96 мудрых цитат про «Япония»

96 цитат про «Япония»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Прилавки магазина радовали глаз первой весенней черешней. Сезон только — только начался, а значит, все продавцы стараются срубить самый большой куш с первых же веточек. Черешня лежала упакованной в коробочки из тонкого лакированного дерева с каждой ягодкой в отдельном отсеке. Блестящая этикетка гласила, что ягоды прибыли самолётом прямо с полей Калифорнии. Я представил себе семью старательных американских фермеров. – Папа, папа, а почему мы вдруг раскладываем черешню по ягодкам в деревянные коробочки на двенадцать ягод? – Есть такой народ – японцы, сынок. Они по-другому не жрут-с.

   Прилавки магазина радовали глаз первой весенней черешней. Сезон только — только начался, а значит, все продавцы стараются срубить самый большой куш с первых же веточек. Черешня лежала упакованной в коробочки из тонкого лакированного дерева с каждой ягодкой в отдельном отсеке. Блестящая этикетка гласила, что ягоды прибыли самолётом прямо с полей Калифорнии. Я представил себе семью старательных американских фермеров. – Папа, папа, а почему мы вдруг раскладываем черешню по ягодкам в деревянные коробочки на двенадцать ягод? – Есть такой народ – японцы, сынок. Они по-другому не жрут-с.

   — Китя Карлсон · книга
2. «

   Наш этикет начинается с изучения того, как предлагать человеку веер, и заканчивается правильными жестами для совершения самоубийства.

   Наш этикет начинается с изучения того, как предлагать человеку веер, и заканчивается правильными жестами для совершения самоубийства.

   — Какудзо Окакура · книга
3. «

   — И почему японцы так пренебрегают личной жизнью. Как можно жить в комнате без замка? Невероятно. — Дело в том, что японцы умеют уважать чужое уединение.

   — И почему японцы так пренебрегают личной жизнью. Как можно жить в комнате без замка? Невероятно. — Дело в том, что японцы умеют уважать чужое уединение.

   — Аска Лэнгли Сорью · аниме
4. «

   — Раз по-европейски нельзя, поступлю по-японски. — Как это — «по-японски»? — Напишу письмо его величеству государю императору. Изложу все свои подозрения в адрес интенданта Суги. И убью себя, в доказательство своей искренности. — Себя? Не Сугу? — потрясённо воскликнул Фандорин. — Убить Сугу значило бы не покарать преступника, а совершить новое преступление. У нас есть древняя, благородная традиция. Хочешь привлечь внимание властей и общества к какому-нибудь злодейству — сделай сэппуку. Лживый человек резать себе живот не станет.

   — Раз по-европейски нельзя, поступлю по-японски. — Как это — «по-японски»? — Напишу письмо его величеству государю императору. Изложу все свои подозрения в адрес интенданта Суги. И убью себя, в доказательство своей искренности. — Себя? Не Сугу? — потрясённо воскликнул Фандорин. — Убить Сугу значило бы не покарать преступника, а совершить новое преступление. У нас есть древняя, благородная традиция. Хочешь привлечь внимание властей и общества к какому-нибудь злодейству — сделай сэппуку. Лживый человек резать себе живот не станет.

   — Борис Акунин · книга
5. «

   Японцы считают, что сохранить гармонию важнее, чем доказать правоту или получить выгоду.

   Японцы считают, что сохранить гармонию важнее, чем доказать правоту или получить выгоду.

   — Всеволод Овчинников · книга
6. «

   Как перстень дорогой на пальце у любимой, Как нитка жемчуга из голубой парчи, Так ослепительно красив ваш край счастливый, Который родиной зовете вы.

   Как перстень дорогой на пальце у любимой, Как нитка жемчуга из голубой парчи, Так ослепительно красив ваш край счастливый, Который родиной зовете вы.

   — Анна Евгеньевна Глускина
7. «

   Невозможно скучать, глядя на идущих мимо людей, особенно в Японии.

   Невозможно скучать, глядя на идущих мимо людей, особенно в Японии.

