28 сентября 2026, понедельник
Раздел

Александр Дюма. Двадцать лет спустя

15 цитат

1648 год. Пять лет минуло со смерти Красного сфинкса — грозного и мудрого кардинала Ришелье. При жизни его ненавидели, но теперь ослабевшей Франции его вдруг стало сильно не хватать. Пять лет назад началась Английская революция, и, похоже, ее тектонические сдвиги поползли через Ла-Манш. Кардинал Мазарини, ученик и наследник дела Ришелье, на грани нервного срыва. Основание Франции пошатнулось! Враг повсюду — он и в хижинах, и во дворцах! Неужели вокруг не осталось людей, которым можно доверять? Кто же спасет юного короля и его первого министра?! В очередной том иллюстрированного собрания сочинений Александра Дюма входит первая часть романа "Двадцать лет спустя" — блистательное продолжение саги о мушкетерах, чья дружба с каждым томом подвергается все более страшным испытаниям.

Как раз в тот миг, когда находишься в самом низу, колесо поворачивается и подымает тебя вверх.
Полёт воображения – полёт ангелов и молний. Оно переносит нас через моря, где мы чуть было не погибли, через мрак, в котором исчезли наши иллюзии, через бездну, поглотившую наше счастье.
Поклянемся, что бы ни случилось, вечно сохранять дружбу. И пусть эта клятва свяжет не только нас, но и наших потомков.
— Атос · книга
Вот на что я надеялся, вот чего я ждал от таких сердец, как ваши. Да, я уже сказал и повторю еще раз: судьбы наши связаны нерушимо, хотя пути наши и разошлись. Я уважаю ваши взгляды, д'Артаньян, я уважаю ваши убеждения, Портос. Хоть мы сражаемся за противоположные цели, — останемся друзьями!
— Атос · книга
Ничто так не убеждает нас, как глубокая вера другого человека. Она влияет даже на людей не верующих.
Народ — это взрослый ребёнок, которого надо только приласкать, и он будет нем, тих и кроток, как ягнёнок.
— Д'Артаньян · книга
Урбан Грандье был не колдун, а учёный – это совсем другое дело. Урбан Грандье будущего не предсказывал. Он знал прошлое, а это иной раз бывает гораздо хуже.
Скажите, — подумал Мазарини, — какое кроткое лицо! Уж не пришла ли она занять у меня денег?
Ах, этот Д'Артаньян! – заметил Арамис. – Он так похож на парламентскую оппозицию, которая говорит «нет», а делает «да»
— Арамис · книга
В благородных сердцах дружба пускает глубокие корни. Поверьте, только злой человек может отрицать дружбу, и лишь потому, что он ее не понимает.
— Атос · книга
Канун битвы — важный и торжественный момент даже для старых содат, а тем более для молодых людей, которым предстояло впервые увидеть это грандиозное зрелище. Накануне битвы думается о тысяче вещей, которые до того были забыты, а теперь приходят на память. Накануне битвы люди, до тех пор равнодушные, становятся друзьями, а друзья — почти братьями.