Подборка «жестокость» — 641 цитата

641 цитата про «жестокость»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Только трусы жестокосердны.

   Только трусы жестокосердны.

   — Александр Васильевич Суворов
2. «

   Будь сильным, не проявляя суровости, и будь мягким, не проявляя слабости.

   Будь сильным, не проявляя суровости, и будь мягким, не проявляя слабости.

   — Умар ибн аль-Хаттаб
3. «

   Я предпочитаю побеждать своих врагов по старинке — жестокостью!

   Я предпочитаю побеждать своих врагов по старинке — жестокостью!

   — Динобот · мультфильм
4. «

   Будь осторожен, этот мир жесток, И он меняет тебя, а не ты его. Не каждому дано летать высоко, Но правило одно — будь острожен

   Будь осторожен, этот мир жесток, И он меняет тебя, а не ты его. Не каждому дано летать высоко, Но правило одно — будь острожен
5. «

   Банальные выражения оправдывают худшие жестокости.

   Банальные выражения оправдывают худшие жестокости.

   — Бернар Вербер · книга
6. «

   — Во имя богов! Они же как дети! — Я знаю, тяжело остановиться на одном.

   — Во имя богов! Они же как дети! — Я знаю, тяжело остановиться на одном.

   — Ричард (Richard)
7. «

   То, что я тогда воспринимал как жестокость судьбы, я теперь должен признать мудростью провидения.

   То, что я тогда воспринимал как жестокость судьбы, я теперь должен признать мудростью провидения.

   — Адольф Гитлер · книга
8. «

   В смысле повседневной жестокости души у более светлых рас оказываются темнее.

   В смысле повседневной жестокости души у более светлых рас оказываются темнее.

   — Дэвид Митчелл · книга
9. «

   Все мы стремимся реализоваться. Но если что-то тормозит нас, мы ищем выхода в боли. Ищем её для себя, или причиняем её другим. Особенно уязвимы в этом отношении подростки. Юность пробует свою силу множеством способов.

   Все мы стремимся реализоваться. Но если что-то тормозит нас, мы ищем выхода в боли. Ищем её для себя, или причиняем её другим. Особенно уязвимы в этом отношении подростки. Юность пробует свою силу множеством способов.

   — Фрэнк Герберт · книга
10. «

    Жить — это значит: постоянно отбрасывать от себя то, что хочет умереть; жить — это значит: быть жестоким и беспощадным ко всему, что становится слабым и старым в нас, и не только в нас.

    Жить — это значит: постоянно отбрасывать от себя то, что хочет умереть; жить — это значит: быть жестоким и беспощадным ко всему, что становится слабым и старым в нас, и не только в нас.

    — Фридрих Вильгельм Ницше
11. «

    — А вам не кажется, что вы слишком романтичны? И в то же время слишком жестоки? — Жестокий романтизм — порождение эпохи.

    — А вам не кажется, что вы слишком романтичны? И в то же время слишком жестоки? — Жестокий романтизм — порождение эпохи.

    — Судья
12. «

    Самые жестокие существа на свете — дети. Их готовность убить и надругаться не знает себе равных.

    Самые жестокие существа на свете — дети. Их готовность убить и надругаться не знает себе равных.

    — Сальвадор Дали
13. «

    — Они высмеивали нас, пытали и убивали, а наши бывшие хозяева и компаньоны подогревали их пыл. — Но... Почему? — Потому что боялись нас, Тим-21. Потому что они испытали боль. И сами хотели причинить её кому-нибудь. Потому что они люди.

    — Они высмеивали нас, пытали и убивали, а наши бывшие хозяева и компаньоны подогревали их пыл. — Но... Почему? — Потому что боялись нас, Тим-21. Потому что они испытали боль. И сами хотели причинить её кому-нибудь. Потому что они люди.
14. «

    — Стой, Микаса! Не убивай Имир! — Это зависит от неё! Ну так что? Я убью всех, кто встанет у меня на пути. Выбирай! — Стой! Имир убьют, если она не будет подчиняться им. У неё нет выбора! — Меня заботит жизнь очень узкого круга людей! И вообще, ещё шесть лет назад чётко стало ясно, кто является врагом. Так что ты ошибаешься, если ждёшь от меня сострадания. Сейчас у меня нет ни времени, ни места в моём сердце. Кого ты выбираешь — Эрена или Имир? Ты тоже будешь мне мешать?

    — Стой, Микаса! Не убивай Имир! — Это зависит от неё! Ну так что? Я убью всех, кто встанет у меня на пути. Выбирай! — Стой! Имир убьют, если она не будет подчиняться им. У неё нет выбора! — Меня заботит жизнь очень узкого круга людей! И вообще, ещё шесть лет назад чётко стало ясно, кто является врагом. Так что ты ошибаешься, если ждёшь от меня сострадания. Сейчас у меня нет ни времени, ни места в моём сердце. Кого ты выбираешь — Эрена или Имир? Ты тоже будешь мне мешать?

    — Микаса Аккерман · аниме
15. «

    Все мы беспощадны и всего беспощаднее, когда мы правы.

    Все мы беспощадны и всего беспощаднее, когда мы правы.

    — Александр Герцен · книга
16. «

    Но сквернейшею чертою человеческой природы все-таки остается злорадство, находящееся в тесном родстве с жестокостью и отличающееся собственно от этой последней только как теория от практики. Вообще же оно проявляется там, где должно бы найти место сострадание, которое как противоположность первого есть настоящий источник истинной справедливости и человеколюбия.

    Но сквернейшею чертою человеческой природы все-таки остается злорадство, находящееся в тесном родстве с жестокостью и отличающееся собственно от этой последней только как теория от практики. Вообще же оно проявляется там, где должно бы найти место сострадание, которое как противоположность первого есть настоящий источник истинной справедливости и человеколюбия.

    — Артур Шопенгауэр · книга
17. «

    Тот, кто видел жестокость, сделает всё, чтобы её больше не увидеть. Даже станет жестоким сам, если понадобится.

    Тот, кто видел жестокость, сделает всё, чтобы её больше не увидеть. Даже станет жестоким сам, если понадобится.

    — Сейфоллах Йордем - Дядя Сейфо. · сериал
18. «

    Жестокость в конце концов объяснима. Противостоять же безумию не может ничто.

    Жестокость в конце концов объяснима. Противостоять же безумию не может ничто.

    — Стивен Кинг · книга
19. «

    Нет оправдания жестокости к бессловесным тварям.

    Нет оправдания жестокости к бессловесным тварям.

    — Терри Пратчетт · книга
20. «

    Тарзан вернулся к своему креслу на палубе и погрузился в размышления и воспоминания о тех уже многочисленных образчиках людской жестокости, людского себялюбия, злобы, свидетелем которых ему пришлось быть с того дня, когда четыре года тому назад, в джунглях, его взор впервые упал на другое человеческое существо — на черного Кулонгу, копье которого положило конец жизни Калы, огромной обезьяны-самки, и тем самым лишило юного Тарзана единственной матери, которую он знал.

    Тарзан вернулся к своему креслу на палубе и погрузился в размышления и воспоминания о тех уже многочисленных образчиках людской жестокости, людского себялюбия, злобы, свидетелем которых ему пришлось быть с того дня, когда четыре года тому назад, в джунглях, его взор впервые упал на другое человеческое существо — на черного Кулонгу, копье которого положило конец жизни Калы, огромной обезьяны-самки, и тем самым лишило юного Тарзана единственной матери, которую он знал.

    — Эдгар Райс Берроуз · книга