131 цитата Алишера Навои о смысле жизни

Ниже 131 цитата Алишера Навои — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Когда я сердцем и душой изведал от людей печаль, Была ли сердцу от души, душе ль от сердца злей печаль?

   Когда я сердцем и душой изведал от людей печаль, Была ли сердцу от души, душе ль от сердца злей печаль?
2. «

   Пользы мира ты не жаждай, ибо в нем лишь вред, — не больше. Жизнью пользуйся — на время входим в этот свет, — не больше. Странно, что жилье воздвигший приглашает смертных в гости, Ведь и сам он в этом доме — гость недолгих лет, — не больше. Не считай себя могучим, смертен ты — ведь слон громадный Перед комариным жалом — лишь отваги след, — не больше. В бренную войди обитель — шейх там наторел в торговле! Пусть зовется ханакою{*} — это лавка бед, — не больше. Тот, кто в платье златотканом, — пусть кичится неразумно: Знает мыслящий, что в злато жалкий шут одет, — не больше. На престол воссев небесный, все равно не будь беспечен, - В небе ласки ты не встретишь, встретишь лишь рассвет, — не больше. Повелитель справедливый должен думать о народе, Ведь блюсти пасомых благо пастырь дал обет, — не больше. Если нынче стал скитальцем Навои по доброй воле, Не горюй, благоразумный, — глянь безумцу вслед, — не больше!

   Пользы мира ты не жаждай, ибо в нем лишь вред, — не больше. Жизнью пользуйся — на время входим в этот свет, — не больше. Странно, что жилье воздвигший приглашает смертных в гости, Ведь и сам он в этом доме — гость недолгих лет, — не больше. Не считай себя могучим, смертен ты — ведь слон громадный Перед комариным жалом — лишь отваги след, — не больше. В бренную войди обитель — шейх там наторел в торговле! Пусть зовется ханакою{*} — это лавка бед, — не больше. Тот, кто в платье златотканом, — пусть кичится неразумно: Знает мыслящий, что в злато жалкий шут одет, — не больше. На престол воссев небесный, все равно не будь беспечен, - В небе ласки ты не встретишь, встретишь лишь рассвет, — не больше. Повелитель справедливый должен думать о народе, Ведь блюсти пасомых благо пастырь дал обет, — не больше. Если нынче стал скитальцем Навои по доброй воле, Не горюй, благоразумный, — глянь безумцу вслед, — не больше!
3. «

   Бальзам для ран я не нашел, страницы книг листая, Что тело мне терзает в кровь — не хищных птиц ли стая? Огонь любви мне душу сжег, и в горькой той пустыне Не отыскал ни одного целебного листа я.

   Бальзам для ран я не нашел, страницы книг листая, Что тело мне терзает в кровь — не хищных птиц ли стая? Огонь любви мне душу сжег, и в горькой той пустыне Не отыскал ни одного целебного листа я.
4. «

   Любимая — цветущий сад, но скрылась вдруг она, И как смогу теперь узнать: зима или весна?

   Любимая — цветущий сад, но скрылась вдруг она, И как смогу теперь узнать: зима или весна?
5. «

   Кто доблестью примерной знаменит, О тысяче щедрот своих смолчит.

   Кто доблестью примерной знаменит, О тысяче щедрот своих смолчит.
6. «

   Беги от тех, в ком много зла и фальши: Ведь от плохого надо быть подальше.

   Беги от тех, в ком много зла и фальши: Ведь от плохого надо быть подальше.
7. «

   Моя луна закрылась темной тучей, Сокрыт землею черной светоч жгучий. Настичь бы небо карой неминучей — Как солнце не затмит мой стон горючий!

   Моя луна закрылась темной тучей, Сокрыт землею черной светоч жгучий. Настичь бы небо карой неминучей — Как солнце не затмит мой стон горючий!
8. «

   В диване шах печать мне поручил — В готовые дела клеймо влеплять. То означало: гордость заглуши И ниже всех других в диване сядь. Но гордость я никак сломить не мог, И вышло так, что я сломал печать.

   В диване шах печать мне поручил — В готовые дела клеймо влеплять. То означало: гордость заглуши И ниже всех других в диване сядь. Но гордость я никак сломить не мог, И вышло так, что я сломал печать.
9. «

   Друг сердца с верными суров: обидам верен и укорам, Он за смиренную мольбу клеймит покорного позором. И тот, кто преданной душой мечтал о благах единенья, Окручен путами измен и отдан в плен пустым раздорам. А супостаты да враги стократ безвинно оклевещут — Сынов безрадостной судьбы ославят злобным оговором. И если б сам судил — ну что ж: по прегрешеньям и возмездье, А то беда, что судит враг судом неправедным и скорым. Пусть сам убьет своей рукой — я не страшусь, но вот несчастье: Врагами попранный во прах, я — жертва их жестоким сворам. А если роза неверна, увы, напрасны все старанья: Мне птицу сердца не сдержать — она летит к иным просторам. Судьбой согнуло, словно лук, хребты, что были словно стрелы, — Шах на кривых от кривды душ взирает благосклонным взором. И смерть настигла б Навои, когда бы не было надежды, — Тоска изгнанья каждый миг грозит несчастному измором.

