356 цитат от Бориса Акунина

Подборка из 356 цитат Бориса Акунина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ... Я отношусь к верующим людям примерно так же, как к футбольным болельщикам. Вижу, что им здорово вместе, что они увлечены каким-то дружным и, видимо, хорошим делом. Я им даже завидую — тоже хотел бы радоваться забитым голам и горевать из-за пропущенных. Но меня не волнует, куда у них там покатился мяч. И вообще эта игра мне неинтересна... Простите, если вас обидела такая метафора.

   ... Я отношусь к верующим людям примерно так же, как к футбольным болельщикам. Вижу, что им здорово вместе, что они увлечены каким-то дружным и, видимо, хорошим делом. Я им даже завидую — тоже хотел бы радоваться забитым голам и горевать из-за пропущенных. Но меня не волнует, куда у них там покатился мяч. И вообще эта игра мне неинтересна... Простите, если вас обидела такая метафора.

   — Другой путь · книга
2. «

   Идейные злодеи — самые страшные.

   Идейные злодеи — самые страшные.

   — Саадат · книга
3. «

   Мужчины — сущие дети.

   Мужчины — сущие дети.

   — Любовница Смерти · книга
4. «

   Вожделеющие мужчины ведут себя двумя способами: или сразу кидаются в атаку, или — если гордого нрава — делают вид, что остались равнодушны, но при этом всё равно стараются произвести впечатление.

   Вожделеющие мужчины ведут себя двумя способами: или сразу кидаются в атаку, или — если гордого нрава — делают вид, что остались равнодушны, но при этом всё равно стараются произвести впечатление.

   — Весь мир театр · книга
5. «

   Три вечных тайны: Восход солнца, Смерть луны, Глаза героя.

   Три вечных тайны: Восход солнца, Смерть луны, Глаза героя.

   — Алмазная колесница · книга
6. «

   От денег женщина отказаться может, от дорогой безделушки никогда.

   От денег женщина отказаться может, от дорогой безделушки никогда.

   — Ахимас · книга
7. «

   Я не знаю, Фандорин, как воспринимаете жизнь вы, а для меня она – вечная схватка Порядка и Хаоса. Порядок норовит разложить всё по полочкам, прибить гвоздиками, обезопасить и выхолостить. Хаос разрушает всю эту аккуратную симметрию, переворачивает общество вверх дном, не признает никаких законов и правил. В этой извечной борьбе я на стороне Хаоса, потому что Хаос – это и есть Жизнь, а Порядок – это Смерть. Я отлично знаю, что, как все живущие, обречен: рано или поздно Порядок возьмет надо мной верх, я перестану барахтаться, превращусь в кусок неподвижной материи. Но пока я жив, я хочу жить во всю силу, чтоб вокруг меня дрожала земля и рушилась симметрия.

   Я не знаю, Фандорин, как воспринимаете жизнь вы, а для меня она – вечная схватка Порядка и Хаоса. Порядок норовит разложить всё по полочкам, прибить гвоздиками, обезопасить и выхолостить. Хаос разрушает всю эту аккуратную симметрию, переворачивает общество вверх дном, не признает никаких законов и правил. В этой извечной борьбе я на стороне Хаоса, потому что Хаос – это и есть Жизнь, а Порядок – это Смерть. Я отлично знаю, что, как все живущие, обречен: рано или поздно Порядок возьмет надо мной верх, я перестану барахтаться, превращусь в кусок неподвижной материи. Но пока я жив, я хочу жить во всю силу, чтоб вокруг меня дрожала земля и рушилась симметрия.

   — Дон Цурумаки · книга
8. «

   Всё, что когда-то было, и все, кто когда-то жил, остаются навсегда.

   Всё, что когда-то было, и все, кто когда-то жил, остаются навсегда.

   — Кладбищенские истории · книга
9. «

   Благородный муж знает, что мир несовершенен, но не опускает рук.

   Благородный муж знает, что мир несовершенен, но не опускает рук.

   — Алмазная колесница · книга
10. «

    Одинок полёт Светлячка в ночи, Но в небе звёзды.

    Одинок полёт Светлячка в ночи, Но в небе звёзды.

    — Маса · книга
11. «

    Оказывается, быть мудрым очень грустно.

    Оказывается, быть мудрым очень грустно.

    — Антон Клобуков · книга
12. «

    После тридцати сердце перестает быть другом и становится злейшим врагом.

    После тридцати сердце перестает быть другом и становится злейшим врагом.

    — Зося Пирсяк · книга
13. «

    Ничего. Сидим, осаждаем турку. Месяц сидим, два сидим, три сидим. Офицеры спиваются от скуки, интенданты воруют, казна пустеет. В общем, все нормально. Война по-русски.

