Александр Дюма — 185 цитат с глубоким смыслом

Подборка из 185 цитат Александра Дюмы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Что предлагается от чистого сердца, надо принимать с чистым сердцем.

   Что предлагается от чистого сердца, надо принимать с чистым сердцем.

   — Атос · книга
2. «

   Время, милый друг, время доставит удобный случай, а случай дает человеку двойные шансы на выигрыш: чем больше вы поставили, тем больше выйграете, если только умеете ждать.

   Время, милый друг, время доставит удобный случай, а случай дает человеку двойные шансы на выигрыш: чем больше вы поставили, тем больше выйграете, если только умеете ждать.

   — Атос · книга
3. «

   Любовь из всех видов страсти — самая эгоистичная.

   Любовь из всех видов страсти — самая эгоистичная.

   — Три мушкетёра · книга
4. «

   Бывают часы, которые длятся годы...

   Бывают часы, которые длятся годы...

   — Три мушкетёра · книга
5. «

   Дипломатии, знаете, нельзя выучиться, – для этого нужно чутье.

   Дипломатии, знаете, нельзя выучиться, – для этого нужно чутье.

   — Эдмон Дантес (Граф Монте-Кристо) · книга
6. «

   Черт возьми, не выводите из моих слов ничего другого, кроме того, что я в них вкладываю, и не придавайте им такого значения, какого у них нет!

   Черт возьми, не выводите из моих слов ничего другого, кроме того, что я в них вкладываю, и не придавайте им такого значения, какого у них нет!

   — Бошан · книга
7. «

   В их обществе я бы умер от скуки, не будь там меня.

   В их обществе я бы умер от скуки, не будь там меня.
8. «

   Он говорил себе, что ненависть людей, а не божия кара ввергла его в пропасть; он предавал этих неизвестных ему людей всем казням, какие только могло изобрести его пламенное воображение, и находил их слишком милостивыми и, главное, недостаточно продолжительными: ибо после казни наступает смерть, а в смерти – если не покой, то по крайней мере бесчувствие, похожее на покой.

   Он говорил себе, что ненависть людей, а не божия кара ввергла его в пропасть; он предавал этих неизвестных ему людей всем казням, какие только могло изобрести его пламенное воображение, и находил их слишком милостивыми и, главное, недостаточно продолжительными: ибо после казни наступает смерть, а в смерти – если не покой, то по крайней мере бесчувствие, похожее на покой.

   — Граф Монте-Кристо · книга
9. «

   История — это гвоздь, на который я вешаю свою картину.

   История — это гвоздь, на который я вешаю свою картину.
10. «

    Во время нервного кризиса, после таких великих потрясений, люди ревниво относятся к своей душевной боли, как скупец к своим сокровищам, и полагают врагом всякого, кто попытается отнять у них малейшую частицу.

    Во время нервного кризиса, после таких великих потрясений, люди ревниво относятся к своей душевной боли, как скупец к своим сокровищам, и полагают врагом всякого, кто попытается отнять у них малейшую частицу.

    — Королева Марго · книга
11. «

    Редко случается, чтобы то, чего пламенно желаешь, столь же пламенно не оберегали другие люди.

    Редко случается, чтобы то, чего пламенно желаешь, столь же пламенно не оберегали другие люди.

    — Вильфор · книга
12. «

    Независимость заменяет свободу.

    Независимость заменяет свободу.

    — Граф Монте-Кристо · книга
13. «

    От графа Монте-Кристо может чего-нибудь требовать только граф Монте-Кристо.

    От графа Монте-Кристо может чего-нибудь требовать только граф Монте-Кристо.

    — Граф Монте-Кристо · книга
14. «

    Ей подумалось, что дружба схожа с цветами, если ее питать своими чувствами, то сердце от этого расцветает, потом какой-нибудь каприз или несчастье срезает эту дружбу на корню, и бедное сердце, жившее этим, сжимается, изнемогающее и увядшее.

    Ей подумалось, что дружба схожа с цветами, если ее питать своими чувствами, то сердце от этого расцветает, потом какой-нибудь каприз или несчастье срезает эту дружбу на корню, и бедное сердце, жившее этим, сжимается, изнемогающее и увядшее.

    — Женевьева Диксмер · книга
15. «

    У каждого человека есть своя страсть, грызущая ему сердце, как у каждого плода есть свой червь.

    У каждого человека есть своя страсть, грызущая ему сердце, как у каждого плода есть свой червь.

    — Граф Монте-Кристо · книга
16. «

    Злословие и клевета не имели бы такой силы, если бы глупость не пролагала им пути.

    Злословие и клевета не имели бы такой силы, если бы глупость не пролагала им пути.
17. «

    Как раз в тот миг, когда находишься в самом низу, колесо поворачивается и подымает тебя вверх.

    Как раз в тот миг, когда находишься в самом низу, колесо поворачивается и подымает тебя вверх.

    — Двадцать лет спустя · книга
18. «

    – Смотрите, – сказал граф, схватив молодых людей за руки, – смотрите, ибо клянусь вам, на это стоит посмотреть: вот человек, который покорился судьбе, который шёл на плаху, который готов был умереть, как трус, правда, но без сопротивления и жалоб. Знаете, что придавало ему силы? Что утешало его? Знаете, почему он покорно ждал казни? Потому, что другой также терзался; потому, что другой также должен был умереть; потому, что другой должен был умереть раньше него! Поведите закалывать двух баранов, поведите двух быков на убой и дайте понять одному из них, что его товарищ не умрёт; баран заблеет от радости, бык замычит от счастья, а человек, созданный по образу и подобию божию, человек, которому бог заповедовал, как первейший, единственный, высший закон – любовь к ближнему, человек, которому бог дал язык, чтобы выражать свои мысли, – каков будет его первый крик, когда он узнает, что его товарищ спасён? Проклятие. Хвала человеку, венцу природы, царю творения!

    – Смотрите, – сказал граф, схватив молодых людей за руки, – смотрите, ибо клянусь вам, на это стоит посмотреть: вот человек, который покорился судьбе, который шёл на плаху, который готов был умереть, как трус, правда, но без сопротивления и жалоб. Знаете, что придавало ему силы? Что утешало его? Знаете, почему он покорно ждал казни? Потому, что другой также терзался; потому, что другой также должен был умереть; потому, что другой должен был умереть раньше него! Поведите закалывать двух баранов, поведите двух быков на убой и дайте понять одному из них, что его товарищ не умрёт; баран заблеет от радости, бык замычит от счастья, а человек, созданный по образу и подобию божию, человек, которому бог заповедовал, как первейший, единственный, высший закон – любовь к ближнему, человек, которому бог дал язык, чтобы выражать свои мысли, – каков будет его первый крик, когда он узнает, что его товарищ спасён? Проклятие. Хвала человеку, венцу природы, царю творения!

    — Граф Монте-Кристо · книга
19. «

    Поклянемся, что бы ни случилось, вечно сохранять дружбу. И пусть эта клятва свяжет не только нас, но и наших потомков.

    Поклянемся, что бы ни случилось, вечно сохранять дружбу. И пусть эта клятва свяжет не только нас, но и наших потомков.

    — Атос · книга
20. «

    Если бы мое сердце не окаменело, как бы оно вынесло бы все удары, которые я испытал?

    Если бы мое сердце не окаменело, как бы оно вынесло бы все удары, которые я испытал?

    — Вильфор · книга