141 цитата про «жизнь и смерть», которые захочется сохранить

Собрали 141 цитата на тему «жизнь и смерть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Жизнь — это прогрев смерти.

   Жизнь — это прогрев смерти.

   — Николай Картозия
2. «

   Между жизнью и смертью всего лишь шаг, но как правило, на это уходят годы.

   Между жизнью и смертью всего лишь шаг, но как правило, на это уходят годы.

   — люди
3. «

   — Знаешь, что хуже, чем смерть? — Что? — Жизнь, в которой ничего не происходит.

   — Знаешь, что хуже, чем смерть? — Что? — Жизнь, в которой ничего не происходит.

   — Мария Фариса · книга
4. «

   Мне всегда хотелось быть демоном. Они могут злиться, могут совершать плохие поступки, потому что их никто не осудит. Нельзя ругать птицу за то, что она летает. Но я родилась ангелом. Добрая, правильная девочка. Ей положено быть вежливой, чистой, добросердечной. Тьма внутри такой, как я, означала бы нарушение Равновесия. И потому я была вежливой, чистой и добросердечной. Поступала так, как от меня того ждали. Мои действия были продиктованы правилами и условностями. Они похоронили под собой меня настоящую. Но после войны я вдруг поняла, что могу умереть, так и не узнав, какая я глубоко внутри, под грудой масок. Я улетела к Дальним Землям, прочь от своих родителей, которые видели во мне лишь средство достижения власти. И прочь от себя – картонки в белом платье, благодарящей Шепфа за все блага; крепко держащей Дино за руку с осознанием, что он никогда не будет мне принадлежать. Я открыла в себе тьму: злость, зависть, леность. И приняла её. Приняла, чтобы затем встретить свой конец на сырой земле. Через пару мгновений я убью себя. Убью, потому что поспешила, поддалась злобе, азарту, надежде… Потому что не послушала Дино. Но я умираю настоящей. Обидно, конечно. Моя жизнь не была настолько ценной, чтобы одарить меня закрытым осознанием. Но я умираю настоящей! И этот пепел, предвестник моей смерти, холодит мою разгорячённую кожу, смешивается со слезами, остужает тело, которому осталось жить всего пару мгновений. Я чувствую, как бьётся сердце… Раз. Два. Три. Сейчас я умру. И пусть Шепфа меня не услышит, всё же скажу: “Спасибо, что сохранил мою жизнь до этого мгновения. Я ни о чём не жалею”.

   Мне всегда хотелось быть демоном. Они могут злиться, могут совершать плохие поступки, потому что их никто не осудит. Нельзя ругать птицу за то, что она летает. Но я родилась ангелом. Добрая, правильная девочка. Ей положено быть вежливой, чистой, добросердечной. Тьма внутри такой, как я, означала бы нарушение Равновесия. И потому я была вежливой, чистой и добросердечной. Поступала так, как от меня того ждали. Мои действия были продиктованы правилами и условностями. Они похоронили под собой меня настоящую. Но после войны я вдруг поняла, что могу умереть, так и не узнав, какая я глубоко внутри, под грудой масок. Я улетела к Дальним Землям, прочь от своих родителей, которые видели во мне лишь средство достижения власти. И прочь от себя – картонки в белом платье, благодарящей Шепфа за все блага; крепко держащей Дино за руку с осознанием, что он никогда не будет мне принадлежать. Я открыла в себе тьму: злость, зависть, леность. И приняла её. Приняла, чтобы затем встретить свой конец на сырой земле. Через пару мгновений я убью себя. Убью, потому что поспешила, поддалась злобе, азарту, надежде… Потому что не послушала Дино. Но я умираю настоящей. Обидно, конечно. Моя жизнь не была настолько ценной, чтобы одарить меня закрытым осознанием. Но я умираю настоящей! И этот пепел, предвестник моей смерти, холодит мою разгорячённую кожу, смешивается со слезами, остужает тело, которому осталось жить всего пару мгновений. Я чувствую, как бьётся сердце… Раз. Два. Три. Сейчас я умру. И пусть Шепфа меня не услышит, всё же скажу: “Спасибо, что сохранил мою жизнь до этого мгновения. Я ни о чём не жалею”.

