418 фраз на тему «врачи» для дневника

418 цитат про «врачи»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Ардис действительно была отличным лекарем, — и очень хорошим человеком, потому что в кодексе целителей нет пункта «обязан лечить всякого, кто завалится в твой дом в девять часов вечера».

   Ардис действительно была отличным лекарем, — и очень хорошим человеком, потому что в кодексе целителей нет пункта «обязан лечить всякого, кто завалится в твой дом в девять часов вечера».

   — Мария Быкова · книга
2. «

   — Вы, вероятно, не совсем отдаёте себе отчёт в том, что произошло. Вы живёте в стране, где к людям, упавшим на улице, как правило никто не подходит. В вашем же конкретном случае к вам не просто подошли, а оказали экстренную медицинскую помощь, и сломанные рёбра свидетельствуют как раз о том, что непрямой массаж сердца был сделан в высшей степени квалифицированно. — Но мне от этого не легче! — Я вас очень хорошо понимаю, господин Стуков, именно поэтому торжественно вам обещаю, что в следующий раз, когда вы рухнете с очередным приступом на улице, к вам не подойдёт никто — слышите меня? — никто, до приезда специалистов-аллергологов из Москвы. А вот студенты-медики увидят ваш хладный труп только в анатомическом театре, и то с единственной целью — чтобы понять, как поступать в подобных ситуациях.

   — Вы, вероятно, не совсем отдаёте себе отчёт в том, что произошло. Вы живёте в стране, где к людям, упавшим на улице, как правило никто не подходит. В вашем же конкретном случае к вам не просто подошли, а оказали экстренную медицинскую помощь, и сломанные рёбра свидетельствуют как раз о том, что непрямой массаж сердца был сделан в высшей степени квалифицированно. — Но мне от этого не легче! — Я вас очень хорошо понимаю, господин Стуков, именно поэтому торжественно вам обещаю, что в следующий раз, когда вы рухнете с очередным приступом на улице, к вам не подойдёт никто — слышите меня? — никто, до приезда специалистов-аллергологов из Москвы. А вот студенты-медики увидят ваш хладный труп только в анатомическом театре, и то с единственной целью — чтобы понять, как поступать в подобных ситуациях.

   — Александр Николаевич Гордеев · сериал
3. «

   Врачей никогда особо не сдерживали страдания пациентов на пути к выздоровлению.

   Врачей никогда особо не сдерживали страдания пациентов на пути к выздоровлению.

   — Александр Иванович Волошин · книга
4. «

   Коли доктор сыт — и больному легче!

   Коли доктор сыт — и больному легче!

   — Местный доктор · фильм
5. «

   Я всегда питал пристрастие к врачам: имея дело с живой материей, они постоянно наблюдают конечную цель сущего и, значит, ближе всех стоят к неразрешимому.

   Я всегда питал пристрастие к врачам: имея дело с живой материей, они постоянно наблюдают конечную цель сущего и, значит, ближе всех стоят к неразрешимому.

   — Антуан де Ривароль
6. «

   Преимущество профессии врача в том, что мы привыкли распознавать, когда люди нам лгут.

   Преимущество профессии врача в том, что мы привыкли распознавать, когда люди нам лгут.

   — Агата Кристи · книга
7. «

   Актёр — это тот, кто сызмальства и на всю жизнь соглашается выставлять себя на обозрение анонимной публики. Без этого исходного согласия, которое никак не связано с талантом, которое гораздо глубже, чем талант, нельзя стать актёром. Под стать тому и врач; он также соглашается всю жизнь заниматься человеческими телами и всем тем, что из этого следует. Это исходное согласие (а вовсе не талант и не умение) даёт ему возможность войти на первом курсе в прозекторскую, а спустя шесть лет стать врачом. Хирургия доводит основной императив профессии медика до самой крайней грани, где человеческое уже соприкасается с божественным. Если вы сильно трахнете кого-нибудь дубинкой по башке, он рухнет и испустит дух навсегда. Но ведь однажды он всё равно испустил бы дух. Такое убийство лишь несколько опережает то, что чуть позже Бог обстряпал бы сам. Бог, надо полагать, считался с убийством, но не рассчитывал на хирургию. Он и думать не думал, что кто-то дерзнет сунуть руку в нутро механизма, который он сотворил, тщательно завернул в кожу, запечатал и сокрыл от глаз человеческих.

