491 глубоких цитата про «Красивые цитаты про жизнь»

Собрали 491 цитата на тему «Красивые цитаты про жизнь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Плохо, что отсюда не видно море. — А может и хорошо? Я вижу его, когда захочу. — Вы о чём? — Когда у меня есть настроение, я сосредотачиваюсь и отправляюсь к морю, улетаю туда. — Море для вас очень много значит? — Море подарило мне жизнь, а потом отняло её, остальное не важно.

   — Плохо, что отсюда не видно море. — А может и хорошо? Я вижу его, когда захочу. — Вы о чём? — Когда у меня есть настроение, я сосредотачиваюсь и отправляюсь к морю, улетаю туда. — Море для вас очень много значит? — Море подарило мне жизнь, а потом отняло её, остальное не важно.

   — Хулия · фильм
2. «

   Where there is love, life begins Over and over again...

   Where there is love, life begins Over and over again...
3. «

   Родившись, он удивился, и так прожил до старости.

   Родившись, он удивился, и так прожил до старости.

   — Андрей Платонович Платонов · книга
4. «

   На протяжение последних лет я пыталась понять, как общаться с судьбой. Гостеприимно принять ли ее вместе с неподъёмным багажом гостинцев и предательств или же вышвырнуть за порог своей жизни со всеми ее манатками.

   На протяжение последних лет я пыталась понять, как общаться с судьбой. Гостеприимно принять ли ее вместе с неподъёмным багажом гостинцев и предательств или же вышвырнуть за порог своей жизни со всеми ее манатками.

   — Алина Данилкина · книга
5. «

   Наверное, у каждого в жизни бывает такое лето, когда ходишь по земле, словно летаешь по небу.

   Наверное, у каждого в жизни бывает такое лето, когда ходишь по земле, словно летаешь по небу.

   — Вера · фильм
6. «

   Горит свеча в живой лампаде Ради тепла иль света ради? Но знаю точно, что не зря, Пока есть волны и моря. Пока еще душа теплится, Пока есть слова вереница, Пока есть краешек Земли, Куда стремятся корабли…

   Горит свеча в живой лампаде Ради тепла иль света ради? Но знаю точно, что не зря, Пока есть волны и моря. Пока еще душа теплится, Пока есть слова вереница, Пока есть краешек Земли, Куда стремятся корабли…
7. «

   ... Но всего сильнее, всего сокрушительнее — Белое Безмолвие в его бесстрастности. Ничто не шелохнется, небо ярко, как отполированная медь, малейший шепот кажется святотатством, и человек пугается собственного голоса. Единственная частица живого, передвигающаяся по призрачной пустыне мертвого мира, он страшится своей дерзости, остро сознавая, что он всего лишь червь. Сами собой возникают странные мысли, тайна вселенной ищет своего выражения. И на человека находит страх перед смертью, перед «богом», перед всем миром, а вместе со страхом – надежда на воскресение и жизнь и тоска по бессмертию – тщетное стремление плененной материи; вот тогда-то человек остается наедине с «богом».

   ... Но всего сильнее, всего сокрушительнее — Белое Безмолвие в его бесстрастности. Ничто не шелохнется, небо ярко, как отполированная медь, малейший шепот кажется святотатством, и человек пугается собственного голоса. Единственная частица живого, передвигающаяся по призрачной пустыне мертвого мира, он страшится своей дерзости, остро сознавая, что он всего лишь червь. Сами собой возникают странные мысли, тайна вселенной ищет своего выражения. И на человека находит страх перед смертью, перед «богом», перед всем миром, а вместе со страхом – надежда на воскресение и жизнь и тоска по бессмертию – тщетное стремление плененной материи; вот тогда-то человек остается наедине с «богом».

   — Джек Лондон · книга
8. «

   Впереди всегда есть ещё небо. У него нет ни конца, ни края. Наверное, можно провести в плавании всю жизнь и всё время открывать что-то новое.

   Впереди всегда есть ещё небо. У него нет ни конца, ни края. Наверное, можно провести в плавании всю жизнь и всё время открывать что-то новое.

   — Алекс Шерер · книга
9. «

   Тебе нужно помнить то добро, которое делают для тебя другие люди, а не то добро, что ты делаешь для них. Выброси всё ненужное из сердца, и тогда тебе станет легко и привольно жить на свете.

   Тебе нужно помнить то добро, которое делают для тебя другие люди, а не то добро, что ты делаешь для них. Выброси всё ненужное из сердца, и тогда тебе станет легко и привольно жить на свете.

