396 лучших мыслей на тему «животные»

Тема «животные» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 396 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Крокодила толкает вперед прежде всего охотничий инстинкт, а потом уж голод.

   Крокодила толкает вперед прежде всего охотничий инстинкт, а потом уж голод.

   — Тонино Бенаквиста · книга
2. «

   И тут меня пронзила еще одна мысль: вот существо, которому нечего дать, кроме своей любви; осталось лишь найти того, кто бы принял ее, эту любовь, а найти никак не удается — эта мысль показалась мне до боли печальной.

   И тут меня пронзила еще одна мысль: вот существо, которому нечего дать, кроме своей любви; осталось лишь найти того, кто бы принял ее, эту любовь, а найти никак не удается — эта мысль показалась мне до боли печальной.

   — Гвен Купер · книга
3. «

   – Счастливы животные – они не рискуют попасть в ад. – Они и без того в аду, – возразила Джозиана.

   – Счастливы животные – они не рискуют попасть в ад. – Они и без того в аду, – возразила Джозиана.

   — Виктор Гюго · книга
4. «

   — Корова, ты же должна есть траву! — Фигушки, я плотоядная!

   — Корова, ты же должна есть траву! — Фигушки, я плотоядная!

   — Корова · мультфильм
5. «

   Говорят, только младенцы или животные способны отличить доброго от злого.

   Говорят, только младенцы или животные способны отличить доброго от злого.

   — Такуми Усуи · аниме
6. «

   Если Один Самый Свирепый Зверь лишится своего детеныша, он становится таким свирепым, как Два Самых Свирепых Зверя.

   Если Один Самый Свирепый Зверь лишится своего детеныша, он становится таким свирепым, как Два Самых Свирепых Зверя.

   — Алан Александр Милн · книга
7. «

   Человек не ангел и не животное, и несчастье его в том, что чем больше он стремится уподобиться ангелу, тем больше превращается в животное.

   Человек не ангел и не животное, и несчастье его в том, что чем больше он стремится уподобиться ангелу, тем больше превращается в животное.

   — Блез Паскаль
8. «

   У вепря есть клыки, у медведя — когти, но опаснее гусиного серого пера ничего нет.

   У вепря есть клыки, у медведя — когти, но опаснее гусиного серого пера ничего нет.

   — Джордж Мартин · книга
9. «

   Все животные, за исключением человека, знают, что высшее предназначение жизни — наслаждаться ею.

   Все животные, за исключением человека, знают, что высшее предназначение жизни — наслаждаться ею.

   — Сэмюэл Батлер (поэт)
10. «

    Тот, кто умеет слушать, всегда найдет общий язык с птицами и животными.

    Тот, кто умеет слушать, всегда найдет общий язык с птицами и животными.

    — Золушка (Cinderella) (2015) · фильм
11. «

    Джи-Джи Аллин — артист с посланием больному обществу. Он заставляет нас смотреть на то, чем мы действительно являемся. Человек это просто некое животное, способное свободно высказываться и самовыражаться. Не следует сомневаться в этом, за тем, что он делает — стоит разум.

    Джи-Джи Аллин — артист с посланием больному обществу. Он заставляет нас смотреть на то, чем мы действительно являемся. Человек это просто некое животное, способное свободно высказываться и самовыражаться. Не следует сомневаться в этом, за тем, что он делает — стоит разум.

    — Джон Уэйн Гейси
12. «

    Каждая семья, даже высоко в горах, держала хотя бы одну свинью — летом свинья работала помойным ведром, а во все остальные времена года — свининой, салом, ветчиной и колбасами.

    Каждая семья, даже высоко в горах, держала хотя бы одну свинью — летом свинья работала помойным ведром, а во все остальные времена года — свининой, салом, ветчиной и колбасами.