   Актёр — это тот, кто сызмальства и на всю жизнь соглашается выставлять себя на обозрение анонимной публики. Без этого исходного согласия, которое никак не связано с талантом, которое гораздо глубже, чем талант, нельзя стать актёром. Под стать тому и врач; он также соглашается всю жизнь заниматься человеческими телами и всем тем, что из этого следует. Это исходное согласие (а вовсе не талант и не умение) даёт ему возможность войти на первом курсе в прозекторскую, а спустя шесть лет стать врачом. Хирургия доводит основной императив профессии медика до самой крайней грани, где человеческое уже соприкасается с божественным. Если вы сильно трахнете кого-нибудь дубинкой по башке, он рухнет и испустит дух навсегда. Но ведь однажды он всё равно испустил бы дух. Такое убийство лишь несколько опережает то, что чуть позже Бог обстряпал бы сам. Бог, надо полагать, считался с убийством, но не рассчитывал на хирургию. Он и думать не думал, что кто-то дерзнет сунуть руку в нутро механизма, который он сотворил, тщательно завернул в кожу, запечатал и сокрыл от глаз человеческих.

   — Милан Кундера · книга
8. «

   — Десять врачей работали неделю, Один умом поехал — и их осталось девять… — Девять врачей работали до осени, Пришла оптимизация — и их осталось восемь… — Восемь врачей помочь старались всем, Один сказал «идите нах.й» — их осталось семь... — Семь врачей пили чай, не успевая есть. Один подался к частнику — и их осталось шесть... — Ещё один сорвался, сказал: «Да вашу ж мать!..», Уволили со «скорой» — и их осталось пять... — Пять ездили врачей… По вызову в квартиры, Алкаш прикончил одного — и стало их четыре... — Четыре молодых врача в чужом погрязли горе, Но жалоба пришла в «МинЗдрав» — и их осталось трое... — Один из них семейный концы сводил едва, Но денег не хватало — врачей осталось два... — Два доктора дежурили всегда по выходным, С инсультом завалился, потом из них один. Последний из десятка лишь поглядел устало… Потом пошёл повесился… и никого не стало!

   — Десять врачей работали неделю, Один умом поехал — и их осталось девять… — Девять врачей работали до осени, Пришла оптимизация — и их осталось восемь… — Восемь врачей помочь старались всем, Один сказал «идите нах.й» — их осталось семь... — Семь врачей пили чай, не успевая есть. Один подался к частнику — и их осталось шесть... — Ещё один сорвался, сказал: «Да вашу ж мать!..», Уволили со «скорой» — и их осталось пять... — Пять ездили врачей… По вызову в квартиры, Алкаш прикончил одного — и стало их четыре... — Четыре молодых врача в чужом погрязли горе, Но жалоба пришла в «МинЗдрав» — и их осталось трое... — Один из них семейный концы сводил едва, Но денег не хватало — врачей осталось два... — Два доктора дежурили всегда по выходным, С инсультом завалился, потом из них один. Последний из десятка лишь поглядел устало… Потом пошёл повесился… и никого не стало!
9. «

   Ну, дорогой друг, по-моему, все идет прекрасно и в ближайшее время сами судьи откажутся от нас, а это совсем не то, что отказ врачей: врач тогда отказывается от больного, когда уже нет надежды его спасти; если же судья отказывается от обвиняемого — это значит, что у судьи нет надежды отрубить ему голову.

   Ну, дорогой друг, по-моему, все идет прекрасно и в ближайшее время сами судьи откажутся от нас, а это совсем не то, что отказ врачей: врач тогда отказывается от больного, когда уже нет надежды его спасти; если же судья отказывается от обвиняемого — это значит, что у судьи нет надежды отрубить ему голову.

   — Александр Дюма · книга
10. «

    Вы наслушались небылиц на светских раутах. Я на них не бываю, но знаю, как меня называют. Рафинированный Труп, Хирург Смерти... Существует множество других, еще менее привлекательных прозвищ. Все это бессмысленные названия, придуманные неумными людьми для явлений, в которых они ничего не понимают.

    Вы наслушались небылиц на светских раутах. Я на них не бываю, но знаю, как меня называют. Рафинированный Труп, Хирург Смерти... Существует множество других, еще менее привлекательных прозвищ. Все это бессмысленные названия, придуманные неумными людьми для явлений, в которых они ничего не понимают.

