193 цитаты на тему «Красивые цитаты на тему «женщины»» — подборка редакции

Тема «Красивые цитаты на тему «женщины»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 193 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Если мужчина, которого мы, в сущности, едва знаем, позвонит нам, скажет несколько слов, не говоря ничего особенного, ни на что не намекая, но именно таким образом оказывая нам внимание, столь редко получаемое нами, то мы вполне способны влюбиться в него и в ту же ночь оказаться с ним в постели. Да, мы таковы, и ничего тут такого нет: в природе женщины – легко раскрываться навстречу любви.

   Если мужчина, которого мы, в сущности, едва знаем, позвонит нам, скажет несколько слов, не говоря ничего особенного, ни на что не намекая, но именно таким образом оказывая нам внимание, столь редко получаемое нами, то мы вполне способны влюбиться в него и в ту же ночь оказаться с ним в постели. Да, мы таковы, и ничего тут такого нет: в природе женщины – легко раскрываться навстречу любви.

   — Пауло Коэльо · книга
2. «

   Женщины — цветы. Если не станешь для них чистой водой, они ни за что не зацветут

   Женщины — цветы. Если не станешь для них чистой водой, они ни за что не зацветут

   — Дэндзиро · аниме
3. «

   Мы сделали слабыми своих женщин, чтобы нам было легче совладать с вашей силой.

   Мы сделали слабыми своих женщин, чтобы нам было легче совладать с вашей силой.

   — Мария Фариса · книга
4. «

   Жемчуг хрустел под его ногами, золотые ордена звенели при каждом шаге, но капитан скучал. Он не мог выбросить из головы топкие заросли нашего сладкого мутного моря; ветры, тяжёлые от влаги, и глаза женщин, которым не нужны мужчины. Эти глаза сияют так, как мало кто может представить. Орельяна решил возвратиться в джунгли и найти амазонок.

   Жемчуг хрустел под его ногами, золотые ордена звенели при каждом шаге, но капитан скучал. Он не мог выбросить из головы топкие заросли нашего сладкого мутного моря; ветры, тяжёлые от влаги, и глаза женщин, которым не нужны мужчины. Эти глаза сияют так, как мало кто может представить. Орельяна решил возвратиться в джунгли и найти амазонок.

   — Мария Фариса · книга
5. «

   Азиаточка с ним перед платья скомкала и держала в руках, обнажив длинные для азиаток, точенные ножки, белые, как кокаин. На каблучках, в золоте, с волосами в блестках, с разрезающими воздух движениями, азиаточка была лунным дракончиком, ящеркой золотой и юркой. Ай, девочка! You got me.

   Азиаточка с ним перед платья скомкала и держала в руках, обнажив длинные для азиаток, точенные ножки, белые, как кокаин. На каблучках, в золоте, с волосами в блестках, с разрезающими воздух движениями, азиаточка была лунным дракончиком, ящеркой золотой и юркой. Ай, девочка! You got me.

   — Франц Вертфоллен · книга
6. «

   Восхищайся женщиной, и женщина будет восхищаться тобой.

   Восхищайся женщиной, и женщина будет восхищаться тобой.

   — Аристарх Ромашин · книга
7. «

   Женщина, которая никого не ищет, больше не попадается на крючок страха. Она спокойно выбирает из даров, которые жизнь ей преподносит.

   Женщина, которая никого не ищет, больше не попадается на крючок страха. Она спокойно выбирает из даров, которые жизнь ей преподносит.

   — Мария Фариса · книга
8. «

   Есть лирические женские спины.

   Есть лирические женские спины.

   — Марина Цветаева
9. «

   Не стану спорить, ты умна! Но женщин украшают слёзы. Так будь красива и грустна, В пейзаже зыбь воды нужна, И зелень обновляют грозы.

   Не стану спорить, ты умна! Но женщин украшают слёзы. Так будь красива и грустна, В пейзаже зыбь воды нужна, И зелень обновляют грозы.

   — Шарль Бодлер · книга
10. «

    Самое возбуждающее в женщине — это её лицо; не верьте мужчинам, которые уверяют, будто им важнее грудь или задница, просто у их бабы такая страшная рожа, что они вынуждены переключаться на другое.

    Самое возбуждающее в женщине — это её лицо; не верьте мужчинам, которые уверяют, будто им важнее грудь или задница, просто у их бабы такая страшная рожа, что они вынуждены переключаться на другое.

    — Фредерик Бегбедер · книга
11. «

    Изучай меня по картам, изучай меня по звёздам, Изучай меня по ливням, изучай меня по грозам. Я нелёгкая загадка, разгадать меня не просто, Изучай меня по зимам, изучай меня по вёснам.

    Изучай меня по картам, изучай меня по звёздам, Изучай меня по ливням, изучай меня по грозам. Я нелёгкая загадка, разгадать меня не просто, Изучай меня по зимам, изучай меня по вёснам.
12. «

    Любимая, спи... Во сне улыбайся. (все слёзы отставить!), цветы собирай и гадай, где поставить, и множество платьев красивых купи.

    Любимая, спи... Во сне улыбайся. (все слёзы отставить!), цветы собирай и гадай, где поставить, и множество платьев красивых купи.

    — Евгений Евтушенко
13. «

    Хочу обратиться к каждой девушке, которой еще не сказали правду. А правда в том, что вы — самое лучшее, что случалось с этим миром.

