Александр Николаевич Островский: 121 цитата на каждый день

Подборка из 121 цитата Александра Николаевича Островского: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Старики уж всегда ревнивы.

   Старики уж всегда ревнивы.

   — Апполинария Панфиловна · книга
2. «

   — Но я не понимаю, как вы можете полюбить человека, который сделал гадость, хоть бы и для вас. — Не беспокойтесь! Я и сама не очень добродетельна, и других сужу не строго. Если я вижу, что человек мне предан без границ, я и сама готова для него на всякие жертвы.

   — Но я не понимаю, как вы можете полюбить человека, который сделал гадость, хоть бы и для вас. — Не беспокойтесь! Я и сама не очень добродетельна, и других сужу не строго. Если я вижу, что человек мне предан без границ, я и сама готова для него на всякие жертвы.

   — Варвара Харитоновна Лебедкина · книга
3. «

   Вы всю жизнь толкуете о благе общества, о любви к человечеству. А что вы сделали? Кого накормили? Кого утешили? Вы тешите только самих себя, самих себя забавляете.

   Вы всю жизнь толкуете о благе общества, о любви к человечеству. А что вы сделали? Кого накормили? Кого утешили? Вы тешите только самих себя, самих себя забавляете.

   — Несчастливцев · книга
4. «

   Ты думаешь, коли человек влюблен, так сейчас гам... и съел? Из тонких парфюмов соткана душа моя.

   Ты думаешь, коли человек влюблен, так сейчас гам... и съел? Из тонких парфюмов соткана душа моя.

   — Мартын Прокофьич Нароков · книга
5. «

   Сколько ни трудись, век будешь канцелярским чиновником. Чтобы выслужиться человеку без протекции, нужно совсем другое. Не рассуждать, когда не приказывают, смеяться, когда начальство вздумает сострить, думать и работать за начальников и в то же время уверять их, что я, мол, глуп, что это вам самим угодно было приказать. Кроме того нужно иметь еще некоторые лакейские качества.

   Сколько ни трудись, век будешь канцелярским чиновником. Чтобы выслужиться человеку без протекции, нужно совсем другое. Не рассуждать, когда не приказывают, смеяться, когда начальство вздумает сострить, думать и работать за начальников и в то же время уверять их, что я, мол, глуп, что это вам самим угодно было приказать. Кроме того нужно иметь еще некоторые лакейские качества.

   — Глумов · книга
6. «

   Добродетель добродетелью, а и осторожность не мешает. Вам особенно надо беречься. Уж это дело известное, коли барыня чересчур за добродетель возьмется, так уж тут мошенникам пожива.

   Добродетель добродетелью, а и осторожность не мешает. Вам особенно надо беречься. Уж это дело известное, коли барыня чересчур за добродетель возьмется, так уж тут мошенникам пожива.

   — Крутицкий · книга
7. «

   Если вы видите, что умный человек бедно одет, живет в дурной квартире, едет на плохом извозчике — это вас не поражает, не колет вам глаз, так и нужно, это идет к умному человеку. Но если вы видите молодого красавца, бедно одетого, — это больно, этого не должно быть и не будет, никогда не будет!

   Если вы видите, что умный человек бедно одет, живет в дурной квартире, едет на плохом извозчике — это вас не поражает, не колет вам глаз, так и нужно, это идет к умному человеку. Но если вы видите молодого красавца, бедно одетого, — это больно, этого не должно быть и не будет, никогда не будет!

   — Клеопатра Львовна Мамаева · книга
8. «

   Я всегда за богатых людей. Кто шампанское пьет, хорошие сигары курит, тот человек, а остальное — ничтожество.

   Я всегда за богатых людей. Кто шампанское пьет, хорошие сигары курит, тот человек, а остальное — ничтожество.

   — Счастливцев · книга
9. «

   Первый долг, чтоб дети слушались родителей. Это не нами заведено, не нами и кончится.

   Первый долг, чтоб дети слушались родителей. Это не нами заведено, не нами и кончится.

   — Рисположенский · книга
10. «

    Нельзя, матушка, без греха: в миру живем.

    Нельзя, матушка, без греха: в миру живем.

    — Феклуша · книга
11. «

    Думают то петухи индейские. Я весь век прожил не думавши.

    Думают то петухи индейские. Я весь век прожил не думавши.

