90 фраз про «Красивые цитаты на тему «звезды»» с глубоким смыслом

Тема «Красивые цитаты на тему «звезды»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 90 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Ааа, бананы, кокосы, ааа, апельсиновый рай. Стоит только захотеть, можно и звёзды, Стоит только захотеть с неба собрать.

   Ааа, бананы, кокосы, ааа, апельсиновый рай. Стоит только захотеть, можно и звёзды, Стоит только захотеть с неба собрать.
2. «

   Он продолжал сидеть под небесами, успевшими одуреть от звезд — звезд в таком диком изобилии, что ночь понятия не имела, что с ними со всеми делать. На самом деле имела. На самом деле, конечно, имела. Мы не понимаем звезд, мы не понимаем галактики... Ночь умнее нас — на много Эйнштейнов умнее. Итак, он продолжал сидеть под умом ночи.

   Он продолжал сидеть под небесами, успевшими одуреть от звезд — звезд в таком диком изобилии, что ночь понятия не имела, что с ними со всеми делать. На самом деле имела. На самом деле, конечно, имела. Мы не понимаем звезд, мы не понимаем галактики... Ночь умнее нас — на много Эйнштейнов умнее. Итак, он продолжал сидеть под умом ночи.

   — Мартин Эмис · книга
3. «

   How many times must a man look up Before he can see the sky? Yes, 'n' how many ears must one man have Before he can hear people cry? Yes, 'n' how many deaths will it take till he knows That too many people have died? The answer, my friend, is blowin' in the wind, The answer is blowin' in the wind.

   How many times must a man look up Before he can see the sky? Yes, 'n' how many ears must one man have Before he can hear people cry? Yes, 'n' how many deaths will it take till he knows That too many people have died? The answer, my friend, is blowin' in the wind, The answer is blowin' in the wind.
4. «

   Падающие звезды не кричат.

   Падающие звезды не кричат.

   — Лайнус ван Пельт
5. «

   Карта звездного неба вытатуирована на внутренней стороне моей кожи.

   Карта звездного неба вытатуирована на внутренней стороне моей кожи.

   — Грэм Джойс · книга
6. «

   Звёзды — это слёзы ангелов, рассыпанные по тёмному бархату небесного свода.

   Звёзды — это слёзы ангелов, рассыпанные по тёмному бархату небесного свода.

   — Елена Самойлова · книга
7. «

   Вечерняя звезда Меж туч, блуждающих во мраке ночи, Звезды неясный свет. Что океан небесный нам пророчит? Сокрыт во тьме ответ.

   Вечерняя звезда Меж туч, блуждающих во мраке ночи, Звезды неясный свет. Что океан небесный нам пророчит? Сокрыт во тьме ответ.

   — Дои Бансуй
8. «

   Звёзды только и делают, что смотрят на влюблённых людей, — оттого они так прелестны.

   Звёзды только и делают, что смотрят на влюблённых людей, — оттого они так прелестны.

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
9. «

   Любить Доктора — все равно что любить звезды. Разве кто-то ждет, что закат солнца ответит взаимностью?

   Любить Доктора — все равно что любить звезды. Разве кто-то ждет, что закат солнца ответит взаимностью?

   — Ривер Сонг · сериал
10. «

    Мир был прост — звезды во мраке. Был ли это 1947 год до нашей эры или нашей эры, внезапно потеряло всякое значение. Мы жили, и это мы ощущали со всей остротой. Мы понимали, что жизнь была полна для людей и до наступления века техники — пожалуй, во многих отношениях полнее и богаче, чем жизнь современного человека. Время и эволюция в эти мгновения переставали существовать. Все, что в жизни человека было реальным и имело значение, сегодня оставалось таким же, каким оно было когда-то и будет всегда. Мы растворялись в абсолютном всеобщем мериле истории: бесконечная беспросветная тьма под роем звезд.

    Мир был прост — звезды во мраке. Был ли это 1947 год до нашей эры или нашей эры, внезапно потеряло всякое значение. Мы жили, и это мы ощущали со всей остротой. Мы понимали, что жизнь была полна для людей и до наступления века техники — пожалуй, во многих отношениях полнее и богаче, чем жизнь современного человека. Время и эволюция в эти мгновения переставали существовать. Все, что в жизни человека было реальным и имело значение, сегодня оставалось таким же, каким оно было когда-то и будет всегда. Мы растворялись в абсолютном всеобщем мериле истории: бесконечная беспросветная тьма под роем звезд.

    — Тур Хейердал · книга
11. «

    В полночь вселенная пахнет звёздами.

    В полночь вселенная пахнет звёздами.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Звёзды падают с неба К миллиону миллион. Сколько неба и снега У Ростральных колонн!

    Звёзды падают с неба К миллиону миллион. Сколько неба и снега У Ростральных колонн!

    — Вадим Шефнер
13. «

    Если ночью выпал первый снег, пробуждаешься с чувством удивительной чудесной тишины. А выйдешь из дома — воздух и белая земля чисты, как в первый день творенья. Каждый звук: лай собаки, карканье вороны, колокольный звон — слышится удивительно ясно и остается сам по себе, как инкрустация на фоне тишины. И на девственной белизне земли первые человеческие и звериные следы, санные колеи выглядят, как заново прочерченные знаки судьбы. Цветастый головной платок, красные гусиные лапы, зеленые еловые ветки — всё цветное кажется в этой белизне происходящим из другого мира. На зимних дорогах мои собственные мысли являлись в виде мира подвижных красочных фигур, видимых мною со стороны. Когда мы маленькими детьми на нашем дворе рыли коридоры в сугробах, каким являлся мне снег звездоподобным и тёплым! А в сумерках всё тонуло в его голубизне. Это был экстаз! В более поздние годы, когда в быстром беге на лыжах или в санях сливались небо и земля, сознание расширялось. Ночью звёздочки снежинок под ногами блестели, как небесные звёзды наверху, — вас окружала пламенеющая сфера, на вас смотрели миллиарды ангельских глаз.

