392 цитаты от Бориса Акунина

Подборка из 392 цитаты Бориса Акунина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Эраст Петрович пришёл к новому философскому умозаключению: «Хорошенькие, резвые девушки — чудо Господне, нисколько не меньшее, чем Неопалимая купина или расступившееся воды Чермного моря». Как изменяются мужчины, и самоё жизнь когда рядом окажется вот такая вот Мавра Лукинична. А нет её — и сидят все будто в сумерках.

   Эраст Петрович пришёл к новому философскому умозаключению: «Хорошенькие, резвые девушки — чудо Господне, нисколько не меньшее, чем Неопалимая купина или расступившееся воды Чермного моря». Как изменяются мужчины, и самоё жизнь когда рядом окажется вот такая вот Мавра Лукинична. А нет её — и сидят все будто в сумерках.

   — Эраст Петрович Фандорин · книга
2. «

   Худший вид расточительства — провести жизнь на манер животного, даже не предприняв попытки в ней разобраться.

   Худший вид расточительства — провести жизнь на манер животного, даже не предприняв попытки в ней разобраться.

   — Аристономия · книга
3. «

   За глупость и легковерие надо платить.

   За глупость и легковерие надо платить.

   — Алтын-толобас · книга
4. «

   Его спрашивают: «А ты сам-то не тряпка?» Фандорин отвечает: «И ещё какая! — как увижу грязь, сразу вытираю!»

   Его спрашивают: «А ты сам-то не тряпка?» Фандорин отвечает: «И ещё какая! — как увижу грязь, сразу вытираю!»

   — Долина мечты · книга
5. «

   ... На свете так много страшного, что приходится выбирать — чего ты боишься больше, а чего меньше.

   ... На свете так много страшного, что приходится выбирать — чего ты боишься больше, а чего меньше.

   — Алтын-толобас · книга
6. «

   Одна святость только у скучных разумов бывает, а человеку мыслящему тяжкие искушения в испытание ниспылаются. Благ не тот, кто не искушается, а тот, кто преодалевает.

   Одна святость только у скучных разумов бывает, а человеку мыслящему тяжкие искушения в испытание ниспылаются. Благ не тот, кто не искушается, а тот, кто преодалевает.

   — Митрофаний · книга
7. «

   Так уж мы все устроены — для выживания нам необходимо знать, что на свете есть кто-то несчастней нас.

   Так уж мы все устроены — для выживания нам необходимо знать, что на свете есть кто-то несчастней нас.

   — Любовница Смерти · книга
8. «

   У стариков лица гораздо интересней, чем у молодых. С возрастом отчетливей проступают черты характера, ум или глупость, доброта или злобность, удачливость или невезучесть. Мне кажется, что по рисунку морщин я могу прочесть всю life story человека, и нередко это захватывающе интересное чтение.

   У стариков лица гораздо интересней, чем у молодых. С возрастом отчетливей проступают черты характера, ум или глупость, доброта или злобность, удачливость или невезучесть. Мне кажется, что по рисунку морщин я могу прочесть всю life story человека, и нередко это захватывающе интересное чтение.

   — Сокол и Ласточка · книга
9. «

   Еще не родилась женщина, у которой гордость была бы сильнее любопытства.

   Еще не родилась женщина, у которой гордость была бы сильнее любопытства.

   — Смерть Ахиллеса · книга
10. «

    Главная мечта человечества — избавиться от страха смерти, а вместе с ним и от всех прочих страхов. Это означает не вообще уничтожить смерть, а исключить смерть неожиданную, непредсказуемую и преждевременную, которая обрушивается на человека, когда он ещё не насытился жизнью и не выполнил своё предназначение. ПОДЧИНИТЬ СЕБЕ СМЕРТЬ — в конечном итоге, именно таков магистральный стимул науки, прогресса и общественной мысли.

    Главная мечта человечества — избавиться от страха смерти, а вместе с ним и от всех прочих страхов. Это означает не вообще уничтожить смерть, а исключить смерть неожиданную, непредсказуемую и преждевременную, которая обрушивается на человека, когда он ещё не насытился жизнью и не выполнил своё предназначение. ПОДЧИНИТЬ СЕБЕ СМЕРТЬ — в конечном итоге, именно таков магистральный стимул науки, прогресса и общественной мысли.

    — Кладбищенские истории · книга
11. «

    Воля, ум и знание способны преодолеть любую преграду.