   — Лилу · игра
5. «

   У каждого человека есть объекты спокойствия и объекты страха. Когда он вступает в зону спокойствия, его спрашивают почему чувствуется спокойствие, но они дают расплывчатые ответы в духе, это просто спокойно. Однако когда они вступают в зону страха, то даже идиот может назвать настоящую причину. Темно, холодно, слишком высоко, замкнуто, больно, отвратительно, они дают себе список страхов, потому что спокойствие ассоциируется с жизнью, а все страхи ассоциируются со смертью. Даже те, кто не способен назвать причину чтобы жить, могут назвать причину чтобы не умирать. Это не просто существа обладающие чувствами, всё живое инстинктивно избегает смерти, другими словами страха. Всем кому дарована жизнь, живут чтобы не бояться, становятся сильнее чтобы не бояться, и растут чтобы не бояться. До тех пор пока ты жива, страх всегда будет на тебе действовать.

   У каждого человека есть объекты спокойствия и объекты страха. Когда он вступает в зону спокойствия, его спрашивают почему чувствуется спокойствие, но они дают расплывчатые ответы в духе, это просто спокойно. Однако когда они вступают в зону страха, то даже идиот может назвать настоящую причину. Темно, холодно, слишком высоко, замкнуто, больно, отвратительно, они дают себе список страхов, потому что спокойствие ассоциируется с жизнью, а все страхи ассоциируются со смертью. Даже те, кто не способен назвать причину чтобы жить, могут назвать причину чтобы не умирать. Это не просто существа обладающие чувствами, всё живое инстинктивно избегает смерти, другими словами страха. Всем кому дарована жизнь, живут чтобы не бояться, становятся сильнее чтобы не бояться, и растут чтобы не бояться. До тех пор пока ты жива, страх всегда будет на тебе действовать.

   — Эс Нодт · аниме
6. «

   Моя жизнь не была настолько ценной, чтобы одарить меня закрытым сознанием.

   Моя жизнь не была настолько ценной, чтобы одарить меня закрытым сознанием.

   — Лилу · игра
7. «

   Мой кореш сказал, его отпуск — смерть.

   Мой кореш сказал, его отпуск — смерть.
8. «

   Конец в истории свидетельствует о том, что определённый период жизни персонажа окончен, но он будет жить дальше, то есть начнётся другой период. Продолжение значит, что персонаж умер, так как смерть – это эпизод в жизни, который никогда не закончится.

   Конец в истории свидетельствует о том, что определённый период жизни персонажа окончен, но он будет жить дальше, то есть начнётся другой период. Продолжение значит, что персонаж умер, так как смерть – это эпизод в жизни, который никогда не закончится.
9. «

   — Ты слишком уж сильно привязалась к этим людишкам. Сможешь ли ты, как и прежде, убивать их ради собственного выживания, когда вернёшься в наш мир? — Сейчас мой дом — здесь. Поэтому возвращаться назад я не собираюсь. — Человек, которого ты так любишь, так или иначе умрёт в течение этого столетия. Что ты будешь делать тогда? — Ничего страшного. Чем больше счастливых моментов мы вместе переживаем, тем больнее будет наше расставание — это я отлично понимаю. Но я точно не буду сожалеть о времени, что провела вместе с ней [Кобаяши]. — По-твоему, людишки и правда могут заслуживать такого отношения? — Конечно! Ведь моя госпожа — одна из них!

