703 коротких цитаты по теме «Грустные цитаты про жизнь»

Собрали 703 цитаты на тему «Грустные цитаты про жизнь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Я просто подумала: люди годами сидят и ждут, когда же начнется жизнь. Как в кинотеатре. Вы меня понимаете? — Да, – ответил Паскаль, потерявший нить повествования после слова «сидят». Но его так заворожил этот жест, сияние светлых волос в свете луны, что он сейчас согласился бы на что угодно, даже если бы ему ногти вырвали и заставили их съесть. — Вот видите, и я так думаю, – улыбнулась она. – Я сама такой была. Все ждала чего-то, точно я персонаж из фильма и вот-вот начнется действие. А многие ждут и ждут годами и только в самом конце обнаруживают, что провели всю жизнь в ожидании жизни.

   — Я просто подумала: люди годами сидят и ждут, когда же начнется жизнь. Как в кинотеатре. Вы меня понимаете? — Да, – ответил Паскаль, потерявший нить повествования после слова «сидят». Но его так заворожил этот жест, сияние светлых волос в свете луны, что он сейчас согласился бы на что угодно, даже если бы ему ногти вырвали и заставили их съесть. — Вот видите, и я так думаю, – улыбнулась она. – Я сама такой была. Все ждала чего-то, точно я персонаж из фильма и вот-вот начнется действие. А многие ждут и ждут годами и только в самом конце обнаруживают, что провели всю жизнь в ожидании жизни.

   — Джесс Уолтер · книга
2. «

   — Что для тебя самое трудное в жизни? — Когда кто-нибудь меня обижает.

   — Что для тебя самое трудное в жизни? — Когда кто-нибудь меня обижает.

   — Дэниел Киз · книга
3. «

   Я мог бы вести чудесную, радостную жизнь, не будь я глупцом.

   Я мог бы вести чудесную, радостную жизнь, не будь я глупцом.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
4. «

   День за днем, одно и тоже. Утром — ты радостный, жизнеспособный человек, который вроде даже улыбается, ходит в гости и ест вкусные тортики с чаем, а ночью непонятная боль бьет тебя по вискам, по ребрам, по ногам, ты пьешь снотворное, только бы уснуть и избавиться от кошмарной ночи, ты орешь, орешь внутри себя, выходишь на улицу, думаешь выкричать все гадость изнутри, но у тебя нету даже слов, нету чувств, нет ничего, от чего нужно избавляться даже. И ты побродив по морозному безумию идешь домой, открываешь книгу и мечтаешь о том, что бы оно быстрее закончилось, ты не хочешь умирать, но ты и не хочешь жить. И эти 2 чувства словно разрывают тебя. И вдруг, ты незаметно засыпаешь, проспав пару часов ты чувствуешь себя бодро и уверенно. Встав с постели этот круг идет по-новой: гости, вкусные тортики...

   День за днем, одно и тоже. Утром — ты радостный, жизнеспособный человек, который вроде даже улыбается, ходит в гости и ест вкусные тортики с чаем, а ночью непонятная боль бьет тебя по вискам, по ребрам, по ногам, ты пьешь снотворное, только бы уснуть и избавиться от кошмарной ночи, ты орешь, орешь внутри себя, выходишь на улицу, думаешь выкричать все гадость изнутри, но у тебя нету даже слов, нету чувств, нет ничего, от чего нужно избавляться даже. И ты побродив по морозному безумию идешь домой, открываешь книгу и мечтаешь о том, что бы оно быстрее закончилось, ты не хочешь умирать, но ты и не хочешь жить. И эти 2 чувства словно разрывают тебя. И вдруг, ты незаметно засыпаешь, проспав пару часов ты чувствуешь себя бодро и уверенно. Встав с постели этот круг идет по-новой: гости, вкусные тортики...
5. «

   В жизни не получается так, как думаешь. Свобода бывает только у тебя в голове.

   В жизни не получается так, как думаешь. Свобода бывает только у тебя в голове.

   — Нацуо Кирино · книга
6. «

   Фюсун, ты меня заново создала. Я люблю тебя больше всего в мире, больше жизни люблю, но я ранен, моя единственная, мне не хватает сил даже на себя, не хватает сил защищать тебя от себя. Я вчера вышел на этот путь, чтобы осчастливить тебя, но пока я летел я сломал твои крылья. Я не знаю, что такое счастье, Фюсун, а что такое страх узнал, увидев его в твоих глазах. Я чувствую себя червем влюбившимся в цветок и съедающим его лепестки. Я далеко ухожу, моя единственная. Туда, где моя любовь не причинить тебе боль. Туда, где я смогу тебя любить, не причиняя тебе боль и не обижая тебя. Ты же называешь меня «диким медом», у этого меда очень много яда, Фюсун. «Дикий мед» — яд. Я благодаря тебе прожил длинную долгую любовь, и уходя, я очень счастлив и ты будь счастлива, и еще... прости меня, если не сейчас, то когда-нибудь прости. Целую тебя столько раз, сколько ты не сможешь посчитать, я тебя целую столько раз, сколько звезд на небе.

