Анита Амирезвани: 18 фраз, которые разошлись на цитаты

Подборка из 18 цитат Аниты Амирезвани: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если пинаешь верного пса, даже если он и провинился, то лучше брось ему потом кость. Иначе не удивляйся, когда он вонзит клыки тебе в горло.

   Если пинаешь верного пса, даже если он и провинился, то лучше брось ему потом кость. Иначе не удивляйся, когда он вонзит клыки тебе в горло.

   — Солнцеравная · книга
2. «

   Мне казалось, что фарр древних царей проник в нее так глубоко, что наполнял ее сиянием. Некоторые сказали бы, что он в ее крови, но я знал, что он в каждой ее жилке, и сердце мое переполнялось гордостью.

   Мне казалось, что фарр древних царей проник в нее так глубоко, что наполнял ее сиянием. Некоторые сказали бы, что он в ее крови, но я знал, что он в каждой ее жилке, и сердце мое переполнялось гордостью.

   — Солнцеравная · книга
3. «

   Насколько иная жизнь у цыганок; они по сравнению с нами словно птицы.

   Насколько иная жизнь у цыганок; они по сравнению с нами словно птицы.

   — Пери · книга
4. «

   Другие женщины луноподобны, хнычущи и уступчивы. Но не я.

   Другие женщины луноподобны, хнычущи и уступчивы. Но не я.

   — Пери · книга
5. «

   Нам следовало быть умнее шаха, одновременно могущественного и испуганного, умнее всех стен, и ловушек, и стражи, призванной охранять его. Нам следовало опрокинуть весь порядок, созданный, чтоб помешать нам.

   Нам следовало быть умнее шаха, одновременно могущественного и испуганного, умнее всех стен, и ловушек, и стражи, призванной охранять его. Нам следовало опрокинуть весь порядок, созданный, чтоб помешать нам.

   — Солнцеравная · книга
6. «

   Человек, желающий преуспеть при дворе, не должен падать, когда земля сотрясается, потому что, когда она дрожит, вздымается и переворачивается, он разлетится на семьсот семьдесят семь кусков.

   Человек, желающий преуспеть при дворе, не должен падать, когда земля сотрясается, потому что, когда она дрожит, вздымается и переворачивается, он разлетится на семьсот семьдесят семь кусков.

   — Солнцеравная · книга
7. «

   Ты и не представляешь, как меняются дети. Они начинают жизнь, присоединенные к твоему телу, а вырастают в совершенных чужаков.

   Ты и не представляешь, как меняются дети. Они начинают жизнь, присоединенные к твоему телу, а вырастают в совершенных чужаков.

   — Султанам · книга
8. «

   Ни одну женщину он не слушал так, как тебя, но именно потому столькие теперь жаждут твоего падения.

   Ни одну женщину он не слушал так, как тебя, но именно потому столькие теперь жаждут твоего падения.

   — Солнцеравная · книга
9. «

   Когда она бывала расстроена, то искала спасения в аккуратности.

   Когда она бывала расстроена, то искала спасения в аккуратности.

   — Солнцеравная · книга
10. «

    Есть в мире справедливость, хотя и ходит она непредсказуемыми путями.

    Есть в мире справедливость, хотя и ходит она непредсказуемыми путями.

    — Солнцеравная · книга
11. «

    Пери наделена фарром, царственным сиянием, столь непреодолимым, что и мужи откликались на него, словно подсолнухи, поворачивающиеся за солнцем.

    Пери наделена фарром, царственным сиянием, столь непреодолимым, что и мужи откликались на него, словно подсолнухи, поворачивающиеся за солнцем.

    — Солнцеравная · книга
12. «

    Она пришла к намерению столь ужасному, что обратило бы в бегство многих воинов, но она — она не отступит.

    Она пришла к намерению столь ужасному, что обратило бы в бегство многих воинов, но она — она не отступит.

    — Солнцеравная · книга
13. «

    Роза бессердечна, однако соловей поет о ней всю ночь.

    Роза бессердечна, однако соловей поет о ней всю ночь.

    — Солнцеравная · книга
14. «

    Некоторые люди, прощаясь, становятся холодными потому, что лишь так могут вынести разлуку.

    Некоторые люди, прощаясь, становятся холодными потому, что лишь так могут вынести разлуку.

    — Солнцеравная · книга
15. «

    Розу нельзя улучшить, пока у нее не будет сердца розы.

    Розу нельзя улучшить, пока у нее не будет сердца розы.

    — Солнцеравная · книга
16. «

    Ее худшие слабости — упрямство, заносчивость, ревность — были одновременно ее достоинствами.

    Ее худшие слабости — упрямство, заносчивость, ревность — были одновременно ее достоинствами.

    — Солнцеравная · книга
17. «

    Да, Хадидже была рабыней, но в сердце своем она оставалась львицей.

    Да, Хадидже была рабыней, но в сердце своем она оставалась львицей.

    — Солнцеравная · книга
18. «

    Сначала не было, а потом стало. Прежде Бога не было никого.

    Сначала не было, а потом стало. Прежде Бога не было никого.

    — Кровь цветов · книга