   — Вэй У Сянь · аниме
10. «

    Как все-таки мы быстро умеем забывать. Причем, чаще всего очень хорошее забывать, теплое и по-настоящему важное. И, знаете, это не время все стирает и перемалывает, нет — это наша безответственность к собственной памяти. Изменяются названия улиц, на которых мы выросли, имена соседей, фамилии одноклассников, первых учителей, телефоны товарищей, лица возлюбленных. Не можешь вспомнить аромата любимых духов мамы, забываешь, когда в последний раз выходили с отцом на рыбалку, смотрели футбол или просто вместе смеялись. Все становится песком, утекает между пальцев. Какого числа родилась бабушка? А прабабушка? На какой каток ходила бабушка с подругами, в какой парк бегала на танцы, какая у нее была девичья фамилия, под какую музыку она познакомилась с дедушкой? А сколько у деда было орденов или медалей? А как звали его отца? И так далее, и так далее... Все превращается в пыль. И неужели все так улетучивается безвозвратно? Как-то не очень хочется в это верить. Ведь где-то должна храниться эта огромная информация. Может, на каких-то полочках, в каких-то файлах, в сундуках, на чердаках. Может, когда-нибудь в антикварной лавке, среди сэконд-хэнда или в пункте потерянных вещей, отыщутся все наши воспоминания, и тогда... И тогда воздух наполнится ароматом черемухи, во рту появится сладкий вкус черешни, во дворе, куда родители никогда не боялись нас отпускать гулять одних, тихонечко затренькает гитара, раздастся чей-то смех и высоко в небе пролетит самолет, оставляя длинный белый след. Конечно, кто-то скажет: «Абсурдно все помнить». И будет прав. Есть прогресс, мир меняется, человечество растет... Вы меня поймите правильно, я ни к чему не хочу призывать, просто попросить не забывать. Не забывать, как улыбаются ваши друзья, как учащается пульс при виде любимого человека, постараться запомнить вкус собственных слез и первое слово вашего ребенка. Мне кажется, в силах каждого из нас это сделать, ну хотя бы попробовать. И, вполне вероятно, тогда окажется неважным, какие у тебя часы на руке, на какой машине ты приехал, на каком шоссе у тебя дом, какой национальности ты, какую религию исповедуешь. Я всего лишь хочу, чтобы вы вспомнили, как это здорово — просто жить.

    Как все-таки мы быстро умеем забывать. Причем, чаще всего очень хорошее забывать, теплое и по-настоящему важное. И, знаете, это не время все стирает и перемалывает, нет — это наша безответственность к собственной памяти. Изменяются названия улиц, на которых мы выросли, имена соседей, фамилии одноклассников, первых учителей, телефоны товарищей, лица возлюбленных. Не можешь вспомнить аромата любимых духов мамы, забываешь, когда в последний раз выходили с отцом на рыбалку, смотрели футбол или просто вместе смеялись. Все становится песком, утекает между пальцев. Какого числа родилась бабушка? А прабабушка? На какой каток ходила бабушка с подругами, в какой парк бегала на танцы, какая у нее была девичья фамилия, под какую музыку она познакомилась с дедушкой? А сколько у деда было орденов или медалей? А как звали его отца? И так далее, и так далее... Все превращается в пыль. И неужели все так улетучивается безвозвратно? Как-то не очень хочется в это верить. Ведь где-то должна храниться эта огромная информация. Может, на каких-то полочках, в каких-то файлах, в сундуках, на чердаках. Может, когда-нибудь в антикварной лавке, среди сэконд-хэнда или в пункте потерянных вещей, отыщутся все наши воспоминания, и тогда... И тогда воздух наполнится ароматом черемухи, во рту появится сладкий вкус черешни, во дворе, куда родители никогда не боялись нас отпускать гулять одних, тихонечко затренькает гитара, раздастся чей-то смех и высоко в небе пролетит самолет, оставляя длинный белый след. Конечно, кто-то скажет: «Абсурдно все помнить». И будет прав. Есть прогресс, мир меняется, человечество растет... Вы меня поймите правильно, я ни к чему не хочу призывать, просто попросить не забывать. Не забывать, как улыбаются ваши друзья, как учащается пульс при виде любимого человека, постараться запомнить вкус собственных слез и первое слово вашего ребенка. Мне кажется, в силах каждого из нас это сделать, ну хотя бы попробовать. И, вполне вероятно, тогда окажется неважным, какие у тебя часы на руке, на какой машине ты приехал, на каком шоссе у тебя дом, какой национальности ты, какую религию исповедуешь. Я всего лишь хочу, чтобы вы вспомнили, как это здорово — просто жить.