   Фюсун, ты меня заново создала. Я люблю тебя больше всего в мире, больше жизни люблю, но я ранен, моя единственная, мне не хватает сил даже на себя, не хватает сил защищать тебя от себя. Я вчера вышел на этот путь, чтобы осчастливить тебя, но пока я летел я сломал твои крылья. Я не знаю, что такое счастье, Фюсун, а что такое страх узнал, увидев его в твоих глазах. Я чувствую себя червем влюбившимся в цветок и съедающим его лепестки. Я далеко ухожу, моя единственная. Туда, где моя любовь не причинить тебе боль. Туда, где я смогу тебя любить, не причиняя тебе боль и не обижая тебя. Ты же называешь меня «диким медом», у этого меда очень много яда, Фюсун. «Дикий мед» — яд. Я благодаря тебе прожил длинную долгую любовь, и уходя, я очень счастлив и ты будь счастлива, и еще... прости меня, если не сейчас, то когда-нибудь прости. Целую тебя столько раз, сколько ты не сможешь посчитать, я тебя целую столько раз, сколько звезд на небе.

   — Барыш (Baris) · фильм
7. «

   Тесс, у меня такое ощущение, словно самое главное в твоей жизни происходит без меня. И это очень больно.

   Тесс, у меня такое ощущение, словно самое главное в твоей жизни происходит без меня. И это очень больно.

   — Дженни Даунхэм · книга
8. «

   Жизнь – это мука, мука, которую осознаешь. И все наши маленькие уловки – это только дозы морфия, чтобы не кричать.

   Жизнь – это мука, мука, которую осознаешь. И все наши маленькие уловки – это только дозы морфия, чтобы не кричать.

   — Айрис Мёрдок · книга
9. «

   Что, рискнешь ее жизнью, чтобы спасти ей ногу? Тебе это так помогло...

   Что, рискнешь ее жизнью, чтобы спасти ей ногу? Тебе это так помогло...

   — Доктор Лиза Кадди (Dr. Lisa Cuddy) · сериал
10. «

    Мы любим себе представлять несчастие чем-то сосредоточенным, фактом свершившимся, тогда как несчастие никогда не бывает событие, а несчастие есть жизнь, длинная жизнь, несчастная, то есть такая жизнь, в которой осталась обстановка счастья, а счастие и смысл жизни — потеряны.

    Мы любим себе представлять несчастие чем-то сосредоточенным, фактом свершившимся, тогда как несчастие никогда не бывает событие, а несчастие есть жизнь, длинная жизнь, несчастная, то есть такая жизнь, в которой осталась обстановка счастья, а счастие и смысл жизни — потеряны.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
11. «

    Мы стояли у окна, туман льнул к стеклам, густел около них, и я почувствовал: там, за туманом, притаилось мое прошлое, молчаливое и невидимое... Дни ужаса и холодной испарины, пустота, грязь, клочья замученного бытия, беспомощность, расточительная трата сил, бесцельно уходящая жизнь — но здесь, в тени передо мной, ошеломляюще близко, ее тихое дыхание, ее непостижимое присутствие и тепло, ее ясная жизнь, — я должен был это удержать, завоевать...

    Мы стояли у окна, туман льнул к стеклам, густел около них, и я почувствовал: там, за туманом, притаилось мое прошлое, молчаливое и невидимое... Дни ужаса и холодной испарины, пустота, грязь, клочья замученного бытия, беспомощность, расточительная трата сил, бесцельно уходящая жизнь — но здесь, в тени передо мной, ошеломляюще близко, ее тихое дыхание, ее непостижимое присутствие и тепло, ее ясная жизнь, — я должен был это удержать, завоевать...

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    По жизни сводит не концы с концами, а ожидания с надеждами.

    По жизни сводит не концы с концами, а ожидания с надеждами.

    — Эльчин Сафарли · книга
13. «

    Мне хотелось прожить такую жизнь, о которой смог бы рассказывать с гордостью. Хотелось быть кем-то, кому завидуют. Но я убедил себя, что ни на что не способен, и жил скромно, робко. А потом использовал это как оправдание, делал вид, что вкладываю все силы чтобы достигать того, на что способен. И пытался удовлетвориться тем, что имею – но, в конце концов, это смехотворно. Я не сделал всего, на что был способен. Такое чувство, что всё в своей жизни я делал спустя рукава – и это совершенно никуда не годится, но, похоже, занавес всё равно вот-вот упадёт, и никакое моё недовольство этого уже не изменит.

