Подборка: 342 цитаты Александра Дюмы

Подборка из 342 цитаты Александра Дюмы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Этот достойный господин — мы, разумеется, имеем в виду Атоса — был очень молчалив. Вот уже пять или шесть лет, как он жил в теснейшей дружбе с Портосом и Арамисом. За это время друзья не раз видели на его лице улыбку, но никогда не слышали его смеха. Слова его были кратки и выразительны, он говорил всегда то, что хотел сказать, и больше ничего: никаких прикрас, узоров и красот. Он говорил лишь о существенном, не касаясь подробностей.

   Этот достойный господин — мы, разумеется, имеем в виду Атоса — был очень молчалив. Вот уже пять или шесть лет, как он жил в теснейшей дружбе с Портосом и Арамисом. За это время друзья не раз видели на его лице улыбку, но никогда не слышали его смеха. Слова его были кратки и выразительны, он говорил всегда то, что хотел сказать, и больше ничего: никаких прикрас, узоров и красот. Он говорил лишь о существенном, не касаясь подробностей.

   — Три мушкетёра · книга
2. «

   Отсюда явствует, что истинной ставкой в этой партии, которую два могущественнейших королевства разыгрывали по прихоти двух влюбленных, служил один благосклонный взгляд Анны Австрийской.

   Отсюда явствует, что истинной ставкой в этой партии, которую два могущественнейших королевства разыгрывали по прихоти двух влюбленных, служил один благосклонный взгляд Анны Австрийской.

   — Три мушкетёра · книга
3. «

   Черт возьми, не выводите из моих слов ничего другого, кроме того, что я в них вкладываю, и не придавайте им такого значения, какого у них нет!

   Черт возьми, не выводите из моих слов ничего другого, кроме того, что я в них вкладываю, и не придавайте им такого значения, какого у них нет!

   — Бошан · книга
4. «

   Безумцы и герои — два разряда глупцов, очень похожих друг на друга.

   Безумцы и герои — два разряда глупцов, очень похожих друг на друга.

   — Атос · книга
5. «

   Тишина — это смертельный враг беспокойных сердец.

   Тишина — это смертельный враг беспокойных сердец.

   — Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя · книга
6. «

   Есть люди, для которых работа служит лекарством от всех зол.

   Есть люди, для которых работа служит лекарством от всех зол.

   — Граф Монте-Кристо · книга
7. «

   Я жаждал обладать королевскими сокровищами, чтобы у миллионов людей купить их тайны и среди этих тайн разыскать свою!

   Я жаждал обладать королевскими сокровищами, чтобы у миллионов людей купить их тайны и среди этих тайн разыскать свою!

   — Вильфор · книга
8. «

   Д'Артаньян вздохнул при мысли о странностях судьбы, заставляющей людей уничтожать друг друга во имя интересов третьих лиц, им совершенно чуждых и нередко даже не имеющих понятия об их существовании.

   Д'Артаньян вздохнул при мысли о странностях судьбы, заставляющей людей уничтожать друг друга во имя интересов третьих лиц, им совершенно чуждых и нередко даже не имеющих понятия об их существовании.

   — Три мушкетёра · книга
9. «

   — Если вы смеетесь и сомневаетесь в моих словах, — сказал Арамис, — вы больше ничего не узнаете. — Мы верим, как магометане, и немы, как катафалки, — сказал Атос.

   — Если вы смеетесь и сомневаетесь в моих словах, — сказал Арамис, — вы больше ничего не узнаете. — Мы верим, как магометане, и немы, как катафалки, — сказал Атос.

   — Атос · книга
10. «

    – Вы знали, что он меня убьет, как только я выйду отсюда, и вы меня не предупредили? – Нет, потому что в руке Бенедетто я видел божье правосудие, и я считал кощунством противиться воле провидения. – Божье правосудие! Не говорите мне о нем, господин аббат. Вы лучше всех знаете, что, если бы оно существовало, некоторые люди были бы наказаны. – Терпение, – сказал аббат голосом, от которого умирающий затрепетал, – терпение!

    – Вы знали, что он меня убьет, как только я выйду отсюда, и вы меня не предупредили? – Нет, потому что в руке Бенедетто я видел божье правосудие, и я считал кощунством противиться воле провидения. – Божье правосудие! Не говорите мне о нем, господин аббат. Вы лучше всех знаете, что, если бы оно существовало, некоторые люди были бы наказаны. – Терпение, – сказал аббат голосом, от которого умирающий затрепетал, – терпение!

    — Граф Монте-Кристо · книга
11. «

    Сегодня Вы в дурном настроении; богатство озлобило Вас, как других озлобляет бедность.

    Сегодня Вы в дурном настроении; богатство озлобило Вас, как других озлобляет бедность.

    — Рауль · книга
12. «

    Счастье эгоистично.

    Счастье эгоистично.

    — Три мушкетёра · книга
13. «

    Слуг, как и женщин, надо уметь сразу поставить на то место, на котором желаешь их видеть.

    Слуг, как и женщин, надо уметь сразу поставить на то место, на котором желаешь их видеть.

    — Три мушкетёра · книга
14. «

    Когда пьеса закончена, друг дорогой, Со сцены уйти надо вместе с тобой.

    Когда пьеса закончена, друг дорогой, Со сцены уйти надо вместе с тобой.

    — Лорэн · книга
15. «

    Двери не для тех, кому пришлось бежать...

    Двери не для тех, кому пришлось бежать...

    — Маргарита Наваррская · книга
16. «

    Вы превыше других, но превыше вас Бог!

    Вы превыше других, но превыше вас Бог!

    — Вильфор · книга
17. «

    ... да и у каждой женщины, даже заурядной, когда она в действительности любит, любовь несовместима с унижением, потому что настоящая любовь тоже честолюбива.

    ... да и у каждой женщины, даже заурядной, когда она в действительности любит, любовь несовместима с унижением, потому что настоящая любовь тоже честолюбива.

    — Королева Марго · книга
18. «

    От умирающих не ускользает ни одно выражение на лицах тех, кто окружает их...

    От умирающих не ускользает ни одно выражение на лицах тех, кто окружает их...

    — Королева Марго · книга
19. «

    Мошенник смеется не так, как честный человек; лицемер плачет не теми слезами, какими плачет человек искренний. Всякая фальшь — это маска, и, как бы хорошо не была она сделана эта маска, всегда можно отличить её от истинного лица, если внимательно присмотреться.

    Мошенник смеется не так, как честный человек; лицемер плачет не теми слезами, какими плачет человек искренний. Всякая фальшь — это маска, и, как бы хорошо не была она сделана эта маска, всегда можно отличить её от истинного лица, если внимательно присмотреться.

    — Д'Артаньян · книга
20. «

    Пафос — это почти экзальтация; а экзальтация возносит душу над всем земным.

    Пафос — это почти экзальтация; а экзальтация возносит душу над всем земным.

    — Граф Монте-Кристо · книга