78 цитат Амели Нотомба — читать онлайн

Амели Нотомб — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 78 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Те, кто бросаются с перил мостов, делают это скорей не из желания покончить с жизнью, а из нежелания сделать выбор.

   Те, кто бросаются с перил мостов, делают это скорей не из желания покончить с жизнью, а из нежелания сделать выбор.

   — Счастливая ностальгия · книга
2. «

   От страдания одно лекарство — пустота в голове. Чтобы опустошить голову, надо мчаться галопом, подставляя лоб ветру, стать продолжением коня, рогом единорога, устремляясь к последней схватке, когда эфир унесёт туда, где разгорячённый всадник и конь будут разорваны на куски и поглощены невидимым пространством.

   От страдания одно лекарство — пустота в голове. Чтобы опустошить голову, надо мчаться галопом, подставляя лоб ветру, стать продолжением коня, рогом единорога, устремляясь к последней схватке, когда эфир унесёт туда, где разгорячённый всадник и конь будут разорваны на куски и поглощены невидимым пространством.

   — Любовный саботаж · книга
3. «

   Смерть — это потолок. Если потолок знаешь лучше, чем саму себя — это смерть. Потолок, что застилает глаза и не позволяет мыслям улететь ввысь. Потолок — это крышка гроба. Когда приходит смерть, вашу черепную кастрюльку прикрывают огромной крышкой.

   Смерть — это потолок. Если потолок знаешь лучше, чем саму себя — это смерть. Потолок, что застилает глаза и не позволяет мыслям улететь ввысь. Потолок — это крышка гроба. Когда приходит смерть, вашу черепную кастрюльку прикрывают огромной крышкой.

   — Метафизика труб · книга
4. «

   Ложь имеет над лгунами странную власть: сочинив байку для красного словца, невольно начинаешь жить по её законам.

   Ложь имеет над лгунами странную власть: сочинив байку для красного словца, невольно начинаешь жить по её законам.

   — Кодекс принца · книга
5. «

   В сущности, люди не читают, а если и читают, то не понимают, а если и понимают, то забывают.

   В сущности, люди не читают, а если и читают, то не понимают, а если и понимают, то забывают.

   — Гигиена убийцы · книга
6. «

   ...когда сам переводишь текст, между ним и тобой возникает гораздо более тесная связь, чем при чтении.

   ...когда сам переводишь текст, между ним и тобой возникает гораздо более тесная связь, чем при чтении.

   — Зимний путь · книга
7. «

   Самоубийцы всегда испытывают потребность оправдаться, как будто это кому-то интересно.

   Самоубийцы всегда испытывают потребность оправдаться, как будто это кому-то интересно.

   — Ртуть · книга
8. «

   Нельзя дважды войти в одну и ту же любовь.

   Нельзя дважды войти в одну и ту же любовь.

   — Преступление · книга
9. «

   Даже если ты кого-то любишь, это не значит, что ужиться с этим человеком просто.

   Даже если ты кого-то любишь, это не значит, что ужиться с этим человеком просто.

   — Петронилла · книга
10. «

    — Почему твои соотечественники [японцы] так дружно сбиваются в кучу за границей? — Им нравится смотреть на людей, непохожих на них самих, и в то же время чувствовать себя среди своих.

    — Почему твои соотечественники [японцы] так дружно сбиваются в кучу за границей? — Им нравится смотреть на людей, непохожих на них самих, и в то же время чувствовать себя среди своих.

    — Токийская невеста · книга
11. «

    Человек – прохожий в вашей жизни, и надо быть готовым к тому, что он может уйти из неё так же легко, как и вошёл.

    Человек – прохожий в вашей жизни, и надо быть готовым к тому, что он может уйти из неё так же легко, как и вошёл.

    — Форма жизни · книга
12. «

    Мы, дети, были бы очень удивлены, если бы нам сказали, что мы ходим в школу учиться. Мы этого не замечали. Для меня школа была большой фабрикой бумажных самолётиков.

    Мы, дети, были бы очень удивлены, если бы нам сказали, что мы ходим в школу учиться. Мы этого не замечали. Для меня школа была большой фабрикой бумажных самолётиков.

    — Любовный саботаж · книга
13. «

    Но его настиг злой рок: он поступил в университет, и его блестящий интеллект, впитывая изо дня в день затасканные сентенции тамошних профессоров, прискорбно померк.

    Но его настиг злой рок: он поступил в университет, и его блестящий интеллект, впитывая изо дня в день затасканные сентенции тамошних профессоров, прискорбно померк.

    — Зимний путь · книга
14. «

    Знаешь, ты напомнила мне одно высказывание Наполеона, который всегда ставил охлаждаться бутылку шампанского, чтобы выпить после битвы: «В победе вы заслуживаете шампанского, в поражении вы нуждаетесь в нем».

    Знаешь, ты напомнила мне одно высказывание Наполеона, который всегда ставил охлаждаться бутылку шампанского, чтобы выпить после битвы: «В победе вы заслуживаете шампанского, в поражении вы нуждаетесь в нем».

