173 цитаты «журналистика»: от классиков до современников

Собрали 173 цитаты на тему «журналистика» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Он признавался, что нередко чувствует себя опустошенным и тогда ему необходимо подзарядить батареи. Для этого имелись разные способы, в том числе сегодняшний: нести чушь перед толпой журналистов, напрашиваясь на идиотские вопросы.

   Он признавался, что нередко чувствует себя опустошенным и тогда ему необходимо подзарядить батареи. Для этого имелись разные способы, в том числе сегодняшний: нести чушь перед толпой журналистов, напрашиваясь на идиотские вопросы.

   — Рю Мураками · книга
2. «

   Такова моя работа — выслушать людей и изложить сказанное в как можно более доступной форме.

   Такова моя работа — выслушать людей и изложить сказанное в как можно более доступной форме.

   — Харуки Мураками · книга
3. «

   Оба они были журналистами нового типа — веселые разбитные молодые люди.

   Оба они были журналистами нового типа — веселые разбитные молодые люди.

   — Герберт Уэллс · книга
4. «

   Это наказание за статью о проекте «Атлас». Меня исключили, потому что я их пугаю, а если я их пугаю, значит есть еще какая-то тайна.

   Это наказание за статью о проекте «Атлас». Меня исключили, потому что я их пугаю, а если я их пугаю, значит есть еще какая-то тайна.

   — Аманда Нил · сериал
5. «

   Журналистика в Украине больна теми же пороками, что и политика. Она так же продажна, так же субъективна, так же непрофессиональна… Свобода слова в Украине есть. К сожалению, она идет рука об руку со свободой вранья и полной безответственности за это вранье. Дайте людям выбирать ту музыку, которая нравится им, а не политикам.

   Журналистика в Украине больна теми же пороками, что и политика. Она так же продажна, так же субъективна, так же непрофессиональна… Свобода слова в Украине есть. К сожалению, она идет рука об руку со свободой вранья и полной безответственности за это вранье. Дайте людям выбирать ту музыку, которая нравится им, а не политикам.

   — Елена Бондаренко
6. «

   Знаете, репутацию алкоголика мне создали журналисты; любопытно, ни одному из них не пришло в голову, что я напиваюсь у них на глазах только потому, что на трезвую голову мне их не вынести.

   Знаете, репутацию алкоголика мне создали журналисты; любопытно, ни одному из них не пришло в голову, что я напиваюсь у них на глазах только потому, что на трезвую голову мне их не вынести.

   — Мишель Уэльбек · книга
7. «

   Журналистика — религия современных обществ, и это прогресс. Пастыри не обязаны верить, паства — тоже.

   Журналистика — религия современных обществ, и это прогресс. Пастыри не обязаны верить, паства — тоже.

   — Анатоль Франс
8. «

   Когда пишешь о войне, то для того, чтобы сохранить уважение к самому себе, надо время от времени подвергаться опасности наравне с другими.

   Когда пишешь о войне, то для того, чтобы сохранить уважение к самому себе, надо время от времени подвергаться опасности наравне с другими.

   — Грэм Грин · книга
9. «

   Журналист, как жена Цезаря, должен быть вне подозрений

   Журналист, как жена Цезаря, должен быть вне подозрений

   — Ги де Мопассан · книга
10. «

    — Это вы та самая Лика Пресветлая? Это вы две недели преследовали маньяка, пока он сам с повинной не сдался полиции, лишь бы избавиться от вас? Это вы написали статью, после которой три миллиона пар отменили бракосочетание? Это вы... вы так довели вопросами Патрика Аведа, героя сериала «Любовь до смерти и после нее», что он обратился в наркологическую клинику? Это вы... Мечтательная улыбка, появившаяся вследствие перечисления моих наиболее выдающихся заслуг, была дополнена совершенно счастливым признанием: — Я.

    — Это вы та самая Лика Пресветлая? Это вы две недели преследовали маньяка, пока он сам с повинной не сдался полиции, лишь бы избавиться от вас? Это вы написали статью, после которой три миллиона пар отменили бракосочетание? Это вы... вы так довели вопросами Патрика Аведа, героя сериала «Любовь до смерти и после нее», что он обратился в наркологическую клинику? Это вы... Мечтательная улыбка, появившаяся вследствие перечисления моих наиболее выдающихся заслуг, была дополнена совершенно счастливым признанием: — Я.

    — Елена Звездная · книга
11. «

    История современной России во многом основана на устных рассказах, утверждениях людей, которые «были там». Часто эти люди говорят о том, чего не знают. И любой журналист идёт по этому минному полю.

    История современной России во многом основана на устных рассказах, утверждениях людей, которые «были там». Часто эти люди говорят о том, чего не знают. И любой журналист идёт по этому минному полю.

    — Пол Хлебников
12. «

    Была очень серьёзная кампания по моей дискредитации. Мы выдержали. И в результате те либеральные журналисты, которые питались от ФСБэшников и выполняли их команды, обосрались. Это очень хорошо, мне это нравится.

    Была очень серьёзная кампания по моей дискредитации. Мы выдержали. И в результате те либеральные журналисты, которые питались от ФСБэшников и выполняли их команды, обосрались. Это очень хорошо, мне это нравится.

