195 цитат Александра Дюмы про любовь, время и выбор

Подборка из 195 цитат Александра Дюмы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   До того дня мир презирал меня, быть может, по ошибке, после — он возненавидел меня по заслугам.

   До того дня мир презирал меня, быть может, по ошибке, после — он возненавидел меня по заслугам.

   — Леди Гамильтон · книга
2. «

   Только мужеством — слышите ли вы, единственно мужеством! — дворянин в наши дни может пробить себе путь. Кто дрогнет хоть на мгновение, возможно, упустит случай, который именно в это мгновение ему предоставляла фортуна.

   Только мужеством — слышите ли вы, единственно мужеством! — дворянин в наши дни может пробить себе путь. Кто дрогнет хоть на мгновение, возможно, упустит случай, который именно в это мгновение ему предоставляла фортуна.

   — отец Д'Артаньяна · книга
3. «

   Народ — это голодный лев, который лижет только ту руку, что его кормит, кому бы она ни принадлежала.

   Народ — это голодный лев, который лижет только ту руку, что его кормит, кому бы она ни принадлежала.

   — Жильбер · книга
4. «

   На каких неуловимых и тончайших нитях висят подчас судьбы народа и жизнь множества людей!

   На каких неуловимых и тончайших нитях висят подчас судьбы народа и жизнь множества людей!

   — Д'Артаньян · книга
5. «

   Ключи открывают не только те двери, для которых созданы.

   Ключи открывают не только те двери, для которых созданы.

   — Королева Марго · книга
6. «

   Нет ничего более неприятного для разгневанного человека, чем когда на его гнев отвечают полным равнодушием.

   Нет ничего более неприятного для разгневанного человека, чем когда на его гнев отвечают полным равнодушием.

   — Чёрный тюльпан · книга
7. «

   Жизнь так изменчива, что надо ловить счастье, пока оно даётся в руки.

   Жизнь так изменчива, что надо ловить счастье, пока оно даётся в руки.

   — Бенедетто (Андреа Кавальканти) · книга
8. «

   Смотря по тому, приветливо или враждебно мы ее встречаем, смерть для нас либо друг, который нежно убаюкивает нас, либо недруг, который грубо вырывает нашу душу из тела.

   Смотря по тому, приветливо или враждебно мы ее встречаем, смерть для нас либо друг, который нежно убаюкивает нас, либо недруг, который грубо вырывает нашу душу из тела.

   — Граф Монте-Кристо · книга
9. «

   Вся человеческая мудрость заключается в двух словах: ждать и надеяться!

   Вся человеческая мудрость заключается в двух словах: ждать и надеяться!

   — Граф Монте-Кристо · книга
10. «

    Коконнас не боялся смерти, но это не мешало ему любить жизнь...

    Коконнас не боялся смерти, но это не мешало ему любить жизнь...

    — Королева Марго · книга
11. «

    Существуют три вида аппетита. Первый, когда испытываешь голод, непреодолимое чувство, при котором не до капризов в еде, когда даже глоток воды во рту кажется изысканной закуской. Второй вид аппетита — когда садишься за стол, не испытывая при этом чувства голода, но, отведав какое-либо отменное блюдо, понимаешь, сколь верна поговорка «Аппетит приходит во время еды». Третий же вид аппетита пробуждается при виде какого-либо изысканного кушанья, появившегося к концу трапезы, когда желудок уже полон и ваши сотрапезники без угрызения совести покинули стол.

    Существуют три вида аппетита. Первый, когда испытываешь голод, непреодолимое чувство, при котором не до капризов в еде, когда даже глоток воды во рту кажется изысканной закуской. Второй вид аппетита — когда садишься за стол, не испытывая при этом чувства голода, но, отведав какое-либо отменное блюдо, понимаешь, сколь верна поговорка «Аппетит приходит во время еды». Третий же вид аппетита пробуждается при виде какого-либо изысканного кушанья, появившегося к концу трапезы, когда желудок уже полон и ваши сотрапезники без угрызения совести покинули стол.

    — Большой кулинарный словарь · книга
12. «

    Сердце разбивается, когда, чрезмерно расширившись под теплым дуновением надежды, оно вдруг сжимается от холода реальности!

    Сердце разбивается, когда, чрезмерно расширившись под теплым дуновением надежды, оно вдруг сжимается от холода реальности!

    — Дантес · книга
13. «

    Иногда так много выстрадаешь, что имеешь право никогда не говорить: я слишком счастлив.

    Иногда так много выстрадаешь, что имеешь право никогда не говорить: я слишком счастлив.

    — Чёрный тюльпан · книга
14. «

    Безумцы и герои — два разряда глупцов, очень похожих друг на друга.

    Безумцы и герои — два разряда глупцов, очень похожих друг на друга.

    — Атос · книга
15. «

    С любовницей можно расстаться, но жена, чёрт возьми, это другое дело, с нею вы связаны навсегда вблизи или на расстоянии, безразлично.

    С любовницей можно расстаться, но жена, чёрт возьми, это другое дело, с нею вы связаны навсегда вблизи или на расстоянии, безразлично.

    — Виконт де Морсер · книга
16. «

    Слуг, как и женщин, надо уметь сразу поставить на то место, на котором желаешь их видеть.

    Слуг, как и женщин, надо уметь сразу поставить на то место, на котором желаешь их видеть.

    — Три мушкетёра · книга
17. «

    Атос был оптимистом, когда дело шло о вещах, и пессимистом, когда речь шла о людях.

    Атос был оптимистом, когда дело шло о вещах, и пессимистом, когда речь шла о людях.

    — Три мушкетёра · книга
18. «

    Любовник, увлеченный настоящим чувством, бывает счастлив лишь в то время, когда любуется или обладает предметом своей любви, но страдает, когда с ним разлучен.

    Любовник, увлеченный настоящим чувством, бывает счастлив лишь в то время, когда любуется или обладает предметом своей любви, но страдает, когда с ним разлучен.

    — Королева Марго · книга
19. «

    О, женщины, женщины! Узнаю их по романтическому воображению. Все, что окрашено тайной, чарует их...

    О, женщины, женщины! Узнаю их по романтическому воображению. Все, что окрашено тайной, чарует их...

    — Капитан де Тревиль · книга
20. «

    — Неужели мир населен только тиграми и крокодилами? — Да, но только двуногие тигры и крокодилы куда опаснее всех других.

    — Неужели мир населен только тиграми и крокодилами? — Да, но только двуногие тигры и крокодилы куда опаснее всех других.

    — Эдмон Дантес (Граф Монте-Кристо) · книга