    — Терри Пратчетт · книга
13. «

    — А чем же он питается? [про тигра] — А я читал, что он человеческими жертвами питается. А что? — Ну что ж... Очень может быть. Да вы посудите сами, товарищи: чем ему питаться, когда у него кончается и конина, и говядина и рыбий жир... Вот он и жрёт человека.

    — А чем же он питается? [про тигра] — А я читал, что он человеческими жертвами питается. А что? — Ну что ж... Очень может быть. Да вы посудите сами, товарищи: чем ему питаться, когда у него кончается и конина, и говядина и рыбий жир... Вот он и жрёт человека.

    — Глеб Савельевич Шулейкин · фильм
14. «

    Ни одно животное не пользуется зубной пастой, но звериных стоматологов не так уж много. Да и офтальмологов раз-два и обчёлся. Если хочешь не болеть, то веди себя как зверь, так выходит?

    Ни одно животное не пользуется зубной пастой, но звериных стоматологов не так уж много. Да и офтальмологов раз-два и обчёлся. Если хочешь не болеть, то веди себя как зверь, так выходит?

    — Сергей Иннер · книга
15. «

    Скрестили как-то ехидну с утконосом. Зверь по-прежему клюётся, но с очень ехидным видом.

    Скрестили как-то ехидну с утконосом. Зверь по-прежему клюётся, но с очень ехидным видом.
16. «

    Всё то же самое, лишь с некоторыми несущественными поправками, относится и к лидерам в мире людей. Шикарный мех становится роскошным и тщательно продуманным костюмом правителя, затмевающим наряды его подчинённых. Его осанка говорит о той исключительной роли, которую он играет в обществе. Отдыхая, он может возлежать или сидеть, в то время как остальные обязаны стоять до особого на то разрешения. Это типично и для вожака бабуинов, который может лениво потягиваться, в то время как его окружение расположилось поблизости и взирает на него с беспокойством и некоторым напряжением. Ситуация, правда, меняется, как только лидер проявляет агрессию и начинает в своём статусе утверждаться. Тогда, будь то бабуин или принц, ему необходимо подняться и принять позу гораздо более впечатляющую, чем у его приближённых. Он должен над ними в буквальном смысле возвыситься, всем своим видом показав своё высокое положение. Для вожака бабуинов это довольно легко: как правило, он всегда мощнее остальных, и ему просто нужно встать во весь рост, а всё остальное сделает за него внушительных размеров тело. Не последнюю роль играет здесь раболепие и страх его приближённых. Человеку же для утверждения своей позиции лидера, возможно, понадобится прибегнуть к средствам искусственным. Он может увеличить в глазах подчинённых свой рост, надев широкую длинную мантию или высокий головной убор. Кроме того, он может взобраться на трон, трибуну, на какое-нибудь животное или транспортное средство, а также на плечи своих приближённых. Подобно бабуинам, пресмыкающимся перед своим вожаком, люди, желающие перед своим вождём казаться меньше ростом, склоняют головы, делают реверансы, преклоняют колени, низко кланяются или падают ниц.

    Всё то же самое, лишь с некоторыми несущественными поправками, относится и к лидерам в мире людей. Шикарный мех становится роскошным и тщательно продуманным костюмом правителя, затмевающим наряды его подчинённых. Его осанка говорит о той исключительной роли, которую он играет в обществе. Отдыхая, он может возлежать или сидеть, в то время как остальные обязаны стоять до особого на то разрешения. Это типично и для вожака бабуинов, который может лениво потягиваться, в то время как его окружение расположилось поблизости и взирает на него с беспокойством и некоторым напряжением. Ситуация, правда, меняется, как только лидер проявляет агрессию и начинает в своём статусе утверждаться. Тогда, будь то бабуин или принц, ему необходимо подняться и принять позу гораздо более впечатляющую, чем у его приближённых. Он должен над ними в буквальном смысле возвыситься, всем своим видом показав своё высокое положение. Для вожака бабуинов это довольно легко: как правило, он всегда мощнее остальных, и ему просто нужно встать во весь рост, а всё остальное сделает за него внушительных размеров тело. Не последнюю роль играет здесь раболепие и страх его приближённых. Человеку же для утверждения своей позиции лидера, возможно, понадобится прибегнуть к средствам искусственным. Он может увеличить в глазах подчинённых свой рост, надев широкую длинную мантию или высокий головной убор. Кроме того, он может взобраться на трон, трибуну, на какое-нибудь животное или транспортное средство, а также на плечи своих приближённых. Подобно бабуинам, пресмыкающимся перед своим вожаком, люди, желающие перед своим вождём казаться меньше ростом, склоняют головы, делают реверансы, преклоняют колени, низко кланяются или падают ниц.

