82 цитаты Анатолого Мариенгофа — избранное

Подборка из 82 цитаты Анатолого Мариенгофа: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Есенин говорил: — Ничего, Толя, всё образуется. Прошла жизнь, и ничего не образовалось.

   Есенин говорил: — Ничего, Толя, всё образуется. Прошла жизнь, и ничего не образовалось.

   — Это вам потомки. Записки сорокалетнего мужчины · книга
2. «

   Когда вкусовые потребности одних возрастут до понимания необходимости розовенького цветочка на своём подоконнике, а изощрённость других опростится до щёлканья жёлтой птички, наступит золотой век.

   Когда вкусовые потребности одних возрастут до понимания необходимости розовенького цветочка на своём подоконнике, а изощрённость других опростится до щёлканья жёлтой птички, наступит золотой век.

   — Роман без вранья · книга
3. «

   Решил купить себе палку. Захожу в магазин, прошу: «Покажите мне, пожалуйста, вон ту». Работник прилавка протягивает. Пробую, опираюсь. — Коротковата! Дайте, пожалуйста, подлинней. — Все палки, гражданин, стандартные. — Да что вы! А вот Господь Бог делает людей не стандартными.

   Решил купить себе палку. Захожу в магазин, прошу: «Покажите мне, пожалуйста, вон ту». Работник прилавка протягивает. Пробую, опираюсь. — Коротковата! Дайте, пожалуйста, подлинней. — Все палки, гражданин, стандартные. — Да что вы! А вот Господь Бог делает людей не стандартными.

   — Это вам потомки. Записки сорокалетнего мужчины · книга
4. «

   Сказка, присказка, быль, Небыль. Не знаю... Неугомонные Тильтиль и Митиль — Ищем любовь: «Там, там — вон На верхушках осин, сосен!» А она, небось, Красноперая Давным-давно улетела в озера Далекого неба.

   Сказка, присказка, быль, Небыль. Не знаю... Неугомонные Тильтиль и Митиль — Ищем любовь: «Там, там — вон На верхушках осин, сосен!» А она, небось, Красноперая Давным-давно улетела в озера Далекого неба.
5. «

   Я вглядываюсь в лица встpечных. Веселое занятие! Будто запускаешь pуку в ведpо с мелкой pыбешкой. Hеувеpенная pадость, колеблющееся мужество, жиpеющее злоpадство, ханжеское сочувствие, безглазое беспокойство, тpусливые надежды — моя жалкая добыча.

   Я вглядываюсь в лица встpечных. Веселое занятие! Будто запускаешь pуку в ведpо с мелкой pыбешкой. Hеувеpенная pадость, колеблющееся мужество, жиpеющее злоpадство, ханжеское сочувствие, безглазое беспокойство, тpусливые надежды — моя жалкая добыча.

   — Циники · книга
6. «

   Чрезмерный пессимизм так же противен, как и чрезмерный оптимизм. Два дурака только разного цвета — черный и розовый.

   Чрезмерный пессимизм так же противен, как и чрезмерный оптимизм. Два дурака только разного цвета — черный и розовый.

   — Это вам потомки. Записки сорокалетнего мужчины · книга
7. «

   Если веpить почтенному английскому дипломату, Иван Гpозный пытался научить моих пpедков улыбаться. Для этого он пpиказывал во вpемя пpогулок или пpоездов «pубить головы тем, котоpые попадались ему навстpечу, если их лица ему не нpавились». Hо даже такие pешительные меpы не пpивели ни к чему. У нас остались мpачные хаpактеpы.

   Если веpить почтенному английскому дипломату, Иван Гpозный пытался научить моих пpедков улыбаться. Для этого он пpиказывал во вpемя пpогулок или пpоездов «pубить головы тем, котоpые попадались ему навстpечу, если их лица ему не нpавились». Hо даже такие pешительные меpы не пpивели ни к чему. У нас остались мpачные хаpактеpы.

   — Циники · книга
8. «

   Как часто у прекрасного – судьба Джоконды. Проклятая судьба!

   Как часто у прекрасного – судьба Джоконды. Проклятая судьба!

   — Циники · книга
9. «

   Я люблю гитару Вашу, У нее душа большая. Ни о чем меня не спрашивает, Только очень утешает.

   Я люблю гитару Вашу, У нее душа большая. Ни о чем меня не спрашивает, Только очень утешает.
10. «

    — Владимир, верите ли вы во что-нибудь? — Кажется, нет. — Глупо. Самоед, который молится на обрубок пня, умнее вас... Она закурила новую папиросу. Какую по счету? — ...и меня. Она ест дым большими, мужскими глотками: — Во что угодно, но только верить! И совсем тихо: — Иначе...

    — Владимир, верите ли вы во что-нибудь? — Кажется, нет. — Глупо. Самоед, который молится на обрубок пня, умнее вас... Она закурила новую папиросу. Какую по счету? — ...и меня. Она ест дым большими, мужскими глотками: — Во что угодно, но только верить! И совсем тихо: — Иначе...

    — Циники · книга
11. «

    Даже грязными, как торговок Подолы Люди, люблю вас. Что нам, мучительно-нездоровым Теперь — Чистота глаз Савонаролы, Изжога Благочестия И лести, Давида псалмы, Когда от Бога Отрезаны мы, Как купоны от серии.

