296 цитат Анны Андреевны Ахматовы, которые захочется сохранить

Ниже 296 цитат Анны Андреевны Ахматовы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Или сядем на снег примятый На кладбище, легко вздохнем, И ты палкой чертишь палаты, Где мы будем всегда вдвоем.

   Или сядем на снег примятый На кладбище, легко вздохнем, И ты палкой чертишь палаты, Где мы будем всегда вдвоем.
2. «

   А в зеркале двойник бурбонский профиль прячет И думает, что он незаменим, Что всё на свете он переиначит, Что Пастернака перепастерначит, А я не знаю, что мне делать с ним.

   А в зеркале двойник бурбонский профиль прячет И думает, что он незаменим, Что всё на свете он переиначит, Что Пастернака перепастерначит, А я не знаю, что мне делать с ним.
3. «

   Дорогою ценой и нежданной Я узнала, что помнишь и ждёшь. А быть может, и место найдёшь Ты — могилы моей безымянной.

   Дорогою ценой и нежданной Я узнала, что помнишь и ждёшь. А быть может, и место найдёшь Ты — могилы моей безымянной.
4. «

   Муж хлестал меня узорчатым, Вдвое сложенным ремнем. Для тебя в окошке створчатом Я всю ночь сижу с огнем.

   Муж хлестал меня узорчатым, Вдвое сложенным ремнем. Для тебя в окошке створчатом Я всю ночь сижу с огнем.
5. «

   О, есть неповторимые слова... Кто их сказал — истратил слишком много. Неистощима только синева Небесная и милосердье Бога.

   О, есть неповторимые слова... Кто их сказал — истратил слишком много. Неистощима только синева Небесная и милосердье Бога.
6. «

   Достоевский знал много, но не всё. Он, например, думал, что если убьёшь человека, то станешь Раскольниковым. А мы сейчас знаем, что можно убить пять, десять, сто человек и вечером пойти в театр.

   Достоевский знал много, но не всё. Он, например, думал, что если убьёшь человека, то станешь Раскольниковым. А мы сейчас знаем, что можно убить пять, десять, сто человек и вечером пойти в театр.
7. «

   И было этим летом так отрадно Мне отвыкать от собственных имён В той тишине почти что виноградной И в яви, отработанной под сон.

   И было этим летом так отрадно Мне отвыкать от собственных имён В той тишине почти что виноградной И в яви, отработанной под сон.
8. «

   О, сказавший, что сердце из камня, Знал наверно: оно из огня... Никогда не пойму, ты близка мне Или только любила меня.

   О, сказавший, что сердце из камня, Знал наверно: оно из огня... Никогда не пойму, ты близка мне Или только любила меня.
9. «

   Двадцать первое. Ночь. Понедельник. Очертанья столицы во мгле. Сочинил же какой-то бездельник, Что бывает любовь на земле.

   Двадцать первое. Ночь. Понедельник. Очертанья столицы во мгле. Сочинил же какой-то бездельник, Что бывает любовь на земле.
10. «

    Теперь арестанты вернутся, и две России глянут друг другу в глаза: та, что сажала, и та, которую посадили.

    Теперь арестанты вернутся, и две России глянут друг другу в глаза: та, что сажала, и та, которую посадили.
11. «

    О знала ль я, когда неслась, играя, Моей любви последняя гроза, Что лучшему из юношей, рыдая, Закрою я орлиные глаза.

    О знала ль я, когда неслась, играя, Моей любви последняя гроза, Что лучшему из юношей, рыдая, Закрою я орлиные глаза.
12. «

    О, я знаю: его отрада — Напряженно и страстно знать, Что ему ничего не надо, Что мне не в чем ему отказать.