   — Амели Нотомб · книга
8. «

   — Да что это вы, японцы, чуть какая моральная трудность, сразу кончаете с собой! Будто подлость от этого превратится в благородный поступок! Не превратится!

   — Да что это вы, японцы, чуть какая моральная трудность, сразу кончаете с собой! Будто подлость от этого превратится в благородный поступок! Не превратится!

   — Борис Акунин · книга
9. «

   — Японцы — это тема! Всё, Кольцов. Мы в Питере! — Какая тема, что ты мелешь? — Японский театр! Хананамити — там все действие происходит на кладбище! — Ага, хорошо, не в морге.

   — Японцы — это тема! Всё, Кольцов. Мы в Питере! — Какая тема, что ты мелешь? — Японский театр! Хананамити — там все действие происходит на кладбище! — Ага, хорошо, не в морге.

   — Виктор Сумароков · фильм
10. «

    Строго определёнными движениями, их красотой и размеренностью чайная церемония создаёт покой души, приводит её в то состояние, при котором она особенно чутко отзывается на вездесущую красоту природы.

    Строго определёнными движениями, их красотой и размеренностью чайная церемония создаёт покой души, приводит её в то состояние, при котором она особенно чутко отзывается на вездесущую красоту природы.

    — Всеволод Овчинников · книга
11. «

    Япония взяла и ввела против нас санкции. Это шаг к доверию? Вы зачем это сделали? С целью повышения доверия? И, тем не менее, мы не отказываемся от диалога.

    Япония взяла и ввела против нас санкции. Это шаг к доверию? Вы зачем это сделали? С целью повышения доверия? И, тем не менее, мы не отказываемся от диалога.

    — Владимир Владимирович Путин
12. «

    — Пап, познакомься, это мой бойфренд. Его зовут Акира. — Как Куросаву, что ли? — Да, да, как режиссера. — Он из Токио. И учится на курс старше меня. — Ой, Господи, какие же у меня внуки-то будут... <...> — Пап, он хороший. — Хорошие — на острова не претендуют! Да!? Да?

    — Пап, познакомься, это мой бойфренд. Его зовут Акира. — Как Куросаву, что ли? — Да, да, как режиссера. — Он из Токио. И учится на курс старше меня. — Ой, Господи, какие же у меня внуки-то будут... <...> — Пап, он хороший. — Хорошие — на острова не претендуют! Да!? Да?

    — Ирина · сериал
13. «

    — Я родился в Шанхае... Знаешь, где это? — Ага. Обожаю Японию.

    — Я родился в Шанхае... Знаешь, где это? — Ага. Обожаю Японию.

    — Като · фильм
14. «

    — Мы похожи на Ахиллеса, который пытается догнать черепаху, отстав от нее на двадцать лет. Путь в двадцать лет мы проделываем за пять, но за это время черепаха уползает вперед еще на пять лет, эти пять лет мы пробегаем за год и так далее. — Так нам придется без конца за ней гонятся... — Пока ничего другого нам не остается, но когда-нибудь мы ее догоним и перегоним! — А нельзя ли сразу стать пусть маленькой, но черепашкой?

    — Мы похожи на Ахиллеса, который пытается догнать черепаху, отстав от нее на двадцать лет. Путь в двадцать лет мы проделываем за пять, но за это время черепаха уползает вперед еще на пять лет, эти пять лет мы пробегаем за год и так далее. — Так нам придется без конца за ней гонятся... — Пока ничего другого нам не остается, но когда-нибудь мы ее догоним и перегоним! — А нельзя ли сразу стать пусть маленькой, но черепашкой?

    — Киро Хондзё · аниме
15. «

    Бог живет только в сознании людей. А в Японии – и к добру, и не к добру – он очень изменчивый. Вот тебе доказательство: император до войны был Богом, а как приказал ему генерал Дуглас Макартур, тот, который оккупационными войсками командовал: «Побыл Богом и хватит», – так он сразу: «Есть. Теперь я как все, обыкновенный». И конец. С 1946 года он уже не Бог. Вот как с японским Богом разобрались. Стоило американцу в форме, черных очках и с дешевой трубкой в зубах что-то приказать, и все изменилось. Сверхпостмодернизм какой-то. Скажут: «Быть!» – будет. Скажут: «Не быть!» – не будет. Поэтому меня это все не колышет.

    Бог живет только в сознании людей. А в Японии – и к добру, и не к добру – он очень изменчивый. Вот тебе доказательство: император до войны был Богом, а как приказал ему генерал Дуглас Макартур, тот, который оккупационными войсками командовал: «Побыл Богом и хватит», – так он сразу: «Есть. Теперь я как все, обыкновенный». И конец. С 1946 года он уже не Бог. Вот как с японским Богом разобрались. Стоило американцу в форме, черных очках и с дешевой трубкой в зубах что-то приказать, и все изменилось. Сверхпостмодернизм какой-то. Скажут: «Быть!» – будет. Скажут: «Не быть!» – не будет. Поэтому меня это все не колышет.

    — Харуки Мураками · книга
16. «

    В Европе при подобных катаклизмах сообщалось о тысячах случаев мародёрства. В Японии — ни об одном...

    В Европе при подобных катаклизмах сообщалось о тысячах случаев мародёрства. В Японии — ни об одном...
17. «

    Посмотрите, что происходит в Японии. Дело даже не в вере, а в безбожье внутреннем, в отсутствии представления о том, что ты не один живешь. И вот это постоянное использование, унижение окружающего мира приводит к тому, что Господь говорит: «Ребята, вы чего делаете?» И посылает бедным японцам девятибалльное землетрясение с цунами.

    Посмотрите, что происходит в Японии. Дело даже не в вере, а в безбожье внутреннем, в отсутствии представления о том, что ты не один живешь. И вот это постоянное использование, унижение окружающего мира приводит к тому, что Господь говорит: «Ребята, вы чего делаете?» И посылает бедным японцам девятибалльное землетрясение с цунами.

    — Никита Михалков
18. «

    Следуя девизу «всему свое место», японцы с незапамятных времен привыкли делить женщин на три категории: для домашнего очага, для продолжения рода — жена; для души — гейша с ее образованностью; наконец для плоти — ойран, роль которых после запрещения открытой проституции взяли на себя девицы из баров и кабаре.

    Следуя девизу «всему свое место», японцы с незапамятных времен привыкли делить женщин на три категории: для домашнего очага, для продолжения рода — жена; для души — гейша с ее образованностью; наконец для плоти — ойран, роль которых после запрещения открытой проституции взяли на себя девицы из баров и кабаре.

    — Всеволод Овчинников · книга
19. «

    Она... верила, как и многие японцы, что для того, чтобы вырастить ребенка, нужна целая деревня.

    Она... верила, как и многие японцы, что для того, чтобы вырастить ребенка, нужна целая деревня.

    — Минеко Ивасаки · книга
20. «

    Японский характер можно сравнить с деревцем, над которым долго трудился садовод, изгибая, подвязывая, подпирая его. Если даже избавить потом такое деревце от пут и подпорок, дать волю молодым побегам, то под их свободно разросшейся кроной все равно сохранятся очертания, которые были когда-то приданы стволу и главным ветвям. Моральные устои, пусть даже лежащие где-то глубоко от поверхности, — это алгебра человеческих взаимоотношений. Зная ее формулы, легче решать задачи, которые ставит современная жизнь.

    Японский характер можно сравнить с деревцем, над которым долго трудился садовод, изгибая, подвязывая, подпирая его. Если даже избавить потом такое деревце от пут и подпорок, дать волю молодым побегам, то под их свободно разросшейся кроной все равно сохранятся очертания, которые были когда-то приданы стволу и главным ветвям. Моральные устои, пусть даже лежащие где-то глубоко от поверхности, — это алгебра человеческих взаимоотношений. Зная ее формулы, легче решать задачи, которые ставит современная жизнь.

    — Всеволод Овчинников · книга