Подборка: 235 цитат Александра Александровича Блока

Ниже 235 цитат Александра Александровича Блока — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Так береги остаток чувства, Храни хоть творческую ложь: Лишь в лёгком челноке искусства От скуки мира уплывёшь.

   Так береги остаток чувства, Храни хоть творческую ложь: Лишь в лёгком челноке искусства От скуки мира уплывёшь.
2. «

   Покой нам только снится.

   Покой нам только снится.
3. «

   Не уходи. Побудь со мною, Я так давно тебя люблю. Дым от костра струею сизой Струится в сумрак, в сумрак дня. Лишь бархат алый алой ризой, Лишь свет зари — покрыл меня. Всё, всё обман, седым туманом Ползёт печаль угрюмых мест. И ель крестом, крестом багряным Кладет на даль воздушный крест… Подруга, на вечернем пире, Помедли здесь, побудь со мной. Забудь, забудь о страшном мире, Вздохни небесной глубиной. Смотри с печальною усладой, Как в свет зари вползает дым. Я огражу тебя оградой - Кольцом из рук, кольцом стальным. Я огражу тебя оградой - Кольцом живым, кольцом из рук. И нам, как дым, струиться надо Седым туманом — в алый круг.

   Не уходи. Побудь со мною, Я так давно тебя люблю. Дым от костра струею сизой Струится в сумрак, в сумрак дня. Лишь бархат алый алой ризой, Лишь свет зари — покрыл меня. Всё, всё обман, седым туманом Ползёт печаль угрюмых мест. И ель крестом, крестом багряным Кладет на даль воздушный крест… Подруга, на вечернем пире, Помедли здесь, побудь со мной. Забудь, забудь о страшном мире, Вздохни небесной глубиной. Смотри с печальною усладой, Как в свет зари вползает дым. Я огражу тебя оградой - Кольцом из рук, кольцом стальным. Я огражу тебя оградой - Кольцом живым, кольцом из рук. И нам, как дым, струиться надо Седым туманом — в алый круг.
4. «

   О, нет! не расколдуешь сердца ты Ни лестию, ни красотой, ни словом. Я буду для тебя чужим и новым, Всё призрак, всё мертвец, в лучах мечты.

   О, нет! не расколдуешь сердца ты Ни лестию, ни красотой, ни словом. Я буду для тебя чужим и новым, Всё призрак, всё мертвец, в лучах мечты.
5. «

   Зима была страшно тяжелая. Я чувствую, как весеннее солнце лечит какую-то глубокую, долго не заживавшую рану в душе. Иногда бывает восторженно, как в ранней юности. Я чувствую, что у меня опять станет свежей душа.

   Зима была страшно тяжелая. Я чувствую, как весеннее солнце лечит какую-то глубокую, долго не заживавшую рану в душе. Иногда бывает восторженно, как в ранней юности. Я чувствую, что у меня опять станет свежей душа.
6. «

   В стороне чужой и темной Как ты вспомнишь обо мне? О моей любови скромной Закручинишься ль во сне?

   В стороне чужой и темной Как ты вспомнишь обо мне? О моей любови скромной Закручинишься ль во сне?
7. «

   Последние лучи заката Лежат на поле сжатой ржи. Дремотой розовой объята Трава некошенной межи.

   Последние лучи заката Лежат на поле сжатой ржи. Дремотой розовой объята Трава некошенной межи.
8. «

   Небесное умом неизмеримо, Лазурное сокрыто от умов. Лишь изредка приносят серафимы Священный сон избранникам миров.

   Небесное умом неизмеримо, Лазурное сокрыто от умов. Лишь изредка приносят серафимы Священный сон избранникам миров.
9. «

   Пусть рассвет глядит нам в очи, Соловей поет ночной, Пусть хоть раз во мраке ночи Обовью твой стан рукой.