    О, я знаю: его отрада — Напряженно и страстно знать, Что ему ничего не надо, Что мне не в чем ему отказать.
13. «

    Так беспомощно грудь холодела, Но шаги мои были легки. Я на правую руку надела Перчатку с левой руки. Показалось, что много ступеней, А я знала — их только три! Между кленов шепот осенний Попросил: «Со мною умри! Я обманут моей унылой, Переменчивой, злой судьбой». Я ответила: «Милый, милый! И я тоже. Умру с тобой...» Эта песня последней встречи. Я взглянула на темный дом. Только в спальне горели свечи Равнодушно-жёлтым огнём.

    Так беспомощно грудь холодела, Но шаги мои были легки. Я на правую руку надела Перчатку с левой руки. Показалось, что много ступеней, А я знала — их только три! Между кленов шепот осенний Попросил: «Со мною умри! Я обманут моей унылой, Переменчивой, злой судьбой». Я ответила: «Милый, милый! И я тоже. Умру с тобой...» Эта песня последней встречи. Я взглянула на темный дом. Только в спальне горели свечи Равнодушно-жёлтым огнём.
14. «

    А ты теперь тяжёлый и унылый, Отрекшийся от славы и мечты, Но для меня непоправимо милый, И чем темней, тем трогательней ты.

    А ты теперь тяжёлый и унылый, Отрекшийся от славы и мечты, Но для меня непоправимо милый, И чем темней, тем трогательней ты.
15. «

    Небывалая осень построила купол высокий, Был приказ облакам этот купол собой не темнить. И дивилися люди: проходят сентябрьские сроки, А куда провалились студеные, влажные дни?.. Изумрудною стала вода замутненных каналов, И крапива запахла, как розы, но только сильней, Было душно от зорь, нестерпимых, бесовских и алых, Их запомнили все мы до конца наших дней. Было солнце таким, как вошедший в столицу мятежник, И весенняя осень так жадно ласкалась к нему, Что казалось — сейчас забелеет прозрачный подснежник... Вот когда подошёл ты, спокойный, к крыльцу моему.

    Небывалая осень построила купол высокий, Был приказ облакам этот купол собой не темнить. И дивилися люди: проходят сентябрьские сроки, А куда провалились студеные, влажные дни?.. Изумрудною стала вода замутненных каналов, И крапива запахла, как розы, но только сильней, Было душно от зорь, нестерпимых, бесовских и алых, Их запомнили все мы до конца наших дней. Было солнце таким, как вошедший в столицу мятежник, И весенняя осень так жадно ласкалась к нему, Что казалось — сейчас забелеет прозрачный подснежник... Вот когда подошёл ты, спокойный, к крыльцу моему.
16. «

    Моё молчанье слышится повсюду, Оно судебный наполняет зал, И самый гул молвы перекричать Оно могло бы, и подобно чуду Оно на всё кладет свою печать. <...> Оно мою почти сожрало душу, Оно мою уродует судьбу, Но я его когда-нибудь нарушу, Чтоб смерть позвать к позорному столбу.

    Моё молчанье слышится повсюду, Оно судебный наполняет зал, И самый гул молвы перекричать Оно могло бы, и подобно чуду Оно на всё кладет свою печать. <...> Оно мою почти сожрало душу, Оно мою уродует судьбу, Но я его когда-нибудь нарушу, Чтоб смерть позвать к позорному столбу.
17. «

    Я кончила жить, еще не начиная.

    Я кончила жить, еще не начиная.
18. «

    Столько просьб у любимой всегда! У разлюбленной просьб не бывает.

    Столько просьб у любимой всегда! У разлюбленной просьб не бывает.
19. «

    Мы прощались как во сне. Я сказала: «Жду» Он, смеясь, ответил мне: «Встретимся в аду».

    Мы прощались как во сне. Я сказала: «Жду» Он, смеясь, ответил мне: «Встретимся в аду».
20. «

    Может быть, потом ненавидел И жалел, что тогда не убил. Ты один меня не обидел, Не обидевши — погубил.

    Может быть, потом ненавидел И жалел, что тогда не убил. Ты один меня не обидел, Не обидевши — погубил.