    — Александра Хоукинз · книга
11. «

    Такое случается. Иногда врачи отправляют человека на улицу умирать, несмотря на то, что другие врачи предупреждали, что они отправляют человека на улицу умирать. Ты никак не мог этого знать.

    Такое случается. Иногда врачи отправляют человека на улицу умирать, несмотря на то, что другие врачи предупреждали, что они отправляют человека на улицу умирать. Ты никак не мог этого знать.

    — Доктор Грегори Хаус · сериал
12. «

    Врачу, исцелися сам, и ты исцелишь также и своего больного. Было бы лучшей помощью для него, чтобы увидел он своими глазами того, кто сам себя исцеляет.

    Врачу, исцелися сам, и ты исцелишь также и своего больного. Было бы лучшей помощью для него, чтобы увидел он своими глазами того, кто сам себя исцеляет.

    — Фридрих Вильгельм Ницше
13. «

    — Чего ты боишься: врачей или того, что они найдут? — Ничего они не найдут, они будут шпынять меня за диету и сидячий образ жизни, а для этого у меня есть ты.

    — Чего ты боишься: врачей или того, что они найдут? — Ничего они не найдут, они будут шпынять меня за диету и сидячий образ жизни, а для этого у меня есть ты.

    — Феликс Ангер · сериал
14. «

    Я понимаю, что нужно смириться с такими вещами, — неуклюже продолжил я. — Но никому, никому, кроме нейрохирурга, не суждено понять, каково это — каждый день, (порой на протяжении нескольких месяцев) заставлять себя снова и снова приходить в палату, чтобы увидеть человека, которого ты сделал инвалидом, чтобы столкнуться лицом к лицу с его семьей, которая когда-то верила в тебя.

    Я понимаю, что нужно смириться с такими вещами, — неуклюже продолжил я. — Но никому, никому, кроме нейрохирурга, не суждено понять, каково это — каждый день, (порой на протяжении нескольких месяцев) заставлять себя снова и снова приходить в палату, чтобы увидеть человека, которого ты сделал инвалидом, чтобы столкнуться лицом к лицу с его семьей, которая когда-то верила в тебя.

    — Генри Марш · книга
15. «

    Смерть не хочет щадить красоты Ни веселых, ни злых, ни крылатых. Но встают у нее на пути Люди в белых халатах.

    Смерть не хочет щадить красоты Ни веселых, ни злых, ни крылатых. Но встают у нее на пути Люди в белых халатах.

    — Лев Иванович Ошанин
16. «

    Моя мать медицинский работник. И все мамины подруги врачи. И если к нормальным людям приходили мамины подруги и приносили конфеты, пили чай, то ко мне приходили мамины подруги, приносили фонендоскопы и слушали меня.

    Моя мать медицинский работник. И все мамины подруги врачи. И если к нормальным людям приходили мамины подруги и приносили конфеты, пили чай, то ко мне приходили мамины подруги, приносили фонендоскопы и слушали меня.

    — Дмитрий Романов
17. «

    Доктора только спасают жизнь, а ты научил людей как жить!

    Доктора только спасают жизнь, а ты научил людей как жить!

    — Братан Мунна: Продавец счастья (Munnabhai M.B.B.S.) · фильм
18. «

    Врач должен обладать взглядом сокола, руками девушки, мудростью змеи и сердцем льва.

    Врач должен обладать взглядом сокола, руками девушки, мудростью змеи и сердцем льва.

    — Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина (Авиценна)
19. «

    Врачевание — дело достойное. Мы доверяем врачам свои жизни.

    Врачевание — дело достойное. Мы доверяем врачам свои жизни.

    — Султан Сулейман I Великолепный · сериал
20. «

    Почему тогда этот тон? Может, устали от тревоги по ту сторону провода. Восемь утра, а уже усталость. Еще со вчера и со всегда. Это такой служебный тон, чтобы случаем не подцепить от звонящих несчастье. Маска врачебная.

    Почему тогда этот тон? Может, устали от тревоги по ту сторону провода. Восемь утра, а уже усталость. Еще со вчера и со всегда. Это такой служебный тон, чтобы случаем не подцепить от звонящих несчастье. Маска врачебная.

    — Дмитрий Глуховский · книга