   Пусть рассвет глядит нам в очи, Соловей поет ночной, Пусть хоть раз во мраке ночи Обовью твой стан рукой.
10. «

    Несчастны мы все, что наша родная земля приготовила нам такую почву – для злобы и ссоры друг с другом. Все живём за китайскими стенами, полупрезирая друг друга, а единственный общий враг наш – российская государственность, церковность, кабаки, казна и чиновники – не показывают своего лица, а натравляют нас друг на друга.

    Несчастны мы все, что наша родная земля приготовила нам такую почву – для злобы и ссоры друг с другом. Все живём за китайскими стенами, полупрезирая друг друга, а единственный общий враг наш – российская государственность, церковность, кабаки, казна и чиновники – не показывают своего лица, а натравляют нас друг на друга.
11. «

    В большинстве случаев люди живут настоящим, то есть ничем не живут, а так – существуют. Жить можно только будущим.

    В большинстве случаев люди живут настоящим, то есть ничем не живут, а так – существуют. Жить можно только будущим.
12. «

    Как день, светла, но непонятна, Вся — явь, но — как обрывок сна, Она приходит с речью внятной, И вслед за ней — всегда весна.

    Как день, светла, но непонятна, Вся — явь, но — как обрывок сна, Она приходит с речью внятной, И вслед за ней — всегда весна.
13. «

    И стало всё равно, какие Лобзать уста, ласкать плеча, В какие улицы глухие Гнать удалого лихача...

    И стало всё равно, какие Лобзать уста, ласкать плеча, В какие улицы глухие Гнать удалого лихача...
14. «

    Ты не встретишь участья у бедных зверей Называвшихся прежде людьми.

    Ты не встретишь участья у бедных зверей Называвшихся прежде людьми.
15. «

    Или счастие вправду неверно и быстро? Или вправду я слаб уже, болен и стар? Нет! В золе еще бродят последние искры, Есть огонь, чтобы вспыхнул пожар!

    Или счастие вправду неверно и быстро? Или вправду я слаб уже, болен и стар? Нет! В золе еще бродят последние искры, Есть огонь, чтобы вспыхнул пожар!
16. «

    Когда я уйду на покой от времен, Уйду от хулы и похвал, Ты вспомни ту нежность, тот ласковый сон, Которым я цвел и дышал.

    Когда я уйду на покой от времен, Уйду от хулы и похвал, Ты вспомни ту нежность, тот ласковый сон, Которым я цвел и дышал.
17. «

    И вновь — порывы юных лет, И взрывы сил, и крайность мнений... Но счастья не было — и нет. Хоть в этом больше нет сомнений!

    И вновь — порывы юных лет, И взрывы сил, и крайность мнений... Но счастья не было — и нет. Хоть в этом больше нет сомнений!
18. «

    Был на свете самый чистый и светлый праздник. Он был воспоминанием о золотом веке, высшей точкой того чувства, которое теперь уже на исходе, – чувства домашнего очага. Праздник Рождества был светел в русских семьях, как ёлочные свечки, и чист, как смола. На первом плане было большое зелёное дерево и весёлые дети; даже взрослые, не умудрённые весельем, меньше скучали, ютясь около стен. И всё плясало – и дети, и догорающие огоньки свечек.

    Был на свете самый чистый и светлый праздник. Он был воспоминанием о золотом веке, высшей точкой того чувства, которое теперь уже на исходе, – чувства домашнего очага. Праздник Рождества был светел в русских семьях, как ёлочные свечки, и чист, как смола. На первом плане было большое зелёное дерево и весёлые дети; даже взрослые, не умудрённые весельем, меньше скучали, ютясь около стен. И всё плясало – и дети, и догорающие огоньки свечек.

    — Безвременье · книга
19. «

    В подушках, в кресле, на диване Живут стыдливые слова.

    В подушках, в кресле, на диване Живут стыдливые слова.
20. «

    Вот небо сжалилось — и снег Глушит трескучей жизни бег, Несет свое очарованье... Он вьется, стелется, шуршит, Он — тихий, вечный и старинный...

    Вот небо сжалилось — и снег Глушит трескучей жизни бег, Несет свое очарованье... Он вьется, стелется, шуршит, Он — тихий, вечный и старинный...

    — Возмездие · книга