    Мне хотелось прожить такую жизнь, о которой смог бы рассказывать с гордостью. Хотелось быть кем-то, кому завидуют. Но я убедил себя, что ни на что не способен, и жил скромно, робко. А потом использовал это как оправдание, делал вид, что вкладываю все силы чтобы достигать того, на что способен. И пытался удовлетвориться тем, что имею – но, в конце концов, это смехотворно. Я не сделал всего, на что был способен. Такое чувство, что всё в своей жизни я делал спустя рукава – и это совершенно никуда не годится, но, похоже, занавес всё равно вот-вот упадёт, и никакое моё недовольство этого уже не изменит.

    — Ао Дзюмондзи · книга
14. «

    Я всегда верил, что смерть намного лучшая судьба, чем жизнь, так как воссоединяет тебя с любимыми. Но мы больше не встретимся, друг мой. Полагаю, твой Бог будет против моего визита на твои небеса.

    Я всегда верил, что смерть намного лучшая судьба, чем жизнь, так как воссоединяет тебя с любимыми. Но мы больше не встретимся, друг мой. Полагаю, твой Бог будет против моего визита на твои небеса.

    — Рагнар Лодброк · сериал
15. «

    Всё на свете имеет конец. Когда это ощущение возникло впервые, я испытал такое чувство, будто у меня что-то пропало, будто мои карманы обчистил вор. И я задумался — могу ли я перенести случившееся, могу ли примириться с собой самим. Отчего же нет. Я не тот, что прежде, но это совершилось бесшумно, совершилось мирно и неотвратимо. Всё на свете имеет конец. В преклонном возрасте человек не живет настоящей жизнью, он питается воспоминаниями. Мы подобны разосланным письмам, мы уже доставлены, мы достигли цели. Не всё ли равно, принесли мы радость или горе тем, кто нас прочел, или вообще не вызвали никаких чувств. Я благодарен за жизнь, жить было интересно!

    Всё на свете имеет конец. Когда это ощущение возникло впервые, я испытал такое чувство, будто у меня что-то пропало, будто мои карманы обчистил вор. И я задумался — могу ли я перенести случившееся, могу ли примириться с собой самим. Отчего же нет. Я не тот, что прежде, но это совершилось бесшумно, совершилось мирно и неотвратимо. Всё на свете имеет конец. В преклонном возрасте человек не живет настоящей жизнью, он питается воспоминаниями. Мы подобны разосланным письмам, мы уже доставлены, мы достигли цели. Не всё ли равно, принесли мы радость или горе тем, кто нас прочел, или вообще не вызвали никаких чувств. Я благодарен за жизнь, жить было интересно!

    — Кнут Гамсун · книга
16. «

    Мы живём лишь для того, чтобы умереть.

    Мы живём лишь для того, чтобы умереть.
17. «

    Крошечные эпизоды длинной ленты жизни. Запоминаются навсегда. Все до мелочей. Цвета, улыбки, движения. Тополиный пух в воздухе, капли росы на листьях подорожника, лай лабрадора у пруда в парке. Крошечные эпизоды — как рассыпчатое печенье. Откусываешь — крошки липнут к губам, тают в ванильной истоме...

    Крошечные эпизоды длинной ленты жизни. Запоминаются навсегда. Все до мелочей. Цвета, улыбки, движения. Тополиный пух в воздухе, капли росы на листьях подорожника, лай лабрадора у пруда в парке. Крошечные эпизоды — как рассыпчатое печенье. Откусываешь — крошки липнут к губам, тают в ванильной истоме...

    — Эльчин Сафарли · книга
18. «

    Да, массовый российский читатель уверен, что его жизнь — дерьмо. Ему это вколачивают в сознание уже двадцать лет. Он отбрасывает газеты и книги, включает телевизор, но оттуда идет то же давление, ещё более эффективное... Раньше бездарно убеждали, будто кругом рай земной и коммунизм вот-вот. Теперь одарённо внушают совершенно противоположное. И куда бедному крестьянину податься?

    Да, массовый российский читатель уверен, что его жизнь — дерьмо. Ему это вколачивают в сознание уже двадцать лет. Он отбрасывает газеты и книги, включает телевизор, но оттуда идет то же давление, ещё более эффективное... Раньше бездарно убеждали, будто кругом рай земной и коммунизм вот-вот. Теперь одарённо внушают совершенно противоположное. И куда бедному крестьянину податься?

    — Олег Дивов · книга
19. «

    Это ведь была самая большая витрина центрального магазина! А зайчонок всё ждал и ждал. Но за ним никто не приходил.

    Это ведь была самая большая витрина центрального магазина! А зайчонок всё ждал и ждал. Но за ним никто не приходил.

    — Наталия Немцова · книга
20. «

    Самое бесполезное — жить для других, когда не просят.

    Самое бесполезное — жить для других, когда не просят.

    — Ринат Валиуллин · книга