Арамис

— Стены монастыря… Воздух монастыря!... Меня всегда сюда тянуло. — Тянуло, конечно, монастырь-то женский!

— То, что ты видел... — Я не видел ничего, поскольку все утро был здесь, а значит просто не мог ничего видеть, ясно? <...> Поверить не могу, что ты спал с королевой! — Ты же ничего не видел!?

Ты будешь клясться честью, а я — ручаться честным словом, и один из нас при этом, очевидно, будет лжецом.

... Скрывайте свои раны, когда они у вас будут! Молчание — это последняя радость несчастных; не выдавайте никому своей скорби. Любопытные пьют наши слезы, как мухи пьют кровь раненой лани.

Нужны Парижу деньги, се ля ви, А рыцари ему нужны тем паче. Но что такое рыцарь без любви? И что такое рыцарь без удачи?

— Если вы смеетесь и сомневаетесь в моих словах, — сказал Арамис, — вы больше ничего не узнаете. — Мы верим, как магометане, и немы, как катафалки, — сказал Атос.

Смерть — это врата, ведущие к погибели или к спасению.

Прости, Господи, невинные прегрешения наши!

— Что Вы, что Вы! Я старею! Мне уже тридцать семь лет! — Сколько, сколько? — Тридцать семь! — Интересно... В прежние времена я был младше Вас на два-три года. А сейчас, если мне не изменяет память, мне стукнуло сорок! — Что Вы говорите! Возможно. Вы всегда были сильней меня в математике.

— Возможно у меня найдется для вас работа. — Нет, спасибо, но у меня уже есть работа. — А я запойный пьяница. — А я ленивый содержанец. — Нет, мне тоже не требуется. — Возможно в будущем вы об этом пожалеете. — Возможно, но не сегодня.

де Жюссак: — Вложите-ка шпаги в ножны и следуйте за нами. Вы арестованы. Атос: — Их много, а нас только трое. Арамис: — Вот именно, трое. И мы опять потерпим поражение. Или... Портос: — Я согласен с Арамисом. Или нам придётся умереть на месте. д’Артаньян: — Разрешите поправить вас, господа, нас четверо! Портос: — Но вы же не мушкетёр! де Жюссак: — А вы, молодой человек, отойдите. Мы даже не будем возражать, если вы удалитесь. Или вам мало Менга? д’Артаньян: — На мне нет одежды мушкетёра, но душой я мушкетёр! Сердце моё — сердце мушкетёра! де Жюссак: — Повторяю, господа, соблаговолите следовать за нами. Или мы вынуждены будем взять вас силой. Атос: — Нас будет трое, из которых один раненый, в придачу неопытный юноша, а скажут... Скажут... что нас было четверо. Арамис: — Атос, но отступать как-то... Портос: — Я предлагаю драку! д’Артаньян: — Возьмите меня! Господа, вы не пожалеете! Атос: — Мы будем иметь честь атаковать вас! д’Артаньян: — О! А этот мой! де Жюссак: — Гвардейцы, к бою!

— У вас есть свои тайны, у нас – свои. И очень хорошо, что мы не выдали их друг другу. Это значит, что мы еще умеем хранить тайны. — Да, но похоже мы не умеем хранить дружбу...

Кардинал – не дама, разговор пойдёт не о любви.

Опять скрипит потертое седло И ветер холодит былую рану. Куда вас сударь к черту занесло? Неужто вам покой не по карману?

Один за всех и все за одного!

— Что самое главное на дуэли? — Честь? — Чтобы тебя не убили!