196 лучших фраз Александра Дюмы

Подборка из 196 цитат Александра Дюмы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Труп врага всегда пахнет хорошо.

   Труп врага всегда пахнет хорошо.

   — название главы · книга
2. «

   Друзей не только угощают вином; иной раз им ещё мешают наглотаться воды.

   Друзей не только угощают вином; иной раз им ещё мешают наглотаться воды.

   — Граф Монте-Кристо · книга
3. «

   Знаете пословицу: «Кому не везет в игре, тому везет в любви»? Вам слишком везет в любви, чтобы игра не мстила вам за это.

   Знаете пословицу: «Кому не везет в игре, тому везет в любви»? Вам слишком везет в любви, чтобы игра не мстила вам за это.

   — Д'Артаньян · книга
4. «

   Ты влюблен, так и действуй, как влюбленный; я же честолюбив и, как честолюбец, думаю, что жизнь дороже поцелуя женщины.

   Ты влюблен, так и действуй, как влюбленный; я же честолюбив и, как честолюбец, думаю, что жизнь дороже поцелуя женщины.

   — Аннибал де Коконнас · книга
5. «

   Нет ничего, что не продавалось бы, когда умеешь предложить нужную цену.

   Нет ничего, что не продавалось бы, когда умеешь предложить нужную цену.

   — Эдмон Дантес (Граф Монте-Кристо) · книга
6. «

   Ну, не следует и преувеличивать, — сказал Монте-Кристо, — желая избежать ошибки, можно сделать глупость.

   Ну, не следует и преувеличивать, — сказал Монте-Кристо, — желая избежать ошибки, можно сделать глупость.

   — Граф Монте-Кристо · книга
7. «

   Для королевы ты лишь прихоть, а королева для тебя — одна мечта, не больше.

   Для королевы ты лишь прихоть, а королева для тебя — одна мечта, не больше.

   — Аннибал де Коконнас · книга
8. «

   Что для меня смерть? Чуть больше покоя, чуть больше тишины. Нет, мне не жаль жизни, я сожалею о крушении моих замыслов, так медленно зревших, так тщательно воздвигавшихся.

   Что для меня смерть? Чуть больше покоя, чуть больше тишины. Нет, мне не жаль жизни, я сожалею о крушении моих замыслов, так медленно зревших, так тщательно воздвигавшихся.

   — Эдмон Дантес (Граф Монте-Кристо) · книга
9. «

   Кто сам ненавидит, тот не ошибается в чужом чувстве.

   Кто сам ненавидит, тот не ошибается в чужом чувстве.

   — Фернан · книга
10. «

    Смеётся над конём тот, кто не осмелился смеяться над его хозяином!

    Смеётся над конём тот, кто не осмелился смеяться над его хозяином!

    — Д'Артаньян · книга
11. «

    Силы вырастают в борьбе.

    Силы вырастают в борьбе.

    — Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя · книга
12. «

    Роза принадлежала к числу тех женщин, которые из-за пустяка легко падают духом, но которые полны сил перед лицом большого несчастья и в самом же несчастье черпают энергию, чтобы побороть его.

    Роза принадлежала к числу тех женщин, которые из-за пустяка легко падают духом, но которые полны сил перед лицом большого несчастья и в самом же несчастье черпают энергию, чтобы побороть его.

    — Чёрный тюльпан · книга
13. «

    Счастье похоже на сказочные дворцы, двери которых стерегут драконы. Надобно бороться, чтобы овладеть ими.

    Счастье похоже на сказочные дворцы, двери которых стерегут драконы. Надобно бороться, чтобы овладеть ими.

    — Эдмон Дантес (Граф Монте-Кристо) · книга
14. «

    Побаиваюсь я этих смертных приговоров при закрытых дверях в крепости, да еще со стороны таких противных рож, как те, что сидели перед нами.

    Побаиваюсь я этих смертных приговоров при закрытых дверях в крепости, да еще со стороны таких противных рож, как те, что сидели перед нами.

    — Аннибал де Коконнас · книга
15. «

    Всякое великое горе внушает уважение.

    Всякое великое горе внушает уважение.

    — Александр Дюма · книга
16. «

    Я не принадлежу ни к одной стране, не ищу защиты ни у одного правительства, ни одного человека не считаю своим братом, и потому ни одно из тех сомнений, которые связывают могущественных, и ни одно из тех препятствий, которые останавливают слабых, меня не останавливает и не связывает.

    Я не принадлежу ни к одной стране, не ищу защиты ни у одного правительства, ни одного человека не считаю своим братом, и потому ни одно из тех сомнений, которые связывают могущественных, и ни одно из тех препятствий, которые останавливают слабых, меня не останавливает и не связывает.

    — Граф Монте-Кристо · книга
17. «

    Существует особый алфавит счастья, моя прекрасная маленькая Виолетта, и заслужить звание любовника женщины — означает дойти в нём до буквы «Z». Прежде следует освоить целых двадцать четыре буквы, из которых начальной «А» является поцелуй руки.

    Существует особый алфавит счастья, моя прекрасная маленькая Виолетта, и заслужить звание любовника женщины — означает дойти в нём до буквы «Z». Прежде следует освоить целых двадцать четыре буквы, из которых начальной «А» является поцелуй руки.

    — Роман о Виолетте · книга
18. «

    К сожалению, на этом свете каждый имеет свою точку зрения, мешающую ему видеть точку зрения другого.

    К сожалению, на этом свете каждый имеет свою точку зрения, мешающую ему видеть точку зрения другого.

    — Граф Монте-Кристо · книга
19. «

    Д’Артаньян смотрел поочередно на этих двух женщин и вынужден был признать в душе, что, создавая их, природа совершила ошибку: знатной даме она дала продажную и низкую душу, а субретке — сердце герцогини.

    Д’Артаньян смотрел поочередно на этих двух женщин и вынужден был признать в душе, что, создавая их, природа совершила ошибку: знатной даме она дала продажную и низкую душу, а субретке — сердце герцогини.

    — Три мушкетёра · книга
20. «

    Он принадлежал к людям, обладающим достаточно сильной волей, чтобы на время забывать об опасности, угрожающей им вечером или на следующий день. Поборов это беспокойство, они продолжают жить своей обычной жизнью. Только время от времени сердце их щемит от этой забытой угрозы. Они вздрагивают, спрашивая себя, в чем дело, затем вспоминают то, что они забыли. «О да, — говорят они со вздохом, — это именно то».

    Он принадлежал к людям, обладающим достаточно сильной волей, чтобы на время забывать об опасности, угрожающей им вечером или на следующий день. Поборов это беспокойство, они продолжают жить своей обычной жизнью. Только время от времени сердце их щемит от этой забытой угрозы. Они вздрагивают, спрашивая себя, в чем дело, затем вспоминают то, что они забыли. «О да, — говорят они со вздохом, — это именно то».

    — Чёрный тюльпан · книга