    — Петронилла · книга
15. «

    В прошлом я изобрел безотказный способ забыть девчонку, если она слишком уж занимала мои мысли — изучить ее вдоль и поперек. Главное, наблюдать непрерывно, каждую секунду, так избавление приходит гораздо скорее, потому что начинаешь замечать, что девять десятых своего времени девицы притворяются и играют какую-нибудь роль. Предмет изучения вдруг становится таким плоским и ординарным, что выздоравливаешь моментально. Неизлечимую любовь внушают только девушки, сохранившие естественность. А таких одна на миллион.

    В прошлом я изобрел безотказный способ забыть девчонку, если она слишком уж занимала мои мысли — изучить ее вдоль и поперек. Главное, наблюдать непрерывно, каждую секунду, так избавление приходит гораздо скорее, потому что начинаешь замечать, что девять десятых своего времени девицы притворяются и играют какую-нибудь роль. Предмет изучения вдруг становится таким плоским и ординарным, что выздоравливаешь моментально. Неизлечимую любовь внушают только девушки, сохранившие естественность. А таких одна на миллион.

    — Серная кислота. Дневник Ласточки · книга
16. «

    Язык — вещь не столько практическая, сколько эстетическая.

    Язык — вещь не столько практическая, сколько эстетическая.

    — Серная кислота · книга
17. «

    Взрослые смеются над детьми, которые в своё оправдание ноют : «Он первый начал». Но взрослые конфликты начинаются точно так же.

    Взрослые смеются над детьми, которые в своё оправдание ноют : «Он первый начал». Но взрослые конфликты начинаются точно так же.

    — Любовный саботаж · книга
18. «

    Я шагнул в воротца металлоискателя, и, конечно, тут же раздалось знакомое «пиканье».

    Я шагнул в воротца металлоискателя, и, конечно, тут же раздалось знакомое «пиканье».

    — Зоил · книга
19. «

    Вот, скажем, знакомитесь вы с кем-то, лично или по переписке. Первый этап состоит в констатации существования друг друга – и чаще всего вы бываете очарованы. На этой стадии вы – Робинзон и Пятница на необитаемом острове; вы смотрите друг на друга в изумлении, в восторге от того, что в этом мире есть кто-то другой – такой другой и такой близкий одновременно. Ваша жизнь стала полнее, чем когда-либо, с его появлением, и вас захлестывает волна чувств к этому посланцу небес, с которым можно поговорить. Вы нарекаете его сказочным именем: друг, любимый, товарищ, гость, коллега – по обстоятельствам. Царит идиллия. Череда совпадений и различий («Совсем как я! А у меня наоборот!») поражает и переполняет детской радостью. В упоении вы даже не замечаете, как надвигается опасность. И вдруг он – здесь, рядом, у вашей двери. Разом протрезвев, вы не знаете, как сказать ему, что его сюда не звали. Не потому, что вы его больше не любите, нет, но вы хотели бы, чтобы он был другим, не таким, какой он есть на самом деле. А он между тем уже слишком близко, как будто хочет стать с вами единым целым. Понятно, что придется расставить точки над i. Сделать это можно по-разному, кратко или развернуто, в открытую или обиняками. Но, как бы то ни было, это нелегкий путь. Более чем в двух третях случаев отношениям не удается дойти до конца. И тогда – интимность, или обида, или молчание, порой и ненависть. И напрасно объясняют все нашей лживостью, полагая, что, будь дружба искренней, этого не случилось бы. Неправда. Этот кризис неизбежен. Даже от всей души любя человека, мы не готовы впустить его в свое личное пространство.

    Вот, скажем, знакомитесь вы с кем-то, лично или по переписке. Первый этап состоит в констатации существования друг друга – и чаще всего вы бываете очарованы. На этой стадии вы – Робинзон и Пятница на необитаемом острове; вы смотрите друг на друга в изумлении, в восторге от того, что в этом мире есть кто-то другой – такой другой и такой близкий одновременно. Ваша жизнь стала полнее, чем когда-либо, с его появлением, и вас захлестывает волна чувств к этому посланцу небес, с которым можно поговорить. Вы нарекаете его сказочным именем: друг, любимый, товарищ, гость, коллега – по обстоятельствам. Царит идиллия. Череда совпадений и различий («Совсем как я! А у меня наоборот!») поражает и переполняет детской радостью. В упоении вы даже не замечаете, как надвигается опасность. И вдруг он – здесь, рядом, у вашей двери. Разом протрезвев, вы не знаете, как сказать ему, что его сюда не звали. Не потому, что вы его больше не любите, нет, но вы хотели бы, чтобы он был другим, не таким, какой он есть на самом деле. А он между тем уже слишком близко, как будто хочет стать с вами единым целым. Понятно, что придется расставить точки над i. Сделать это можно по-разному, кратко или развернуто, в открытую или обиняками. Но, как бы то ни было, это нелегкий путь. Более чем в двух третях случаев отношениям не удается дойти до конца. И тогда – интимность, или обида, или молчание, порой и ненависть. И напрасно объясняют все нашей лживостью, полагая, что, будь дружба искренней, этого не случилось бы. Неправда. Этот кризис неизбежен. Даже от всей души любя человека, мы не готовы впустить его в свое личное пространство.

    — Форма жизни · книга
20. «

    В чудесах ужасно то, что их действие имеет границы.

    В чудесах ужасно то, что их действие имеет границы.

    — Серная кислота. Дневник Ласточки · книга