    — Вячеслав Вячеславович Мальцев
13. «

    Все эти чудесные имена, все эти блистательные ребята — Константин Симонов, Евгений Долматовский, Борис Слуцкий — военкоры, политруки, бойцы, — они чуяли под собой, над собой, вокруг себя войну, причем не только Великую Отечественную, у них все это началось раньше, на всевозможных «аннексиях» — и собственно страну через войну познавали. Для русской литературы такое поведение было обычным. «Будет война – поеду на войну», – писал Чехов. Естественно, он поехал бы врачом, как, скажем, в свое время Константин Леонтьев. В этом смысле что-то надломилось совсем недавно: я даже толком не заметил когда. Ладно бы еще пацифисты повылезали бы отовсюду – у этих хотя бы убеждения есть, — нет, какие-то новые, удивительные существа: поэты вне политики, вне войны – ну вроде как не их царское дело обращать внимание на всякую там пулеметную трескотню. Вы можете себе вообразить Пушкина, или Блока, или Есенина, которые сказали бы о себе, что они «вне политики»? Да хоть даже и Бродского. Вне политики, вне империи, вне противостояния. А где тогда?

    Все эти чудесные имена, все эти блистательные ребята — Константин Симонов, Евгений Долматовский, Борис Слуцкий — военкоры, политруки, бойцы, — они чуяли под собой, над собой, вокруг себя войну, причем не только Великую Отечественную, у них все это началось раньше, на всевозможных «аннексиях» — и собственно страну через войну познавали. Для русской литературы такое поведение было обычным. «Будет война – поеду на войну», – писал Чехов. Естественно, он поехал бы врачом, как, скажем, в свое время Константин Леонтьев. В этом смысле что-то надломилось совсем недавно: я даже толком не заметил когда. Ладно бы еще пацифисты повылезали бы отовсюду – у этих хотя бы убеждения есть, — нет, какие-то новые, удивительные существа: поэты вне политики, вне войны – ну вроде как не их царское дело обращать внимание на всякую там пулеметную трескотню. Вы можете себе вообразить Пушкина, или Блока, или Есенина, которые сказали бы о себе, что они «вне политики»? Да хоть даже и Бродского. Вне политики, вне империи, вне противостояния. А где тогда?

    — Семен Владимирович Пегов · книга
14. «

    Если долго занимаешься журналистикой, то запрещаешь себе выдумывать.

    Если долго занимаешься журналистикой, то запрещаешь себе выдумывать.

    — Роберт Кинкейд · фильм
15. «

    Журналист не сотрудник спецслужб. Более того, журналист это даже не гражданин. В первую очередь, журналист — это журналист. Он стоит над всеми другими понятиями. Потому что, если за работу берётся врач, то если к нему на операционный стол привозят врага народа, преступника, убийцу — должен ли во враче победить гражданин? Или врач должен остаться врачом, а журналист остаться журналистом?

    Журналист не сотрудник спецслужб. Более того, журналист это даже не гражданин. В первую очередь, журналист — это журналист. Он стоит над всеми другими понятиями. Потому что, если за работу берётся врач, то если к нему на операционный стол привозят врага народа, преступника, убийцу — должен ли во враче победить гражданин? Или врач должен остаться врачом, а журналист остаться журналистом?

    — Ольга Шарий (Бондаренко)
16. «

    Нельзя научить человека быть журналистом, потому что это образ жизни, это определённое внутреннее состояние. Человек должен понимать, почему, собственного говоря, он этим занимается.

    Нельзя научить человека быть журналистом, потому что это образ жизни, это определённое внутреннее состояние. Человек должен понимать, почему, собственного говоря, он этим занимается.

    — Владимир Познер
17. «

    Мы должны придумать легенду. Потому что никто никогда не рассказывает журналистам правду. Это глупо. Даже если правда интереснее, чем легенда, всё равно нужно рассказывать легенду. Потому что легенда хороша тем, что в нее верят безоговорочно.

    Мы должны придумать легенду. Потому что никто никогда не рассказывает журналистам правду. Это глупо. Даже если правда интереснее, чем легенда, всё равно нужно рассказывать легенду. Потому что легенда хороша тем, что в нее верят безоговорочно.

    — Оксана Робски · книга
18. «

    Гоняться за всевозможными слухами — это и значит быть журналистом.

    Гоняться за всевозможными слухами — это и значит быть журналистом.

    — Курашио Гозо · аниме
19. «

    Качественная журналистика не умерла. Она сменила формы и ушла с блогосферу. Там полная свобода слова и диалог автора и читателя. Там жестче критерии доверия к автору.

    Качественная журналистика не умерла. Она сменила формы и ушла с блогосферу. Там полная свобода слова и диалог автора и читателя. Там жестче критерии доверия к автору.

    — Елена Котова
20. «

    Вам должно быть известно — политики и журналисты не продаются! Впрочем, вы ещё не назвали цену...

    Вам должно быть известно — политики и журналисты не продаются! Впрочем, вы ещё не назвали цену...

    — Колюш