   — Ты слишком уж сильно привязалась к этим людишкам. Сможешь ли ты, как и прежде, убивать их ради собственного выживания, когда вернёшься в наш мир? — Сейчас мой дом — здесь. Поэтому возвращаться назад я не собираюсь. — Человек, которого ты так любишь, так или иначе умрёт в течение этого столетия. Что ты будешь делать тогда? — Ничего страшного. Чем больше счастливых моментов мы вместе переживаем, тем больнее будет наше расставание — это я отлично понимаю. Но я точно не буду сожалеть о времени, что провела вместе с ней [Кобаяши]. — По-твоему, людишки и правда могут заслуживать такого отношения? — Конечно! Ведь моя госпожа — одна из них!

   — Фафнир / Такеши Ояма (Fafnir / Takeshi Ooyama) · аниме
10. «

    Придет и уйдет не слишком много зим – и ты, и я тоже исчезнем, оставив после себя только кости, чтобы они послужили домом для крошечных созданий. И знаешь что, храбрый Хвосттрубой? Мировой танец ни в одном шаге не запнется от этих исчезновений.

    Придет и уйдет не слишком много зим – и ты, и я тоже исчезнем, оставив после себя только кости, чтобы они послужили домом для крошечных созданий. И знаешь что, храбрый Хвосттрубой? Мировой танец ни в одном шаге не запнется от этих исчезновений.

    — Тэд Уильямс · книга
11. «

    Никто не должен умирать вместе с вами.

    Никто не должен умирать вместе с вами.

    — Олег Брагин · сериал
12. «

    Если ты повесишься, то пожалеешь об этом; не повесишься, и об этом пожалеешь. Таково, милостивые государи, резюме всей жизненной мудрости...

    Если ты повесишься, то пожалеешь об этом; не повесишься, и об этом пожалеешь. Таково, милостивые государи, резюме всей жизненной мудрости...

    — Сёрен Кьеркегор
13. «

    — Что ты делаешь? — Странный вопрос, мы на войне. — Это не наша война! — И что же мне теперь, самоотверженно бросаться под пули, никак не давая отпор? — С каждым убитым ты возвышаешь в цене свою жизнь. Но настолько ли дорога твоя жизнь на самом деле? — Она ценна ровно до того момента, пока её не отняли.

    — Что ты делаешь? — Странный вопрос, мы на войне. — Это не наша война! — И что же мне теперь, самоотверженно бросаться под пули, никак не давая отпор? — С каждым убитым ты возвышаешь в цене свою жизнь. Но настолько ли дорога твоя жизнь на самом деле? — Она ценна ровно до того момента, пока её не отняли.

    — Дино · игра
14. «

    Я волнуюсь, Юуу... Что мы исчезнем из этого мира до того, как узнаем чуточку больше о нем..

    Я волнуюсь, Юуу... Что мы исчезнем из этого мира до того, как узнаем чуточку больше о нем..

    — Чито
15. «

    Так звони почаще по мобиле близким Пока фамилии в контактном списке А не выбиты под фоткой на гранитном обелиске.

    Так звони почаще по мобиле близким Пока фамилии в контактном списке А не выбиты под фоткой на гранитном обелиске.

    — Вячеслав Машнов (Гнойный)
16. «

    Он увидел, что человечество плохо управляется со своим хозяйством, и возненавидел его; он считает, что, разбивая в кровь сытые рожи, он выковывает железный мир. А что же я? Я продолжал себе посмеиваться, как сломанная уличная шарманка, и превратился в маньяка; как слепец, я кидался со своими ничтожными силами наперерез страстям, страданиям и горестям, на которые натыкался на каждом шагу.

    Он увидел, что человечество плохо управляется со своим хозяйством, и возненавидел его; он считает, что, разбивая в кровь сытые рожи, он выковывает железный мир. А что же я? Я продолжал себе посмеиваться, как сломанная уличная шарманка, и превратился в маньяка; как слепец, я кидался со своими ничтожными силами наперерез страстям, страданиям и горестям, на которые натыкался на каждом шагу.

    — Джон Диксон Карр · книга
17. «

    Умирающие старики хватали меня за руки: «Я понял, только сейчас понял, что неверно потратил своё время. Помоги мне пожить ещё немного». Но я была бессильна перед смертью, и с горечью в сердце эти люди уходили в чёрную бездну.