    Воля, ум и знание способны преодолеть любую преграду.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
12. «

    Мужчины больше похожи на семейство псовых. Как известно, существа они примитивные и подразделяются на три основных типа: шакалы, овчарки и кобели. К каждому типу имеется свой подход. Шакал питается падалью — то есть предпочитает легкую добычу. Мужчины этого типа клюют на доступность. [...] Вторая категория мужчин обожает женщин слабых и беззащитных. Таких мужчин хлебом не корми — только дай спасти тебя и защитить. Хороший подвид, очень полезный и удобный в обращении. Здесь главное не переборщить с болезненностью — хворых женщин мужчины боятся. [...] Третий тип мужчин самый незамысловатый и начисто лишен воображения. Действует на них только нечто грубо-чувственное, вроде ненароком показанной лодыжки. С другой стороны, многие из великих людей и даже культурных светочей относятся именно к этой категории.

    Мужчины больше похожи на семейство псовых. Как известно, существа они примитивные и подразделяются на три основных типа: шакалы, овчарки и кобели. К каждому типу имеется свой подход. Шакал питается падалью — то есть предпочитает легкую добычу. Мужчины этого типа клюют на доступность. [...] Вторая категория мужчин обожает женщин слабых и беззащитных. Таких мужчин хлебом не корми — только дай спасти тебя и защитить. Хороший подвид, очень полезный и удобный в обращении. Здесь главное не переборщить с болезненностью — хворых женщин мужчины боятся. [...] Третий тип мужчин самый незамысловатый и начисто лишен воображения. Действует на них только нечто грубо-чувственное, вроде ненароком показанной лодыжки. С другой стороны, многие из великих людей и даже культурных светочей относятся именно к этой категории.

    — Рената Клебер · книга
13. «

    Невежливые люди хороши тем, что с ними самими можно тоже не церемониться.

    Невежливые люди хороши тем, что с ними самими можно тоже не церемониться.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
14. «

    — Какие же это патриоты? — пожал плечами Гэндзи. — Просто к-крикуны. Законный повод подрать глотку, не более. Истинный патриотизм, как и истинная любовь, никогда о себе не кричит.

    — Какие же это патриоты? — пожал плечами Гэндзи. — Просто к-крикуны. Законный повод подрать глотку, не более. Истинный патриотизм, как и истинная любовь, никогда о себе не кричит.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
15. «

    ... Когда оказался в чужой компании, сиди, слушай, приятно улыбайся и время от времени кивай головой — прослывёшь воспитанным человеком и уж во всяком случае не скажешь ничего глупого.

    ... Когда оказался в чужой компании, сиди, слушай, приятно улыбайся и время от времени кивай головой — прослывёшь воспитанным человеком и уж во всяком случае не скажешь ничего глупого.

    — Левиафан · книга
16. «

    Спектакль подобен акту страстной любви, где ты — мужчина, а публика — женщина, которую надобно довести до экстаза. Не сумел — она останется неудовлетворённой и сбежит к более пылкому любовнику. Но коли преуспел, она пойдёт за тобою на край света.

    Спектакль подобен акту страстной любви, где ты — мужчина, а публика — женщина, которую надобно довести до экстаза. Не сумел — она останется неудовлетворённой и сбежит к более пылкому любовнику. Но коли преуспел, она пойдёт за тобою на край света.

    — И. Смарагдов · книга
17. «

    Если вы спросите меня, я вам скажу, что героев и бандитов пекут из одной муки.

    Если вы спросите меня, я вам скажу, что героев и бандитов пекут из одной муки.

    — Пелагия и красный петух · книга
18. «

    Чем сложнее и запущеннее положение, тем проще из него выход.

    Чем сложнее и запущеннее положение, тем проще из него выход.

    — Пелагия · книга
19. «

    Всегда полезно подвергнуть свои взгляды и планы испытанию скепсисом.

    Всегда полезно подвергнуть свои взгляды и планы испытанию скепсисом.

    — Чёрный город · книга
20. «

    Ни взмыть, ни прижаться к его крылу Вовеки — она это знает. Ведь ласточка жмётся к земле, ахой! А сокол высоко летает!

    Ни взмыть, ни прижаться к его крылу Вовеки — она это знает. Ведь ласточка жмётся к земле, ахой! А сокол высоко летает!

    — Сокол и Ласточка · книга