17 цитат Аниты Амирезвани, проверенных временем

Подборка из 17 цитат Аниты Амирезвани: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Человек, желающий преуспеть при дворе, не должен падать, когда земля сотрясается, потому что, когда она дрожит, вздымается и переворачивается, он разлетится на семьсот семьдесят семь кусков.

   Человек, желающий преуспеть при дворе, не должен падать, когда земля сотрясается, потому что, когда она дрожит, вздымается и переворачивается, он разлетится на семьсот семьдесят семь кусков.

   — Солнцеравная · книга
2. «

   Ее худшие слабости — упрямство, заносчивость, ревность — были одновременно ее достоинствами.

   Ее худшие слабости — упрямство, заносчивость, ревность — были одновременно ее достоинствами.

   — Солнцеравная · книга
3. «

   Если пинаешь верного пса, даже если он и провинился, то лучше брось ему потом кость. Иначе не удивляйся, когда он вонзит клыки тебе в горло.

   Если пинаешь верного пса, даже если он и провинился, то лучше брось ему потом кость. Иначе не удивляйся, когда он вонзит клыки тебе в горло.

   — Солнцеравная · книга
4. «

   Ее улыбка отражала нечто более высокое, чем гордость, — это была уверенность в том, что теперь она выполняет свое предназначение.

   Ее улыбка отражала нечто более высокое, чем гордость, — это была уверенность в том, что теперь она выполняет свое предназначение.

   — Солнцеравная · книга
5. «

   И почему мы всегда думаем, что у соседей курица вкуснее нашего гуся?

   И почему мы всегда думаем, что у соседей курица вкуснее нашего гуся?

   — Кровь цветов · книга
6. «

   Ни одну женщину он не слушал так, как тебя, но именно потому столькие теперь жаждут твоего падения.

   Ни одну женщину он не слушал так, как тебя, но именно потому столькие теперь жаждут твоего падения.

   — Солнцеравная · книга
7. «

   Вы были словно львица там, где остальные тряслись от страха.

   Вы были словно львица там, где остальные тряслись от страха.

   — Солнцеравная · книга
8. «

   Ты и не представляешь, как меняются дети. Они начинают жизнь, присоединенные к твоему телу, а вырастают в совершенных чужаков.

   Ты и не представляешь, как меняются дети. Они начинают жизнь, присоединенные к твоему телу, а вырастают в совершенных чужаков.

   — Султанам · книга
9. «

   Некоторые люди, прощаясь, становятся холодными потому, что лишь так могут вынести разлуку.

   Некоторые люди, прощаясь, становятся холодными потому, что лишь так могут вынести разлуку.

   — Солнцеравная · книга
10. «

    Люди любят обсуждать страдания других, совать пальцы в раны и облизывать, словно это мед. Но я не позволю им есть из моего улья.

    Люди любят обсуждать страдания других, совать пальцы в раны и облизывать, словно это мед. Но я не позволю им есть из моего улья.

    — Пери · книга
11. «

    Трудно сегодня быть узником, а завтра стать шахом.

    Трудно сегодня быть узником, а завтра стать шахом.

    — Солнцеравная · книга
12. «

    Розу нельзя улучшить, пока у нее не будет сердца розы.

    Розу нельзя улучшить, пока у нее не будет сердца розы.

    — Солнцеравная · книга
13. «

    Она была вправе требовать власти; лишь алчность и страх других не дали ей достичь того величия, которого она заслуживала.

    Она была вправе требовать власти; лишь алчность и страх других не дали ей достичь того величия, которого она заслуживала.

    — Солнцеравная · книга
14. «

    Роза бессердечна, однако соловей поет о ней всю ночь.

    Роза бессердечна, однако соловей поет о ней всю ночь.

    — Солнцеравная · книга
15. «

    Когда она бывала расстроена, то искала спасения в аккуратности.

    Когда она бывала расстроена, то искала спасения в аккуратности.

    — Солнцеравная · книга
16. «

    Человек по природе своей склонен ошибаться. Уши его слышат лишь то, что хотят; одному только Богу известна полная правда.

    Человек по природе своей склонен ошибаться. Уши его слышат лишь то, что хотят; одному только Богу известна полная правда.

    — Солнцеравная · книга
17. «

    Да, Хадидже была рабыней, но в сердце своем она оставалась львицей.

    Да, Хадидже была рабыней, но в сердце своем она оставалась львицей.

    — Солнцеравная · книга