    — Олег Меньшиков
11. «

    Я снимаю с вешалки пальто и слоняюсь по кухне, слушая листья, тени, еле слышное кружение пыли.

    Я снимаю с вешалки пальто и слоняюсь по кухне, слушая листья, тени, еле слышное кружение пыли.

    — Дженни Даунхэм · книга
12. «

    Жить без любви – это почти то же самое, что жить без души.

    Жить без любви – это почти то же самое, что жить без души.

    — Олег Рой · книга
13. «

    Скарлетт: Однажды вы сказали: «Помоги, боже, тому, кто её полюбит!» Ретт: Помоги мне, боже...

    Скарлетт: Однажды вы сказали: «Помоги, боже, тому, кто её полюбит!» Ретт: Помоги мне, боже...

    — Александра Риплей · книга
14. «

    Море – мой преданный друг. Как все понимающий, молчаливый пес. Море не раз возвращало меня к жизни.

    Море – мой преданный друг. Как все понимающий, молчаливый пес. Море не раз возвращало меня к жизни.

    — Эльчин Сафарли · книга
15. «

    Жизнь — это большая картина, и ты должен просто успеть нарисовать на ней всё, что хочешь.

    Жизнь — это большая картина, и ты должен просто успеть нарисовать на ней всё, что хочешь.

    — Дэнни Кэй
16. «

    Я открыла всё, кроме Бога, и пришла к заключению, что Бог никак не мог создать такую безумную и низкую вещь, как человеческую жизнь.

    Я открыла всё, кроме Бога, и пришла к заключению, что Бог никак не мог создать такую безумную и низкую вещь, как человеческую жизнь.

    — Мария Корелли · книга
17. «

    — Ну что, домой, в свой мир «до»? Скорее бы смыться с гнусной каменюки? Ну признайся, как тебе Земля вообще? — Ай… сначала казалась дырой, но… смотри. Смотри, сколько тут всего! Вот этой ниткой твоя мама зашила мне костюм. Чтобы успокоить меня, Дез дал мне это. Тот тип в метро наорал на меня, было страшно, но по-своему занятно… Если честно, меня пугала мысль, что со мной что-то не так, понимаешь, что я недостойна этой жизни. Но ты показал мне, что такое музыка, призвание и… А может быть, мой дар — смотреть на небо, гулять? Гуляю я просто гениально!

    — Ну что, домой, в свой мир «до»? Скорее бы смыться с гнусной каменюки? Ну признайся, как тебе Земля вообще? — Ай… сначала казалась дырой, но… смотри. Смотри, сколько тут всего! Вот этой ниткой твоя мама зашила мне костюм. Чтобы успокоить меня, Дез дал мне это. Тот тип в метро наорал на меня, было страшно, но по-своему занятно… Если честно, меня пугала мысль, что со мной что-то не так, понимаешь, что я недостойна этой жизни. Но ты показал мне, что такое музыка, призвание и… А может быть, мой дар — смотреть на небо, гулять? Гуляю я просто гениально!

    — Душа 22 · мультфильм
18. «

    «Ему следовало бы сшить из своего голоса», — Маяковский писал в «Кофте фата» : «Я сошью себе черные штаны из бархата голоса моего». В Сущности, из бархата голоса он сшил себе всю биографию — ничего другого в ней нет.

    «Ему следовало бы сшить из своего голоса», — Маяковский писал в «Кофте фата» : «Я сошью себе черные штаны из бархата голоса моего». В Сущности, из бархата голоса он сшил себе всю биографию — ничего другого в ней нет.

    — Дмитрий Львович Быков · книга
19. «

    И жили они кто-то недолго, а кто-то счастливо. Главное – чтоб со свежестью на зрачках и клыках. Свежестью Господа. Главное – с нежностью,

    И жили они кто-то недолго, а кто-то счастливо. Главное – чтоб со свежестью на зрачках и клыках. Свежестью Господа. Главное – с нежностью,

    — Франц Вертфоллен
20. «

    Он вновь чувствовал вкус жизни… Ее пьянящий вкус, поразительно напоминающий кровь. Его ждал новый мир и новые сражения. А в душе, в шквальных порывах ветра развивалось потрепанное в боях полотнище, несущее на себе изображение его души… Души Эквайона.

    Он вновь чувствовал вкус жизни… Ее пьянящий вкус, поразительно напоминающий кровь. Его ждал новый мир и новые сражения. А в душе, в шквальных порывах ветра развивалось потрепанное в боях полотнище, несущее на себе изображение его души… Души Эквайона.

    — Михаил Ланцов · книга