413 цитат Александра Дюмы — коротко и по делу

Подборка из 413 цитат Александра Дюмы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Эта женщина, в дни своего благоденствия такая гордая, такая дерзновенная, такая бесстрашная, доходившая в скептицизме до предела, в страсти — до жестокости, — эта женщина никогда не думала о смерти.

   Эта женщина, в дни своего благоденствия такая гордая, такая дерзновенная, такая бесстрашная, доходившая в скептицизме до предела, в страсти — до жестокости, — эта женщина никогда не думала о смерти.

   — Королева Марго · книга
2. «

   Будем бороться женским оружием: моя сила в моей слабости.

   Будем бороться женским оружием: моя сила в моей слабости.

   — Леди Кларик · книга
3. «

   Фернан остался холоден; он не старался отереть слезы, бежавшие по щекам Мерседес, а между тем за каждую ее слезу он отдал бы стакан своей крови. Но эти слезы лились из-за другого!

   Фернан остался холоден; он не старался отереть слезы, бежавшие по щекам Мерседес, а между тем за каждую ее слезу он отдал бы стакан своей крови. Но эти слезы лились из-за другого!

   — Граф Монте-Кристо · книга
4. «

   Слабые духом всегда всё видят через траурную вуаль; душа сама создает свои горизонты.

   Слабые духом всегда всё видят через траурную вуаль; душа сама создает свои горизонты.

   — Граф Монте-Кристо · книга
5. «

   Это, видишь ли, одна из её слабостей: тем или иным способом отделываться от людей, которые ей мешают.

   Это, видишь ли, одна из её слабостей: тем или иным способом отделываться от людей, которые ей мешают.

   — лорд Винтер · книга
6. «

   Любовь женщин, занимающих такое положение, как я, может быть или светочем, или злым гением своей эпохи.

   Любовь женщин, занимающих такое положение, как я, может быть или светочем, или злым гением своей эпохи.

   — Маргарита Наваррская · книга
7. «

   Ах, этот Д'Артаньян! – заметил Арамис. – Он так похож на парламентскую оппозицию, которая говорит «нет», а делает «да»

   Ах, этот Д'Артаньян! – заметил Арамис. – Он так похож на парламентскую оппозицию, которая говорит «нет», а делает «да»

   — Арамис · книга
8. «

   Ибо если дурное в нашей душе побеждает хорошее, в невзгодах других мы всегда стараемся найти выгодную для себя сторону <...> так эгоизм человеческий врачует душевные раны.

   Ибо если дурное в нашей душе побеждает хорошее, в невзгодах других мы всегда стараемся найти выгодную для себя сторону <...> так эгоизм человеческий врачует душевные раны.

   — Изабелла Баварская · книга
9. «

   Этот достойный господин — мы, разумеется, имеем в виду Атоса — был очень молчалив. Вот уже пять или шесть лет, как он жил в теснейшей дружбе с Портосом и Арамисом. За это время друзья не раз видели на его лице улыбку, но никогда не слышали его смеха. Слова его были кратки и выразительны, он говорил всегда то, что хотел сказать, и больше ничего: никаких прикрас, узоров и красот. Он говорил лишь о существенном, не касаясь подробностей.

   Этот достойный господин — мы, разумеется, имеем в виду Атоса — был очень молчалив. Вот уже пять или шесть лет, как он жил в теснейшей дружбе с Портосом и Арамисом. За это время друзья не раз видели на его лице улыбку, но никогда не слышали его смеха. Слова его были кратки и выразительны, он говорил всегда то, что хотел сказать, и больше ничего: никаких прикрас, узоров и красот. Он говорил лишь о существенном, не касаясь подробностей.

   — Три мушкетёра · книга
10. «

    От графа Монте-Кристо может чего-нибудь требовать только граф Монте-Кристо.

    От графа Монте-Кристо может чего-нибудь требовать только граф Монте-Кристо.

    — Граф Монте-Кристо · книга
11. «

    День состоит из двадцати четырех часов, час из шестидесяти минут, минута из шестидесяти секунд; в восемьдесят шесть тысяч четыреста секунд можно многое сделать.

    День состоит из двадцати четырех часов, час из шестидесяти минут, минута из шестидесяти секунд; в восемьдесят шесть тысяч четыреста секунд можно многое сделать.

    — Граф Монте-Кристо · книга
12. «

    Идеи не умирают, ваше величество, они порою дремлют, но они просыпаются еще более сильными, чем были до сна.

    Идеи не умирают, ваше величество, они порою дремлют, но они просыпаются еще более сильными, чем были до сна.

    — Граф Монте-Кристо · книга
13. «

    ... и если можно сделать для него что-нибудь, то мы займемся этим.

    ... и если можно сделать для него что-нибудь, то мы займемся этим.

    — Три мушкетёра · книга
14. «

    Портос, как мы уже успели узнать, был прямой противоположностью Атоса: он не только много разговаривал, но разговаривал громко. Надо, впрочем, отдать ему справедливость: ему было безразлично, слушают его или нет. Он разговаривал ради собственного удовольствия — ради удовольствия слушать самого себя. Он говорил решительно обо всем, за исключением наук, ссылаясь на глубокое отвращение, которое, по его словам, ему с детства внушали ученые.

    Портос, как мы уже успели узнать, был прямой противоположностью Атоса: он не только много разговаривал, но разговаривал громко. Надо, впрочем, отдать ему справедливость: ему было безразлично, слушают его или нет. Он разговаривал ради собственного удовольствия — ради удовольствия слушать самого себя. Он говорил решительно обо всем, за исключением наук, ссылаясь на глубокое отвращение, которое, по его словам, ему с детства внушали ученые.

    — Три мушкетёра · книга
15. «

    Счастье и несчастье для сильного равны.

    Счастье и несчастье для сильного равны.

    — Соратники Иегу · книга
16. «

    Женщина священна; женщина, которую любишь, — священна вдвойне.

    Женщина священна; женщина, которую любишь, — священна вдвойне.

    — Максимиллиан Моррель · книга
17. «

    Тогда, несчастный, ты искушаешь господа в третий раз. Мне этого мало, говоришь ты, когда на самом деле у тебя было больше, чем когда-либо раньше, и ты совершаешь третье преступление, ничем не вызванное, ничем не оправданное. Терпение господне истощилось. Господь покарал тебя.

    Тогда, несчастный, ты искушаешь господа в третий раз. Мне этого мало, говоришь ты, когда на самом деле у тебя было больше, чем когда-либо раньше, и ты совершаешь третье преступление, ничем не вызванное, ничем не оправданное. Терпение господне истощилось. Господь покарал тебя.

    — Граф Монте-Кристо · книга
18. «

    Мы, дорогой мой, заговорщики, а когда заговорщикам не повезло — им надо убегать.

    Мы, дорогой мой, заговорщики, а когда заговорщикам не повезло — им надо убегать.

    — Аннибал де Коконнас · книга
19. «

    На каких неуловимых и тончайших нитях висят подчас судьбы народа и жизнь множества людей!

    На каких неуловимых и тончайших нитях висят подчас судьбы народа и жизнь множества людей!

    — Д'Артаньян · книга
20. «

    Генрих, вздыхая, вернулся в свою опочивальню и, за неимением других собеседников, принялся горько жаловаться своей борзой Нарциссу на злосчастную судьбу королей, которые могут узнать истину, только если они за неё заплатят.

    Генрих, вздыхая, вернулся в свою опочивальню и, за неимением других собеседников, принялся горько жаловаться своей борзой Нарциссу на злосчастную судьбу королей, которые могут узнать истину, только если они за неё заплатят.

    — Графиня де Монсоро · книга