   Друг сердца с верными суров: обидам верен и укорам, Он за смиренную мольбу клеймит покорного позором. И тот, кто преданной душой мечтал о благах единенья, Окручен путами измен и отдан в плен пустым раздорам. А супостаты да враги стократ безвинно оклевещут — Сынов безрадостной судьбы ославят злобным оговором. И если б сам судил — ну что ж: по прегрешеньям и возмездье, А то беда, что судит враг судом неправедным и скорым. Пусть сам убьет своей рукой — я не страшусь, но вот несчастье: Врагами попранный во прах, я — жертва их жестоким сворам. А если роза неверна, увы, напрасны все старанья: Мне птицу сердца не сдержать — она летит к иным просторам. Судьбой согнуло, словно лук, хребты, что были словно стрелы, — Шах на кривых от кривды душ взирает благосклонным взором. И смерть настигла б Навои, когда бы не было надежды, — Тоска изгнанья каждый миг грозит несчастному измором.
10. «

    Не диво, если кровью слез людское зло грозит всегда: За мукой мука вслед идет и за бедой спешит беда. Да что там зло и доброта — не стоит даже речь вести: Толпа с жестокостью дружна, а доброте она чужда! Согнулся даже небосвод под ношей низостей людских: Сверкают звезды, словно пот на теле, взмокшем от труда. А ведь в предвечных письменах не предуказан жребий мук, И на скрижалях душ людских не предначертана вражда! А было б людям только зло навек предписано судьбой, Его и сотни добрых дел не одолели б никогда! И если кто — причина зла для многих страждущих людей, Пусть он и совершит добро, а как бы не было вреда! Глаза и брови смерть сулят, а речи уст ее — обман, Найти б другую — только нет другой красы, что так горда! Нет! Вечности не обретешь ты в бренном мире средь людей.

    Не диво, если кровью слез людское зло грозит всегда: За мукой мука вслед идет и за бедой спешит беда. Да что там зло и доброта — не стоит даже речь вести: Толпа с жестокостью дружна, а доброте она чужда! Согнулся даже небосвод под ношей низостей людских: Сверкают звезды, словно пот на теле, взмокшем от труда. А ведь в предвечных письменах не предуказан жребий мук, И на скрижалях душ людских не предначертана вражда! А было б людям только зло навек предписано судьбой, Его и сотни добрых дел не одолели б никогда! И если кто — причина зла для многих страждущих людей, Пусть он и совершит добро, а как бы не было вреда! Глаза и брови смерть сулят, а речи уст ее — обман, Найти б другую — только нет другой красы, что так горда! Нет! Вечности не обретешь ты в бренном мире средь людей.
11. «

    Когда страдает сердце от злоречья, В нем боль — как от жестокого увечья.

    Когда страдает сердце от злоречья, В нем боль — как от жестокого увечья.
12. «

    От тех, кому я верен был, я видел лишь стократный гнет, От тех, кому дарил любовь, я видел тысячи невзгод.

    От тех, кому я верен был, я видел лишь стократный гнет, От тех, кому дарил любовь, я видел тысячи невзгод.
13. «

    Когда творят хорошие дела, Нужна ли им пустая похвала?

    Когда творят хорошие дела, Нужна ли им пустая похвала?
14. «

    Щедрость — это дерево, что в саду человечества цветет, или, вернее, с этого дерева полезный плод. Оно — волнующееся море края людского или даже драгоценный жемчуг дна морского. Человек без щедрости — это не несущие дождь весенние тучи, это татарский мускус непахучий. Если дерево бесплодно — это лес дровяной, недождевая туча — это просто дым.

    Щедрость — это дерево, что в саду человечества цветет, или, вернее, с этого дерева полезный плод. Оно — волнующееся море края людского или даже драгоценный жемчуг дна морского. Человек без щедрости — это не несущие дождь весенние тучи, это татарский мускус непахучий. Если дерево бесплодно — это лес дровяной, недождевая туча — это просто дым.
15. «

    Иль милосердьем надели того, кто угнетать привык, Иль мне терпенья больше дай, чтоб мне не плакать каждый миг.

    Иль милосердьем надели того, кто угнетать привык, Иль мне терпенья больше дай, чтоб мне не плакать каждый миг.
16. «

    Знай — настоящий тот глупец, кто вечности от мира ждет, И, несомненно, тот дурак, кто верности от ближних ждет.

    Знай — настоящий тот глупец, кто вечности от мира ждет, И, несомненно, тот дурак, кто верности от ближних ждет.
17. «

    Провидцем тайн сокрытых сил быть должен человек, Всемудрым знатоком светил быть должен человек, Таящим страсть и жаркий пыл быть должен человек, Таким, чтоб одержимым слыл, быть должен человек.

    Провидцем тайн сокрытых сил быть должен человек, Всемудрым знатоком светил быть должен человек, Таящим страсть и жаркий пыл быть должен человек, Таким, чтоб одержимым слыл, быть должен человек.
18. «

    Любовь — такой огонь могучий, что даже самой малой искры Довольно, чтоб завесу неба сжечь всю дотла, как полотно. А тело ведь намного тоньше, чем та завеса небосвода, Когда его охватит пламя, скажи, как выдержит оно?

    Любовь — такой огонь могучий, что даже самой малой искры Довольно, чтоб завесу неба сжечь всю дотла, как полотно. А тело ведь намного тоньше, чем та завеса небосвода, Когда его охватит пламя, скажи, как выдержит оно?
19. «

    Тот, кто не руководствуется теми знаниями, которые он приобретает, похож на того, кто крытый канал сооружает, но землю не засевает, или даже засевает, а урожай не получает.

    Тот, кто не руководствуется теми знаниями, которые он приобретает, похож на того, кто крытый канал сооружает, но землю не засевает, или даже засевает, а урожай не получает.
20. «

    Пока не вызрели слова, сказать их не спеши И слову сразу не вверяй всех тайн своей души.

    Пока не вызрели слова, сказать их не спеши И слову сразу не вверяй всех тайн своей души.