнь – игра в одни ворота. Но тебе же всего двадцать семь, может, еще повезет как-то.

   Жизнь – игра в одни ворота. Но тебе же всего двадцать семь, может, еще повезет как-то.

   — Чарльз Буковски · книга
6. «

   — И сказал господь: не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеком, потому что они плоть, пусть будут дни их сто двадцать лет. Подняла на меня глаза. — Твой Создатель дал тебе сто двадцать лет, а ты в тридцать считаешь себя старухой. Серьёзно?

   — И сказал господь: не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеком, потому что они плоть, пусть будут дни их сто двадцать лет. Подняла на меня глаза. — Твой Создатель дал тебе сто двадцать лет, а ты в тридцать считаешь себя старухой. Серьёзно?

   — Мария Фариса · книга
7. «

   Несколько располневшая, но еще не утратившая привлекательности, г-жа Вальтер находилась в том опасном для женщины возрасте, когда закат уже близок.

   Несколько располневшая, но еще не утратившая привлекательности, г-жа Вальтер находилась в том опасном для женщины возрасте, когда закат уже близок.

   — Ги де Мопассан · книга
8. «

   Когда нам двадцать лет, мы пляшем в самом центре жизни. Когда нам тридцать – бродим в пределах круга, очерченного жизнью. В пятьдесят – плетемся строго по краю, избегая смотреть как внутрь, так и наружу. А потом – и это привилегия детей и стариков – становимся невидимыми.

   Когда нам двадцать лет, мы пляшем в самом центре жизни. Когда нам тридцать – бродим в пределах круга, очерченного жизнью. В пятьдесят – плетемся строго по краю, избегая смотреть как внутрь, так и наружу. А потом – и это привилегия детей и стариков – становимся невидимыми.

   — Кристиан Бобен
9. «

   Поверьте мне, в сорок лет вам будет казаться, что вот теперь только и начинается ваша жизнь.

   Поверьте мне, в сорок лет вам будет казаться, что вот теперь только и начинается ваша жизнь.

   — Антон Круглов · фильм
10. «

    Все чаще я вдруг связываю участившийся пульс с погодой. Периодически отмечаю, что ближайшая аптека в трех минутах ходьбы. Но что-то мне подсказывает, что главное — сохранить молодость внутри. Поэтому я, как ненормальный, слушаю песни тех, кто годится мне в сыновья. И всегда чувствую, что я младше людей, которые умнее меня и знают больше.

    Все чаще я вдруг связываю участившийся пульс с погодой. Периодически отмечаю, что ближайшая аптека в трех минутах ходьбы. Но что-то мне подсказывает, что главное — сохранить молодость внутри. Поэтому я, как ненормальный, слушаю песни тех, кто годится мне в сыновья. И всегда чувствую, что я младше людей, которые умнее меня и знают больше.

    — Иван Ургант
11. «

    Философ сказал: «Нельзя не помнить возраста своих родителей, чтобы, с одной стороны, радоваться за их долголетие, а с другой – опасаться, как бы преклонный возраст не свел их в могилу».

    Философ сказал: «Нельзя не помнить возраста своих родителей, чтобы, с одной стороны, радоваться за их долголетие, а с другой – опасаться, как бы преклонный возраст не свел их в могилу».

    — Конфуций · книга
12. «

    Почувствуйте разницу: быть молодым и молодиться.

    Почувствуйте разницу: быть молодым и молодиться.

    — Олег Рой · книга
13. «

    После тридцати сердце перестает быть другом и становится злейшим врагом.

    После тридцати сердце перестает быть другом и становится злейшим врагом.

    — Борис Акунин · книга
14. «

    Мне было уже лет девять или что-то в этом роде, а в таком возрасте все люди уже думают — кроме, наверное, счастливых.

    Мне было уже лет девять или что-то в этом роде, а в таком возрасте все люди уже думают — кроме, наверное, счастливых.

    — Эмиль Ажар · книга
15. «

    Чем старше ты становишься, тем меньше в тебе остается высокомерного юношеского агностицизма.

    Чем старше ты становишься, тем меньше в тебе остается высокомерного юношеского агностицизма.

    — Роберт Земекис
16. «

    Сорок [лет] она ощущала почти так же, как пятнадцать. Какой-то бесцветный возраст. Ты словно затерялась посреди жизни.

    Сорок [лет] она ощущала почти так же, как пятнадцать. Какой-то бесцветный возраст. Ты словно затерялась посреди жизни.

    — Лиана Мориарти · книга
17. «

    Парни в 20 лет — пустая трата времени. У них нет ничего для разговора: они незрелые. Я предпочитаю мужчин постарше.

    Парни в 20 лет — пустая трата времени. У них нет ничего для разговора: они незрелые. Я предпочитаю мужчин постарше.

    — Меган Фокс
18. «

    Чем больше мы стареем, тем больше мы становимся детьми.

    Чем больше мы стареем, тем больше мы становимся детьми.

    — Михаил Сафарбекович Гуцериев
19. «

    Странное чувство испытываешь все-таки в день своего рождения, даже если никакого значения не придаешь ему. Тридцать лет… Было время, когда мне казалось, что я никак не доживу до двадцати, так хотелось поскорее стать взрослым. А потом…

    Странное чувство испытываешь все-таки в день своего рождения, даже если никакого значения не придаешь ему. Тридцать лет… Было время, когда мне казалось, что я никак не доживу до двадцати, так хотелось поскорее стать взрослым. А потом…

    — Эрих Мария Ремарк · книга
20. «

    Люди всегда превозносили меня за ум и красоту. А я — обыкновенная женщина, только с мужским сердцем. Я никогда не пила, не обращалась к наркотикам, знала, что надо избегать комплиментов и похвал, как яда. Всегда и во всем я придерживалась строгой дисциплины, особенно, когда надо было делать трудные неприятные вещи. С возрастом жить становится труднее. Нелегко видеть, как утрачиваешь свежесть. Но надо жить и за эту жизнь бороться: чтобы хорошо выглядеть, хорошо себя чувствовать и не поддаваться старости.

    Люди всегда превозносили меня за ум и красоту. А я — обыкновенная женщина, только с мужским сердцем. Я никогда не пила, не обращалась к наркотикам, знала, что надо избегать комплиментов и похвал, как яда. Всегда и во всем я придерживалась строгой дисциплины, особенно, когда надо было делать трудные неприятные вещи. С возрастом жить становится труднее. Нелегко видеть, как утрачиваешь свежесть. Но надо жить и за эту жизнь бороться: чтобы хорошо выглядеть, хорошо себя чувствовать и не поддаваться старости.

    — Мария Феликс