    Хочу обратиться к каждой девушке, которой еще не сказали правду. А правда в том, что вы — самое лучшее, что случалось с этим миром.

    — Дуэйн Майкл Картер-младший (Лил Уэйн)
14. «

    Города похожи на женщин, у каждого есть свой собственный особый запах.

    Города похожи на женщин, у каждого есть свой собственный особый запах.

    — Джордж Мартин · книга
15. «

    Жить с этой женщиной... Как объяснить это состояние? Оно похоже на эфемерное чувство, когда в мире безжалостно лютует вечная зима, а ты сидишь возле жаркого камина и смотришь в огонь, слушаешь его уютное потрескивание и... счастлив.

    Жить с этой женщиной... Как объяснить это состояние? Оно похоже на эфемерное чувство, когда в мире безжалостно лютует вечная зима, а ты сидишь возле жаркого камина и смотришь в огонь, слушаешь его уютное потрескивание и... счастлив.

    — Аль Квотион · книга
16. «

    Широкий, цвета парного мяса, шрам фактически разделил лицо нашей подруги на две части, он начинался на лбу и тянулся до шеи, проходя через пустую левую глазницу. Так что — работа хорошая, вот только смотреть на это страшно. Сильно страшно. Детское ещё, по сути, личико — и шрам, которым не всякий вояка похвастаться сможет. <...> — Да зеркало ей нужно, — пояснил нам, недоуменно переглядывающимся, Карл. — Вот вы тупые! Он повертел головой, углядел в углу туалетный столик с вделанным в него зеркалом и в два счета подтащил его к кровати, на которой сидела Луиза. Та спустила ноги на пол, приблизила лицо к зеркальной глади и внимательно вгляделась в неё. <...> — Посмотрела — и хватит. — Идрис с легкостью поднял столик и вернул его на старое место. — Пустое это всё. Я вот своей старухе все эти зеркала даже покупать запретил. Она в него глянет и начнётся: «У меня морщины, я стала толстая, ты у меня молодость отнял». Э! Глупости какие! Нет, это всё так, но для меня она всё та же стройная Гульнара, которую я много лет назад одной весенней ночью, у кярыза старого Рагута, первый раз спиной на травку уложил. Что зеркало? Это стекло, оно не живое, что в него глядеть? Вот здесь она у меня отразилась, один раз — и на всю жизнь. Вот здесь. И здесь она всегда будет такой — молодой и красивой. И Идрис несколько раз ткнул себя в грудь, туда, где билось его сердце.

    Широкий, цвета парного мяса, шрам фактически разделил лицо нашей подруги на две части, он начинался на лбу и тянулся до шеи, проходя через пустую левую глазницу. Так что — работа хорошая, вот только смотреть на это страшно. Сильно страшно. Детское ещё, по сути, личико — и шрам, которым не всякий вояка похвастаться сможет. <...> — Да зеркало ей нужно, — пояснил нам, недоуменно переглядывающимся, Карл. — Вот вы тупые! Он повертел головой, углядел в углу туалетный столик с вделанным в него зеркалом и в два счета подтащил его к кровати, на которой сидела Луиза. Та спустила ноги на пол, приблизила лицо к зеркальной глади и внимательно вгляделась в неё. <...> — Посмотрела — и хватит. — Идрис с легкостью поднял столик и вернул его на старое место. — Пустое это всё. Я вот своей старухе все эти зеркала даже покупать запретил. Она в него глянет и начнётся: «У меня морщины, я стала толстая, ты у меня молодость отнял». Э! Глупости какие! Нет, это всё так, но для меня она всё та же стройная Гульнара, которую я много лет назад одной весенней ночью, у кярыза старого Рагута, первый раз спиной на травку уложил. Что зеркало? Это стекло, оно не живое, что в него глядеть? Вот здесь она у меня отразилась, один раз — и на всю жизнь. Вот здесь. И здесь она всегда будет такой — молодой и красивой. И Идрис несколько раз ткнул себя в грудь, туда, где билось его сердце.

    — Андрей Александрович Васильев · книга
17. «

    Таково было её предназначение на этой земле — двигаться, двигать.

    Таково было её предназначение на этой земле — двигаться, двигать.

    — Мария Фариса · книга
18. «

    Та умирающая была не просто женщиной, она была матерью. Женщина может быть любой религии, но у матери нет религии, потому что материнство и есть религия. У её ног находится Рай, а в её груди — благочестие.

    Та умирающая была не просто женщиной, она была матерью. Женщина может быть любой религии, но у матери нет религии, потому что материнство и есть религия. У её ног находится Рай, а в её груди — благочестие.

    — Абдулла (Abdullah) · фильм
19. «

    Женщины оставляют мужчинам на прощание волшебные ночи. Женские следы на мужских сердцах.

    Женщины оставляют мужчинам на прощание волшебные ночи. Женские следы на мужских сердцах.

    — Эльчин Сафарли · книга
20. «

    Когда он спросил её, почему она плачет, она прикусила губу и сказала, что «со счастливыми женщинами такое иногда случается».

    Когда он спросил её, почему она плачет, она прикусила губу и сказала, что «со счастливыми женщинами такое иногда случается».

    — Януш Леон Вишневский · книга