    — Наркис (приказчик) · книга
12. «

    — Да зачем же мне и после узнавать? (Почти со слезами.) Ведь вы найдете средства выйти из этого положения, ведь непременно найдете, так оставаться нельзя. Ведь не покинем же мы Москву, не уедем в деревню; а в Москве мы не можем жить, как нищие! Так или иначе, вы должны устроить, чтоб в нашей жизни ничего не изменилось. Я этой зимой должна выйти замуж, составить хорошую партию. Ведь вы мать, ужели вы этого не знаете? Ужели вы не придумаете, если уж не придумали, как прожить одну зиму, не уронив своего достоинства? Вам думать, вам! Зачем же вы мне-то рассказываете о том, чего я знать не должна? Вы лишаете меня спокойствия, вы лишаете меня беззаботности, которая составляет лучшее украшение девушки. Думали бы вы, maman, одни и плакали бы одни, если нужно будет плакать. Разве вам легче будет, если я буду плакать вместе с вами? Ну скажите, maman, разве легче? — Разумеется, не легче.

    — Да зачем же мне и после узнавать? (Почти со слезами.) Ведь вы найдете средства выйти из этого положения, ведь непременно найдете, так оставаться нельзя. Ведь не покинем же мы Москву, не уедем в деревню; а в Москве мы не можем жить, как нищие! Так или иначе, вы должны устроить, чтоб в нашей жизни ничего не изменилось. Я этой зимой должна выйти замуж, составить хорошую партию. Ведь вы мать, ужели вы этого не знаете? Ужели вы не придумаете, если уж не придумали, как прожить одну зиму, не уронив своего достоинства? Вам думать, вам! Зачем же вы мне-то рассказываете о том, чего я знать не должна? Вы лишаете меня спокойствия, вы лишаете меня беззаботности, которая составляет лучшее украшение девушки. Думали бы вы, maman, одни и плакали бы одни, если нужно будет плакать. Разве вам легче будет, если я буду плакать вместе с вами? Ну скажите, maman, разве легче? — Разумеется, не легче.

    — Надежда Антоновна Чебоксарова · книга
13. «

    Иностранец, голландец он, душа коротка; у них арифметика вместо души-то.

    Иностранец, голландец он, душа коротка; у них арифметика вместо души-то.

    — Сергей Сергеевич Паратов · книга
14. «

    Какой глупый-то! Да разве жизнь-то мила только деньгами, разве только и радости, что в деньгах? <…> Сама-то жизнь есть радость, всякая жизнь — и бедная, и горькая — все радость…

    Какой глупый-то! Да разве жизнь-то мила только деньгами, разве только и радости, что в деньгах? <…> Сама-то жизнь есть радость, всякая жизнь — и бедная, и горькая — все радость…

    — Иосаф Корпелов · книга
15. «

    Без хитрости на свете не проживешь.

    Без хитрости на свете не проживешь.

    — Харита Игнатьевна Огудалова · книга
16. «

    ... А ведь я женщина, любовь для меня всё, любовь моё право. Разве легко побороть себя, побороть свою природу?

    ... А ведь я женщина, любовь для меня всё, любовь моё право. Разве легко побороть себя, побороть свою природу?

    — Людмила Маргаритова · книга
17. «

    ... честным трудом никогда не заработать нам больше насущного хлеба. А у кого деньги, сударь, тот старается бедного закабалить, чтобы на его труды даровые еще больше денег наживать.

    ... честным трудом никогда не заработать нам больше насущного хлеба. А у кого деньги, сударь, тот старается бедного закабалить, чтобы на его труды даровые еще больше денег наживать.

    — Кулигин · книга
18. «

    Пригляделись вы, либо не понимаете, какая красота в природе разлита.

    Пригляделись вы, либо не понимаете, какая красота в природе разлита.

    — Кулигин · книга
19. «

    Мы не можем, не должны без страха поднимать завесу будущего. Там, за этой завесой, и счастье, и несчастье, и жизнь, и смерть твоя.

    Мы не можем, не должны без страха поднимать завесу будущего. Там, за этой завесой, и счастье, и несчастье, и жизнь, и смерть твоя.

    — Турусина · книга
20. «

    Пусть веселятся, кому весело... Я не хочу мешать никому! Живите, живите все! Вам надо жить, а мне надо... умереть... Я ни на кого не жалуюсь, ни на кого не обижаюсь... вы все хорошие люди... я вас всех... всех люблю.

    Пусть веселятся, кому весело... Я не хочу мешать никому! Живите, живите все! Вам надо жить, а мне надо... умереть... Я ни на кого не жалуюсь, ни на кого не обижаюсь... вы все хорошие люди... я вас всех... всех люблю.

    — Лариса Дмитриевна Огудалова · книга