    — Десмонд Моррис · книга
17. «

    Любовь к животному – коню, кошке, собаке – это всегда романтическая трагедия. Ведь ты любишь того, кто заведомо умрет прежде тебя.

    Любовь к животному – коню, кошке, собаке – это всегда романтическая трагедия. Ведь ты любишь того, кто заведомо умрет прежде тебя.

    — Чак Паланик · книга
18. «

    — Не верю! У тебя говорящая собака? А у меня кот! — Серьёзно? Животные — лучшие друзья. Их любовь к людям просто безгранична. — Видимо, у тебя никогда не было кота.

    — Не верю! У тебя говорящая собака? А у меня кот! — Серьёзно? Животные — лучшие друзья. Их любовь к людям просто безгранична. — Видимо, у тебя никогда не было кота.

    — Дак · сериал
19. «

    Почему трёхлапая собака вызывает больше сочувствия, чем одноногий человек? Вид больной обезьяны терзает душу сильней, чем нищая старуха, ковыляющая в магазин за буханкой хлеба. И ведь нельзя сказать, что животных мы любим, а людей — не слишком. Себя-то уж наверняка любим больше всех собак и обезьян, сколько их ни есть. Ребенок смотрит сериал «Ники», рыдает, видя раненного дельфина, из последних сил рвущегося на свободу. Спустя полчаса этот же ребенок лупит своего сверстника — завалил на землю, уселся сверху и тычет кулачками в замурзанную физиономию побежденного. Мы нервные, как бешеные голуби. Скандальные, как зайцы весной. Хрюкаем, ржем, рычим. Мы видим в зверях — людей, вот и сочувствуем. А в людях мы чаще всего людей не видим. Разве что в зеркале.

    Почему трёхлапая собака вызывает больше сочувствия, чем одноногий человек? Вид больной обезьяны терзает душу сильней, чем нищая старуха, ковыляющая в магазин за буханкой хлеба. И ведь нельзя сказать, что животных мы любим, а людей — не слишком. Себя-то уж наверняка любим больше всех собак и обезьян, сколько их ни есть. Ребенок смотрит сериал «Ники», рыдает, видя раненного дельфина, из последних сил рвущегося на свободу. Спустя полчаса этот же ребенок лупит своего сверстника — завалил на землю, уселся сверху и тычет кулачками в замурзанную физиономию побежденного. Мы нервные, как бешеные голуби. Скандальные, как зайцы весной. Хрюкаем, ржем, рычим. Мы видим в зверях — людей, вот и сочувствуем. А в людях мы чаще всего людей не видим. Разве что в зеркале.

    — Генри Лайон Олди · книга
20. «

    Люди могли бы многому научиться у зверей. Если бы они, подобно животным, не знали горьких воспоминаний о прошлом и изнуряющих тревог о будущем, если бы они отказались от хитрости и лжи, этот мир стал бы счастливым и безмятежным.

    Люди могли бы многому научиться у зверей. Если бы они, подобно животным, не знали горьких воспоминаний о прошлом и изнуряющих тревог о будущем, если бы они отказались от хитрости и лжи, этот мир стал бы счастливым и безмятежным.

    — Элиф Шафак · книга