    Ничего. Сидим, осаждаем турку. Месяц сидим, два сидим, три сидим. Офицеры спиваются от скуки, интенданты воруют, казна пустеет. В общем, все нормально. Война по-русски.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
14. «

    Женщины делятся на две породы: те, которым в мужчине нужен папа, и те, которым нужен сын.

    Женщины делятся на две породы: те, которым в мужчине нужен папа, и те, которым нужен сын.

    — Маса · книга
15. «

    «Секрет обращения с мужчинами прост, – поучала меня Львица. – Если не владеешь этим секретом, они становятся опасными и непредсказуемыми. Но в сущности они примитивны и легко управляемы. Сколько бы лет им ни было, какое бы высокое положение они ни занимали, в глубине души каждый остается мальчишкой, подростком. И вести себя с мужчиной нужно, как с годовалым бульдогом – зубищи у дурашки уже выросли, так что лучше не дразнить, но бояться его не стоит. Немножко польстить, немножко поинтриговать, время от времени почесать за ухом, заставить потянуться за косточкой на задних лапках, но только не томить слишком долго, иначе их внимание отвлечет какая-нибудь другая косточка, недоступнее. Поступайте так, дитя мое, и вы увидите, что мужчина – милейшее создание: неприхотливое, полезное и очень, очень благодарное»

    «Секрет обращения с мужчинами прост, – поучала меня Львица. – Если не владеешь этим секретом, они становятся опасными и непредсказуемыми. Но в сущности они примитивны и легко управляемы. Сколько бы лет им ни было, какое бы высокое положение они ни занимали, в глубине души каждый остается мальчишкой, подростком. И вести себя с мужчиной нужно, как с годовалым бульдогом – зубищи у дурашки уже выросли, так что лучше не дразнить, но бояться его не стоит. Немножко польстить, немножко поинтриговать, время от времени почесать за ухом, заставить потянуться за косточкой на задних лапках, но только не томить слишком долго, иначе их внимание отвлечет какая-нибудь другая косточка, недоступнее. Поступайте так, дитя мое, и вы увидите, что мужчина – милейшее создание: неприхотливое, полезное и очень, очень благодарное»

    — Лорелея Рубинштейн · книга
16. «

    Со временем, когда я узнал жизнь и народ получше, из трех идеалов сохранился только один, главный: братство. Свободы и равенства не существует. Это городские химеры.

    Со временем, когда я узнал жизнь и народ получше, из трех идеалов сохранился только один, главный: братство. Свободы и равенства не существует. Это городские химеры.

    — Никодим Львович Жевтогуб · книга
17. «

    Знаете, у меня нет претензий к плохим людям. С ними все ясно: они на стороне Зла. Но мне тяжело смотреть на хороших людей, которые неумны или слабы. За свою долгую жизнь я пришел к выводу, что Злу больше везёт со своими сторонниками, чем Добру. И дезертиры из армии Добра гораздо многочисленнее. Это понятно даже и с физической точки зрения. Падение даётся легче, чем сопротивление. Я уехал из-за всеобщего бессилия.

    Знаете, у меня нет претензий к плохим людям. С ними все ясно: они на стороне Зла. Но мне тяжело смотреть на хороших людей, которые неумны или слабы. За свою долгую жизнь я пришел к выводу, что Злу больше везёт со своими сторонниками, чем Добру. И дезертиры из армии Добра гораздо многочисленнее. Это понятно даже и с физической точки зрения. Падение даётся легче, чем сопротивление. Я уехал из-за всеобщего бессилия.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
18. «

    Женщина — уравнение, не поддающееся исчислению.

    Женщина — уравнение, не поддающееся исчислению.

    — Узница башни · книга
19. «

    Когда жизнь разлетается вдребезги, что-то происходит со временем... У тех, кто несчастен, время будто сбивается с ритма, и это самое мучительное. Оно то несется галопом, и тогда год кажется минутой, то застывает на месте, и тогда минута превращается в год...

    Когда жизнь разлетается вдребезги, что-то происходит со временем... У тех, кто несчастен, время будто сбивается с ритма, и это самое мучительное. Оно то несется галопом, и тогда год кажется минутой, то застывает на месте, и тогда минута превращается в год...

    — Ф. М. · книга
20. «

    Заповедь «не убий» лицемерна, сама церковь всерьёз к ней не относится, иначе попы не освящали бы боевые корабли и бронеавтомобили.

    Заповедь «не убий» лицемерна, сама церковь всерьёз к ней не относится, иначе попы не освящали бы боевые корабли и бронеавтомобили.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга