113 цитат «земля» на каждый день

Собрали 113 цитат на тему «земля» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Придавило мать к земле-мачехе.

   Придавило мать к земле-мачехе.

   — Николай Картозия
2. «

   Между небом и землей не обязательно разрываться — можно просто комфортно существовать, наслаждаясь Божественной их красотой.

   Между небом и землей не обязательно разрываться — можно просто комфортно существовать, наслаждаясь Божественной их красотой.
3. «

   Я люблю, я могу любить лишь ту землю, которую я оставил, на которой остались брызги крови моей, когда я, неблагодарный, выстрелом в сердце моё погасил мою жизнь. Но никогда, никогда не переставал я любить ту землю, и даже в ту ночь, расставаясь с ней, я, может быть, любил её мучительнее, чем когда-либо. Есть ли мучение на этой новой земле? На нашей земле мы истинно можем любить лишь с мучением и только через мучение! Мы иначе не умеем любить и не знаем иной любви. Я хочу мучения, чтоб любить. Я хочу, я жажду в сию минуту целовать, обливаясь слезами, лишь одну ту землю, которую я оставил, и не хочу, не принимаю жизни ни на какой иной!..

   Я люблю, я могу любить лишь ту землю, которую я оставил, на которой остались брызги крови моей, когда я, неблагодарный, выстрелом в сердце моё погасил мою жизнь. Но никогда, никогда не переставал я любить ту землю, и даже в ту ночь, расставаясь с ней, я, может быть, любил её мучительнее, чем когда-либо. Есть ли мучение на этой новой земле? На нашей земле мы истинно можем любить лишь с мучением и только через мучение! Мы иначе не умеем любить и не знаем иной любви. Я хочу мучения, чтоб любить. Я хочу, я жажду в сию минуту целовать, обливаясь слезами, лишь одну ту землю, которую я оставил, и не хочу, не принимаю жизни ни на какой иной!..

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
4. «

   Землю, как мать, не забудешь надолго.

   Землю, как мать, не забудешь надолго.

   — Максим Горький · книга
5. «

   Я завещаю себя грязной земле, пусть я вырасту моей любимой травой. Если снова захочешь увидеть меня, ищи меня у себя под ногами.

   Я завещаю себя грязной земле, пусть я вырасту моей любимой травой. Если снова захочешь увидеть меня, ищи меня у себя под ногами.

   — Уолт Уитмен
6. «

   В жизни божественное и земное причудливо переплетаются, создавая нескончаемые узоры бытия…

   В жизни божественное и земное причудливо переплетаются, создавая нескончаемые узоры бытия…

   — Наталья Солнцева · книга
7. «

   Земля похожа на человека. Не может быть плодородной, если не дышит. Мы копаем землю не для того, чтобы сделать ей больно, а для того, чтобы она дышала.

   Земля похожа на человека. Не может быть плодородной, если не дышит. Мы копаем землю не для того, чтобы сделать ей больно, а для того, чтобы она дышала.

   — Сенжер · сериал
8. «

   Когда белый человек пришел, у нас была земля, а у него Библия. Теперь у него вся земля, а у нас только Библия.

   Когда белый человек пришел, у нас была земля, а у него Библия. Теперь у него вся земля, а у нас только Библия.

   — Дэн Джордж (Гесванут Слаут)
9. «

   — Почему, почему люди так хотят сражаться? Меч в вашей руке, чтобы проливать чужую кровь, лишить руки, заставить померкнуть свет в чужих глазах. — Слава, милая дева, слава! — Я не вижу славы в столь жалком жребии. — Ради бога, не говорите о том, чего не знаете. Вы хотите, чтобы поблек блеск рыцарства? Всё, что отличает благородство от дикости! Неужели вам невдомек, что... Нет, все равно, все равно вы не христианка, Ребекка. Вам не знакомы эти чувства. — Верно, я принадлежу к племени, чей слух давно не услаждают звуки труб. Но я бы пошла на смерть с радостью, достойной самого храброго рыцаря, если бы знала, что это поможет вернуть землю, отнятую у моего народа.

   — Почему, почему люди так хотят сражаться? Меч в вашей руке, чтобы проливать чужую кровь, лишить руки, заставить померкнуть свет в чужих глазах. — Слава, милая дева, слава! — Я не вижу славы в столь жалком жребии. — Ради бога, не говорите о том, чего не знаете. Вы хотите, чтобы поблек блеск рыцарства? Всё, что отличает благородство от дикости! Неужели вам невдомек, что... Нет, все равно, все равно вы не христианка, Ребекка. Вам не знакомы эти чувства. — Верно, я принадлежу к племени, чей слух давно не услаждают звуки труб. Но я бы пошла на смерть с радостью, достойной самого храброго рыцаря, если бы знала, что это поможет вернуть землю, отнятую у моего народа.

   — Уилфред Айвенго · фильм
10. «

    Нет! Звенит она, стоны глуша, Изо всех своих ран, из отдушин, Ведь Земля — это наша душа, - Сапогами не вытоптать душу!

    Нет! Звенит она, стоны глуша, Изо всех своих ран, из отдушин, Ведь Земля — это наша душа, - Сапогами не вытоптать душу!
11. «

    Земля помогает нам понять самих себя, как не помогут никакие книги. Ибо земля нам сопротивляется. Человек познает себя в борьбе с препятствиями.

    Земля помогает нам понять самих себя, как не помогут никакие книги. Ибо земля нам сопротивляется. Человек познает себя в борьбе с препятствиями.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
12. «

    Меж скорбной землей и бесцветным небом высился образ скудного мира, где ему наконец-то было суждено обрести самого себя. Здесь, на этой равнине, погруженной в простодушное отчаяние, чувствуя себя странником, затерянным среди первобытного мира, он мало-помалу воскрешал в себе былую привязанность к жизни и, стиснув кулаки, прижавшись лицом к стеклу, пытался наметить путь к самому себе, а заодно увериться в своих скрытых силах. Ему хотелось распластаться по этой земле, вываляться в грязи, а потом встать во весь рост посреди бескрайней равнины, воздев заляпанные грязью руки к губчатому, томимому испариной небу, — встать живым символом безнадежности и великолепия жизни, утверждая свою связь с миром, как бы отвратителен и неблагодарен тот ни был.

    Меж скорбной землей и бесцветным небом высился образ скудного мира, где ему наконец-то было суждено обрести самого себя. Здесь, на этой равнине, погруженной в простодушное отчаяние, чувствуя себя странником, затерянным среди первобытного мира, он мало-помалу воскрешал в себе былую привязанность к жизни и, стиснув кулаки, прижавшись лицом к стеклу, пытался наметить путь к самому себе, а заодно увериться в своих скрытых силах. Ему хотелось распластаться по этой земле, вываляться в грязи, а потом встать во весь рост посреди бескрайней равнины, воздев заляпанные грязью руки к губчатому, томимому испариной небу, — встать живым символом безнадежности и великолепия жизни, утверждая свою связь с миром, как бы отвратителен и неблагодарен тот ни был.

    — Альбер Камю · книга
13. «

    Лучше крепко стоять на земле вместо того, чтобы тянуться к небесам.

    Лучше крепко стоять на земле вместо того, чтобы тянуться к небесам.

    — Тацуя Сиба · аниме
14. «

    Блажен лишь тот, чья мысль, окрылена зарею, Свободной птицею стремится в небеса, - Кто внял цветов и трав немые голоса, Чей дух возносится высоко над землею!

    Блажен лишь тот, чья мысль, окрылена зарею, Свободной птицею стремится в небеса, - Кто внял цветов и трав немые голоса, Чей дух возносится высоко над землею!

    — Шарль Бодлер · книга
15. «

    Го‌споди небесе‌ и земли‌, помяни‌ мя гре‌шнаго раба‌ Твоего‌, сту‌днаго и нечи‌стаго, во Ца‌рствии Твое‌м. Ами‌нь.

    Го‌споди небесе‌ и земли‌, помяни‌ мя гре‌шнаго раба‌ Твоего‌, сту‌днаго и нечи‌стаго, во Ца‌рствии Твое‌м. Ами‌нь.

    — Иоанн Златоуст
16. «

    Это лишь кажется, что земля у нас под ногами твердая и крепкая. Оглянуться не успеешь, а ты уже в трещину провалилась. Один раз провалишься — обратно уже не выбраться. Так и живи под землей в одиночку, пока не помрешь...

    Это лишь кажется, что земля у нас под ногами твердая и крепкая. Оглянуться не успеешь, а ты уже в трещину провалилась. Один раз провалишься — обратно уже не выбраться. Так и живи под землей в одиночку, пока не помрешь...

    — Харуки Мураками · книга
17. «

    Первой из богинь на свете появилась Мать-земля, хранительница и кормилица. А чем бы она была без воды? Мать-земля терпеливо выпускала ключи и источники, углубляла озера и каждому поставила своих служанок — фей и русалок, чтобы те хранили их от высыхания и загрязнения. Люди поклонялись живительной влаге как богине и дали ей имя Мокошь (Мокрошь).

    Первой из богинь на свете появилась Мать-земля, хранительница и кормилица. А чем бы она была без воды? Мать-земля терпеливо выпускала ключи и источники, углубляла озера и каждому поставила своих служанок — фей и русалок, чтобы те хранили их от высыхания и загрязнения. Люди поклонялись живительной влаге как богине и дали ей имя Мокошь (Мокрошь).

    — Яромир Слушны · книга
18. «

    Огонь — это жар в твоей крови в разгар боя, кинетическая энергия, заставляющая сердце биться быстрее. Вода — это поток силы от мышц к твоей мишени, она поднимается от земли к талии и рукам. Воздух — это дыхание, которое поддерживает в тебе жизнь. Земля — это то, как крепко ты стоишь на ногах. А металл — твое оружие. Хороший боец поддерживает равновесие всех пяти субстанций. Если сумеешь одинаково умело контролировать все пять, то будешь неудержимой.

    Огонь — это жар в твоей крови в разгар боя, кинетическая энергия, заставляющая сердце биться быстрее. Вода — это поток силы от мышц к твоей мишени, она поднимается от земли к талии и рукам. Воздух — это дыхание, которое поддерживает в тебе жизнь. Земля — это то, как крепко ты стоишь на ногах. А металл — твое оружие. Хороший боец поддерживает равновесие всех пяти субстанций. Если сумеешь одинаково умело контролировать все пять, то будешь неудержимой.

    — Ребекка Куанг · книга
19. «

    Мы не наследуем землю у предков, мы берём ее взаймы у потомков.

    Мы не наследуем землю у предков, мы берём ее взаймы у потомков.

    — Индийские пословицы и поговорки
20. «

    Когда старый орёл предчувствует приближение смерти, он из последних сил рвётся вверх, поднимается как можно выше. А потом складывает крылья и летит камнем на землю. Поэтому горные орлы умирают в небе — на землю они падают уже мертвые.

    Когда старый орёл предчувствует приближение смерти, он из последних сил рвётся вверх, поднимается как можно выше. А потом складывает крылья и летит камнем на землю. Поэтому горные орлы умирают в небе — на землю они падают уже мертвые.

    — Амет-Хан Султан