292 афоризмов Александра Александровича Блока

Ниже 292 цитаты Александра Александровича Блока — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Сознание того, что чудесное было рядом с нами, приходит слишком поздно.

   Сознание того, что чудесное было рядом с нами, приходит слишком поздно.
2. «

   О да, любовь вольна, как птица, Да, всё равно — я твой! Да, всё равно мне будет сниться Твой стан, твой огневой!

   О да, любовь вольна, как птица, Да, всё равно — я твой! Да, всё равно мне будет сниться Твой стан, твой огневой!
3. «

   Только правда, как бы она ни была тяжела, — легка.

   Только правда, как бы она ни была тяжела, — легка.
4. «

   Только то, что было исповедью писателя, только то создание, в котором он сжег себя дотла, — для того ли, чтобы родиться для новых созданий, или для того, чтобы умереть, — только оно может стать великим.

   Только то, что было исповедью писателя, только то создание, в котором он сжег себя дотла, — для того ли, чтобы родиться для новых созданий, или для того, чтобы умереть, — только оно может стать великим.
5. «

   Рукавом моих метелей Задушу. Серебром моих веселий Оглушу.

   Рукавом моих метелей Задушу. Серебром моих веселий Оглушу.
6. «

   Ты, знающая дальней цели Путеводительный маяк, Простишь ли мне мои метели, Мой бред, поэзию и мрак.

   Ты, знающая дальней цели Путеводительный маяк, Простишь ли мне мои метели, Мой бред, поэзию и мрак.
7. «

   Пахнет войной, т. е. гнилью и разложением.

   Пахнет войной, т. е. гнилью и разложением.
8. «

   Снежная мгла взвилась Легли сугробы кругом. Да. Я с тобой незнаком. Ты — стихов моих пленная вязь.

   Снежная мгла взвилась Легли сугробы кругом. Да. Я с тобой незнаком. Ты — стихов моих пленная вязь.
9. «

   Чтобы изобразить человека, надо полюбить его — узнать. Грибоедов любил Фамусова, уверен, что временами — больше, чем Чацкого. Гоголь любил Хлестакова и Чичикова, Чичикова — особенно. Пришли Белинские и сказали, что Грибоедов и Гоголь «осмеяли». — Отсюда — начало порчи русского сознания, понятия об искусстве — вплоть до мелочи — полного убийства вкуса.

   Чтобы изобразить человека, надо полюбить его — узнать. Грибоедов любил Фамусова, уверен, что временами — больше, чем Чацкого. Гоголь любил Хлестакова и Чичикова, Чичикова — особенно. Пришли Белинские и сказали, что Грибоедов и Гоголь «осмеяли». — Отсюда — начало порчи русского сознания, понятия об искусстве — вплоть до мелочи — полного убийства вкуса.
10. «

    …покой и волю тоже отнимают. Не внешний покой, а творческий. Не ребяческую волю, не свободу либеральничать, а творческую волю — тайную свободу. И поэт умирает, потому что дышать ему уже нечем: жизнь для него потеряла смысл.

    …покой и волю тоже отнимают. Не внешний покой, а творческий. Не ребяческую волю, не свободу либеральничать, а творческую волю — тайную свободу. И поэт умирает, потому что дышать ему уже нечем: жизнь для него потеряла смысл.
11. «

    Русь моя, жизнь моя, вместе ль нам маяться? Царь, да Сибирь, да Ермак, да тюрьма! Эх, не пора ль разлучиться, раскаяться... Вольному сердцу на что твоя тьма?

    Русь моя, жизнь моя, вместе ль нам маяться? Царь, да Сибирь, да Ермак, да тюрьма! Эх, не пора ль разлучиться, раскаяться... Вольному сердцу на что твоя тьма?
12. «

    Я, не спеша, собрал бесстрастно Воспоминанья и дела; И стало беспощадно ясно: Жизнь прошумела и ушла.

    Я, не спеша, собрал бесстрастно Воспоминанья и дела; И стало беспощадно ясно: Жизнь прошумела и ушла.
13. «

    В кабаках, в переулках, в извивах, В электрическом сне наяву Я искал бесконечно красивых И бессмертно влюбленных в молву.

    В кабаках, в переулках, в извивах, В электрическом сне наяву Я искал бесконечно красивых И бессмертно влюбленных в молву.
14. «

    Мне бесконечно легче уйти от любого человека, чем прийти к нему. Уйти я могу в одно мгновение, подходить мне надо очень долго и мучительно.

    Мне бесконечно легче уйти от любого человека, чем прийти к нему. Уйти я могу в одно мгновение, подходить мне надо очень долго и мучительно.
15. «

    Зима подкралась незаметно, И с первым снегом со двора Ты унесла весь пыл заветный, Которым жили мы вчера.

    Зима подкралась незаметно, И с первым снегом со двора Ты унесла весь пыл заветный, Которым жили мы вчера.
16. «

    О, весна без конца и без краю — Без конца и без краю мечта! Узнаю тебя, жизнь! Принимаю! И приветствую звоном щита!

    О, весна без конца и без краю — Без конца и без краю мечта! Узнаю тебя, жизнь! Принимаю! И приветствую звоном щита!
17. «

    Всё на земле умрет — и мать, и младость, Жена изменит, и покинет друг. Но ты учись вкушать иную сладость. Глядясь в холодный и полярный круг.

    Всё на земле умрет — и мать, и младость, Жена изменит, и покинет друг. Но ты учись вкушать иную сладость. Глядясь в холодный и полярный круг.
18. «

    Ночь, улица, фонарь, аптека, Бессмысленный и тусклый свет. Живи ещё хоть четверть века — Всё будет так. Исхода нет.

    Ночь, улица, фонарь, аптека, Бессмысленный и тусклый свет. Живи ещё хоть четверть века — Всё будет так. Исхода нет.
19. «

    Я медленно сходил с ума У две́ри той, которой жажду. Весенний день сменяла тьма И только разжигала жажду.

    Я медленно сходил с ума У две́ри той, которой жажду. Весенний день сменяла тьма И только разжигала жажду.
20. «

    Стоит буржуй, как пёс голодный, Стоит безмолвный, как вопрос. И старый мир, как пёс безродный, Стоит за ним, поджавши хвост.

    Стоит буржуй, как пёс голодный, Стоит безмолвный, как вопрос. И старый мир, как пёс безродный, Стоит за ним, поджавши хвост.