296 фраз Александра Александровича Блока для статуса

Ниже 296 цитат Александра Александровича Блока — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Что делать! Изверившись в счастье, От смеху мы сходим с ума И, пьяные, с улицы смотрим, Как рушатся наши дома!

   Что делать! Изверившись в счастье, От смеху мы сходим с ума И, пьяные, с улицы смотрим, Как рушатся наши дома!
2. «

   Зачем в моей стесненной груди Так много боли и тоски? И так не нужны маяки, И так давно постыли люди, Уныло ждущие Христа... Лишь дьявола они находят...

   Зачем в моей стесненной груди Так много боли и тоски? И так не нужны маяки, И так давно постыли люди, Уныло ждущие Христа... Лишь дьявола они находят...
3. «

   Зима подкралась незаметно, И с первым снегом со двора Ты унесла весь пыл заветный, Которым жили мы вчера.

   Зима подкралась незаметно, И с первым снегом со двора Ты унесла весь пыл заветный, Которым жили мы вчера.
4. «

   Грешить бесстыдно, непробудно, Счет потерять ночам и дням, И, с головой от хмеля трудной, Пройти сторонкой в божий храм.

   Грешить бесстыдно, непробудно, Счет потерять ночам и дням, И, с головой от хмеля трудной, Пройти сторонкой в божий храм.
5. «

   Сердце простых русских людей – тоже легенда, оно само творит жизнь.

   Сердце простых русских людей – тоже легенда, оно само творит жизнь.

   — Девушка розовой калитки и муравьиный царь · книга
6. «

   Старые снятся минуты, Старые снятся года... Видно уж так навсегда Думы тобою замкнуты!

   Старые снятся минуты, Старые снятся года... Видно уж так навсегда Думы тобою замкнуты!
7. «

   Я ухо приложил к земле. Я муки криком не нарушу. Ты слишком хриплым стоном душу Бессмертную томишь во мгле! Эй, встань и загорись и жги! Эй, подними свой верный молот, Чтоб молнией живой расколот Был мрак, где не видать ни зги.

   Я ухо приложил к земле. Я муки криком не нарушу. Ты слишком хриплым стоном душу Бессмертную томишь во мгле! Эй, встань и загорись и жги! Эй, подними свой верный молот, Чтоб молнией живой расколот Был мрак, где не видать ни зги.
8. «

   Гуляет ветер, порхает снег. Идут двенадцать человек.

   Гуляет ветер, порхает снег. Идут двенадцать человек.

   — Двенадцать · книга
9. «

   Мы, всё равно, не можем сохранить Неумирающего счастья!

   Мы, всё равно, не можем сохранить Неумирающего счастья!
10. «

    Вся жизнь, ненужно изжитая, Пытала, унижала, жгла...

    Вся жизнь, ненужно изжитая, Пытала, унижала, жгла...
11. «

    Ты перед ним — что стебель гибкий, Он пред тобой — что лютый зверь. Не соблазняй его улыбкой, Молчи, когда стучится в дверь. А если он ворвется силой, За дверью стань и стереги: Успеешь — в горнице немилой Сухие стены подожги. А если близок час позорный, Ты повернись лицом к углу, Свяжи узлом платок свой черный И в чёрный узел спрячь иглу. И пусть игла твоя вонзится В ладони грубые, когда В его руках ты будешь биться, Крича от боли и стыда... И пусть в угаре страсти грубой Он не запомнит, сгоряча, Твои оттиснутые зубы Глубоким шрамом вдоль плеча!

    Ты перед ним — что стебель гибкий, Он пред тобой — что лютый зверь. Не соблазняй его улыбкой, Молчи, когда стучится в дверь. А если он ворвется силой, За дверью стань и стереги: Успеешь — в горнице немилой Сухие стены подожги. А если близок час позорный, Ты повернись лицом к углу, Свяжи узлом платок свой черный И в чёрный узел спрячь иглу. И пусть игла твоя вонзится В ладони грубые, когда В его руках ты будешь биться, Крича от боли и стыда... И пусть в угаре страсти грубой Он не запомнит, сгоряча, Твои оттиснутые зубы Глубоким шрамом вдоль плеча!
12. «

    По улицам метель метёт, Свивается, шатается. Мне кто-то руку подаёт И кто-то улыбается.

    По улицам метель метёт, Свивается, шатается. Мне кто-то руку подаёт И кто-то улыбается.
13. «

    Земное сердце стынет вновь, Но стужу я встречаю грудью. Храню я к людям на безлюдьи Неразделенную любовь.

    Земное сердце стынет вновь, Но стужу я встречаю грудью. Храню я к людям на безлюдьи Неразделенную любовь.
14. «

    Вчера, ночью и утром — стыд за себя, за лень, за мое невежество в том числе.

    Вчера, ночью и утром — стыд за себя, за лень, за мое невежество в том числе.
15. «

    Я никогда не мечтал о чуде — И вы успокойтесь — и забудьте про него.

    Я никогда не мечтал о чуде — И вы успокойтесь — и забудьте про него.
16. «

    Как океан меняет цвет, Когда в нагроможденной туче Вдруг полыхнет мигнувший свет, - Так сердце под грозой певучей Меняет строй, боясь вздохнуть, И кровь бросается в ланиты, И слезы счастья душат грудь, Перед явленьем Карменситы.

    Как океан меняет цвет, Когда в нагроможденной туче Вдруг полыхнет мигнувший свет, - Так сердце под грозой певучей Меняет строй, боясь вздохнуть, И кровь бросается в ланиты, И слезы счастья душат грудь, Перед явленьем Карменситы.
17. «

    Как день, светла, но непонятна, Вся — явь, но — как обрывок сна, Она приходит с речью внятной, И вслед за ней — всегда весна.

    Как день, светла, но непонятна, Вся — явь, но — как обрывок сна, Она приходит с речью внятной, И вслед за ней — всегда весна.
18. «

    И встречаю тебя у порога — С буйным ветром в змеиных кудрях, С неразгаданным именем бога На холодных и сжатых губах...

    И встречаю тебя у порога — С буйным ветром в змеиных кудрях, С неразгаданным именем бога На холодных и сжатых губах...
19. «

    Душевная грязь изобличается прежде всего тем, что во Франции не существует мужчин и женщин. Французская женщина — существо, не внушающее никаких чувств, кроме брезгливости — и то в том случае, если она очень красива и изящно одета.

    Душевная грязь изобличается прежде всего тем, что во Франции не существует мужчин и женщин. Французская женщина — существо, не внушающее никаких чувств, кроме брезгливости — и то в том случае, если она очень красива и изящно одета.
20. «

    Поэт в изгнаньи и в сомненьи На перепутьи двух дорог. Ночные гаснут впечатленья. Восход и бледен и далек.

    Поэт в изгнаньи и в сомненьи На перепутьи двух дорог. Ночные гаснут впечатленья. Восход и бледен и далек.