    Если ночью выпал первый снег, пробуждаешься с чувством удивительной чудесной тишины. А выйдешь из дома — воздух и белая земля чисты, как в первый день творенья. Каждый звук: лай собаки, карканье вороны, колокольный звон — слышится удивительно ясно и остается сам по себе, как инкрустация на фоне тишины. И на девственной белизне земли первые человеческие и звериные следы, санные колеи выглядят, как заново прочерченные знаки судьбы. Цветастый головной платок, красные гусиные лапы, зеленые еловые ветки — всё цветное кажется в этой белизне происходящим из другого мира. На зимних дорогах мои собственные мысли являлись в виде мира подвижных красочных фигур, видимых мною со стороны. Когда мы маленькими детьми на нашем дворе рыли коридоры в сугробах, каким являлся мне снег звездоподобным и тёплым! А в сумерках всё тонуло в его голубизне. Это был экстаз! В более поздние годы, когда в быстром беге на лыжах или в санях сливались небо и земля, сознание расширялось. Ночью звёздочки снежинок под ногами блестели, как небесные звёзды наверху, — вас окружала пламенеющая сфера, на вас смотрели миллиарды ангельских глаз.

    — Маргарита Сабашникова · книга
14. «

    Столько путешествуя, она открыла для себя одну удивительную вещь: ни одни огни ночного города не сравнятся с красотой огней, освещающих родную землю. И даже звёзды на небе сияют ярче там, где твой дом.

    Столько путешествуя, она открыла для себя одну удивительную вещь: ни одни огни ночного города не сравнятся с красотой огней, освещающих родную землю. И даже звёзды на небе сияют ярче там, где твой дом.
15. «

    Наверное, облака созданы для того, чтобы звезды могли играть в прятки.

    Наверное, облака созданы для того, чтобы звезды могли играть в прятки.
16. «

    С крыши, разумеется, звёзды видны лучше, чем из окон, и поэтому можно только удивляться, что так мало людей живёт на крышах.

    С крыши, разумеется, звёзды видны лучше, чем из окон, и поэтому можно только удивляться, что так мало людей живёт на крышах.

    — Астрид Линдгрен · книга
17. «

    Когда становится достаточно темно, можно увидеть звезды.

    Когда становится достаточно темно, можно увидеть звезды.

    — Персидские пословицы и поговорки
18. «

    Какое чудо, если есть Тот, кто затеплил в нашу честь Ночное множество созвездий! А если всё само собой Устроилось, тогда, друг мой, Ещё чудесней!

    Какое чудо, если есть Тот, кто затеплил в нашу честь Ночное множество созвездий! А если всё само собой Устроилось, тогда, друг мой, Ещё чудесней!

    — Александр Кушнер
19. «

    Ты пастух звезд. Твои слова — продолжение неба, клей для гаснущих светил, острые иглы, способные пригвоздить свет к упругой поверхности пространства. Движение руки, удар плети, выверенный взгляд... и как красиво, как ровно и идеально фигуры встают на свои места. Солнце — светит. Не дышит, не обжигает, не смеется в приступе безумия, не гаснет, мучительно расплескивая огонь, нет... Светит. Это его функция. Остальное — излишне. Все правильно, пастух... Так и должно быть. Но мне почему-то становится больно дышать в те ночи, когда над моей головой отголосками чего-то дальнего, давнего, забытого, но очень важного, перестают падать звезды...

    Ты пастух звезд. Твои слова — продолжение неба, клей для гаснущих светил, острые иглы, способные пригвоздить свет к упругой поверхности пространства. Движение руки, удар плети, выверенный взгляд... и как красиво, как ровно и идеально фигуры встают на свои места. Солнце — светит. Не дышит, не обжигает, не смеется в приступе безумия, не гаснет, мучительно расплескивая огонь, нет... Светит. Это его функция. Остальное — излишне. Все правильно, пастух... Так и должно быть. Но мне почему-то становится больно дышать в те ночи, когда над моей головой отголосками чего-то дальнего, давнего, забытого, но очень важного, перестают падать звезды...

    — Аль Квотион · книга
20. «

    Она вымоет кисть, подсушит лист… На рисунке – россыпь из звёзд. Отдохнула? Наплакалась? Соберись! Не откладывай свой вопрос, Раскопай, на ладонь положи печаль, Её выслушай, рассмотри. К другу старому на денёк поезжай, Выспись крепко, себя встряхни. Душу выбели, сердцу верни покой, У природы выпроси сил, Чтоб никто не смог заразить тоской, О чём бы он ни спросил.

    Она вымоет кисть, подсушит лист… На рисунке – россыпь из звёзд. Отдохнула? Наплакалась? Соберись! Не откладывай свой вопрос, Раскопай, на ладонь положи печаль, Её выслушай, рассмотри. К другу старому на денёк поезжай, Выспись крепко, себя встряхни. Душу выбели, сердцу верни покой, У природы выпроси сил, Чтоб никто не смог заразить тоской, О чём бы он ни спросил.