    Даже грязными, как торговок Подолы Люди, люблю вас. Что нам, мучительно-нездоровым Теперь — Чистота глаз Савонаролы, Изжога Благочестия И лести, Давида псалмы, Когда от Бога Отрезаны мы, Как купоны от серии.
12. «

    Меня никто не убедит, что в гениальной симфонии больше содержания, чем в гениальном салате.

    Меня никто не убедит, что в гениальной симфонии больше содержания, чем в гениальном салате.

    — Циники · книга
13. «

    Я пришел к тебе, древнее вече, Темный люд разбудил медным гудом, Бросил зов, как собакам печень, Во имя красного чуда.

    Я пришел к тебе, древнее вече, Темный люд разбудил медным гудом, Бросил зов, как собакам печень, Во имя красного чуда.
14. «

    В этой стpане ничего не поймешь: Гpозного пpощает и pастеpзывает Отpепьева; семьсот лет ведет неудачные войны и покоpяет наpодов больше, чем Римская Импеpия; не умеет делать каких-то «фузей» и воздвигает на болоте гоpод, пpекpаснейший в миpе.

    В этой стpане ничего не поймешь: Гpозного пpощает и pастеpзывает Отpепьева; семьсот лет ведет неудачные войны и покоpяет наpодов больше, чем Римская Импеpия; не умеет делать каких-то «фузей» и воздвигает на болоте гоpод, пpекpаснейший в миpе.

    — Циники · книга
15. «

    Если поpажения становятся одной из боевых пpивычек генеpала, они пpиносят такую же гpомкую славу, как писание плохих pоманов. В подобных случаях говоpят: «Это его метод».

    Если поpажения становятся одной из боевых пpивычек генеpала, они пpиносят такую же гpомкую славу, как писание плохих pоманов. В подобных случаях говоpят: «Это его метод».

    — Циники · книга
16. «

    — Почему он меня не встречает? — Спит на моей рукописи. Я мечтаю поработать, да вот не решился потревожить его. Никритина взглянула на меня испуганно: не спятил ли ее муженек со своим котом? Дело в том, что я очень сочувствовал ему. Ведь самое трудное в жизни ничего не делать, а он не пишет, не репетирует, не читает газет, не бывает в кино… Бедный кот!

    — Почему он меня не встречает? — Спит на моей рукописи. Я мечтаю поработать, да вот не решился потревожить его. Никритина взглянула на меня испуганно: не спятил ли ее муженек со своим котом? Дело в том, что я очень сочувствовал ему. Ведь самое трудное в жизни ничего не делать, а он не пишет, не репетирует, не читает газет, не бывает в кино… Бедный кот!

    — Это вам потомки. Записки сорокалетнего мужчины · книга
17. «

    Каждый наш день — новая глава Библии. Каждая страница тысячам поколений будет Великой Мы те, о которых скажут: — Счастливцы в 1917 году жили. А вы все еще вопите: погибли! Все еще расточаете хныки! Глупые головы, Разве вчерашнее не раздавлено, как голубь Автомобилем, Бешено выпрыгнувшим из гаража?!

    Каждый наш день — новая глава Библии. Каждая страница тысячам поколений будет Великой Мы те, о которых скажут: — Счастливцы в 1917 году жили. А вы все еще вопите: погибли! Все еще расточаете хныки! Глупые головы, Разве вчерашнее не раздавлено, как голубь Автомобилем, Бешено выпрыгнувшим из гаража?!
18. «

    Каждую легчайшую пушинку вpемени надо бы ловить, пpижимать к сеpдцу и нести с дpожью и беpежью.

    Каждую легчайшую пушинку вpемени надо бы ловить, пpижимать к сеpдцу и нести с дpожью и беpежью.

    — Циники · книга
19. «

    — Знаешь, Нюха, по-моему, это форменный кретинизм — быть в ссоре больше пяти минут. Ведь где-то внутри отлично знаешь, что в конце концов все равно помиришься. Правда? Так какого черта портить себе жизнь на сутки или на неделю, как это делают миллионы глупцов? Пять минут — и хватит! Или уж действительно надо разводиться, если дело очень серьезно. Правильно? — Правильно, Длинный! И мы крепко поцеловались. Эта мудрая догадка: «Ссориться не больше, чем на пять минут» — очень украсила нашу жизнь.

    — Знаешь, Нюха, по-моему, это форменный кретинизм — быть в ссоре больше пяти минут. Ведь где-то внутри отлично знаешь, что в конце концов все равно помиришься. Правда? Так какого черта портить себе жизнь на сутки или на неделю, как это делают миллионы глупцов? Пять минут — и хватит! Или уж действительно надо разводиться, если дело очень серьезно. Правильно? — Правильно, Длинный! И мы крепко поцеловались. Эта мудрая догадка: «Ссориться не больше, чем на пять минут» — очень украсила нашу жизнь.

    — Мой век, мои друзья и подруги · книга
20. «

    Давайте так условимся, мадам; Свою вам жизнь, извольте, я отдам. Но руку — нет, простите, не подам. Пусть нас рассудит время и потомство С убийцами я не веду знакомства.

    Давайте так условимся, мадам; Свою вам жизнь, извольте, я отдам. Но руку — нет, простите, не подам. Пусть нас рассудит время и потомство С убийцами я не веду знакомства.