    Умирающие старики хватали меня за руки: «Я понял, только сейчас понял, что неверно потратил своё время. Помоги мне пожить ещё немного». Но я была бессильна перед смертью, и с горечью в сердце эти люди уходили в чёрную бездну.

    — Мария Фариса · книга
18. «

    Для такого ли жалкого бремени меня сотворил Создатель? Мальчишкой, я мечтал открывать невиданные страны, дышать чужим воздухом, наполнять глаза миром. А теперь… чем я лучше всех этих прохожих? Все они закончат свои дни в тихом омуте одинаковой жизни. Вместе с ними закопают в землю их мечты и таланты. На их надгробиях нужно бы написать правду: «Рождён, чтобы жить в полную силу, а жил трусливо и слабо». Но вместо этого высекают имена, цифры. Как если бы они что-то значили. Значит лишь жизнь, которую стоило прожить красиво, но которая была навсегда упущена из-за страха.

    Для такого ли жалкого бремени меня сотворил Создатель? Мальчишкой, я мечтал открывать невиданные страны, дышать чужим воздухом, наполнять глаза миром. А теперь… чем я лучше всех этих прохожих? Все они закончат свои дни в тихом омуте одинаковой жизни. Вместе с ними закопают в землю их мечты и таланты. На их надгробиях нужно бы написать правду: «Рождён, чтобы жить в полную силу, а жил трусливо и слабо». Но вместо этого высекают имена, цифры. Как если бы они что-то значили. Значит лишь жизнь, которую стоило прожить красиво, но которая была навсегда упущена из-за страха.

    — Мария Фариса · книга
19. «

    — Ты пойми, Женёк, в том что ты умер, поверь мне, моей вины нет. В том, что жить будешь вечно, — есть. За это вот прости уж. — А если не прощу? — А если не простишь, так я тебе прямо здесь сейчас бошку оторву, и всё закончится. Как должно было закончиться! Ценить надо то, что имеешь. Да ты пойми, может я тебе шанс дал увидеть, как вот эти машины пердючие летать будут. — Да, прям летать будут. — Да, летать. Жизнь, Женёк, это такая штука... А пройдет ещё совсем немного времени, и может, мы с тобой увидим вот этот вот город, который ты засираешь. Ты знаешь, каким он будет? — Каким? Ну каким? Каким он будет? — Я не знаю. Но можем увидеть вместе. Ага? Ну давай. Выбирай

    — Ты пойми, Женёк, в том что ты умер, поверь мне, моей вины нет. В том, что жить будешь вечно, — есть. За это вот прости уж. — А если не прощу? — А если не простишь, так я тебе прямо здесь сейчас бошку оторву, и всё закончится. Как должно было закончиться! Ценить надо то, что имеешь. Да ты пойми, может я тебе шанс дал увидеть, как вот эти машины пердючие летать будут. — Да, прям летать будут. — Да, летать. Жизнь, Женёк, это такая штука... А пройдет ещё совсем немного времени, и может, мы с тобой увидим вот этот вот город, который ты засираешь. Ты знаешь, каким он будет? — Каким? Ну каким? Каким он будет? — Я не знаю. Но можем увидеть вместе. Ага? Ну давай. Выбирай

    — Святослав Вернидубович Кривич · сериал
20. «

    Так уж повелось, что человек должен кого-то ненавидеть или хотя бы недолюбливать, иначе будет постоянно болеть. То было действие чёрной силы. Она копилась в каждом, набухала, как просянки на коже, а потом лопалась, выливалась через рот или убивала изнутри, проделывая брешь в животе либо сердце.

    Так уж повелось, что человек должен кого-то ненавидеть или хотя бы недолюбливать, иначе будет постоянно болеть. То было действие чёрной силы. Она копилась в каждом, набухала, как просянки на коже, а потом лопалась, выливалась через рот или убивала изнутри, проделывая брешь в животе либо сердце.

    — Диана Чайковская · книга