494 цитаты Бориса Акунина: от иронии до философии

Подборка из 494 цитаты Бориса Акунина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Судьба всегда обходилась со мной жестоко, а если обласкала на заре жизни, то лишь затем, чтобы потом побольнее ужалить.

   Судьба всегда обходилась со мной жестоко, а если обласкала на заре жизни, то лишь затем, чтобы потом побольнее ужалить.

   — Шарль Ренье · книга
2. «

   Любовь — это незащищенность, уязвимость, несвобода и постоянный страх за того, кого любишь и можешь лишиться. Я много размышлял о том, что же это за штука такая — любовь. И, кажется, понял.

   Любовь — это незащищенность, уязвимость, несвобода и постоянный страх за того, кого любишь и можешь лишиться. Я много размышлял о том, что же это за штука такая — любовь. И, кажется, понял.

   — Сокол и Ласточка · книга
3. «

   Если Бог сотворил Адама сначала, а Еву потом, то это свидетельствует вовсе не о том, что мужчины главнее, а о том, что женщины совершенней. Мужчина – пробный образец человека, эскиз, в то время как женщина – окончательно утвержденный вариант, исправленный и дополненный. Ведь это яснее ясного! Но вся интересная, настоящая жизнь почему-то принадлежит мужчинам, а женщины только рожают и вышивают, рожают и вышивают. Почему такая несправедливость? Потому что мужчины сильнее. Значит, надо быть сильной.

   Если Бог сотворил Адама сначала, а Еву потом, то это свидетельствует вовсе не о том, что мужчины главнее, а о том, что женщины совершенней. Мужчина – пробный образец человека, эскиз, в то время как женщина – окончательно утвержденный вариант, исправленный и дополненный. Ведь это яснее ясного! Но вся интересная, настоящая жизнь почему-то принадлежит мужчинам, а женщины только рожают и вышивают, рожают и вышивают. Почему такая несправедливость? Потому что мужчины сильнее. Значит, надо быть сильной.

   — Варя · книга
4. «

   Богатыми все быть не могут, да и ни к чему это, но сыты должны быть все.

   Богатыми все быть не могут, да и ни к чему это, но сыты должны быть все.

   — Пелагия и белый бульдог · книга
5. «

   Если мир перестал тебе нравиться, а ты не можешь его изменить, предоставь мир собственной карме и удались.

   Если мир перестал тебе нравиться, а ты не можешь его изменить, предоставь мир собственной карме и удались.

   — Не прощаюсь · книга
6. «

   Разве новость, что хорошие люди могут быть очень неприятными, а плохие — очень приятными, и что с первыми часто тяжелее, чем со вторыми?

   Разве новость, что хорошие люди могут быть очень неприятными, а плохие — очень приятными, и что с первыми часто тяжелее, чем со вторыми?

   — Маса · книга
7. «

   Смерть — мыслящее и чувствующее существо, как же иначе.

   Смерть — мыслящее и чувствующее существо, как же иначе.

   — Любовница Смерти · книга
8. «

   Когда речь идет о деньгах, все решаемо.

   Когда речь идет о деньгах, все решаемо.

   — Саадат · книга
9. «

   Мудрецы говорят, что телесная красота ничего не значит, а мудрецы врать не станут.

   Мудрецы говорят, что телесная красота ничего не значит, а мудрецы врать не станут.

   — Шмулик Мамзер · книга
10. «

    Смерть — не оправдание для неподобающего поведения.

    Смерть — не оправдание для неподобающего поведения.

    — Кладбищенские истории · книга
11. «

    ... — Несправедливое государство можно разрушить и построить вместо него другое. ... — Государство — это не дом, а скорее дерево. Его не строят, оно растёт само, подчиняясь закону природы, и дело это долгое. Тут не каменщик, тут садовник нужен.

    ... — Несправедливое государство можно разрушить и построить вместо него другое. ... — Государство — это не дом, а скорее дерево. Его не строят, оно растёт само, подчиняясь закону природы, и дело это долгое. Тут не каменщик, тут садовник нужен.

    — Турецкий гамбит · книга
12. «

    Нет, не ты ее - Она тебя швыряет, Игральная кость.

    Нет, не ты ее - Она тебя швыряет, Игральная кость.

    — Алмазная колесница · книга
13. «

    Женщина – вылитая египетская кобра, такая же красивая и смертельно опасная.

    Женщина – вылитая египетская кобра, такая же красивая и смертельно опасная.

    — Квест · книга
14. «

    Идейные злодеи — самые страшные.

    Идейные злодеи — самые страшные.

    — Саадат · книга
15. «

    Лучшее средство от истерики — хорошая затрещина.

    Лучшее средство от истерики — хорошая затрещина.

    — Пелагия и чёрный монах · книга
16. «

    Я не знаю, Фандорин, как воспринимаете жизнь вы, а для меня она – вечная схватка Порядка и Хаоса. Порядок норовит разложить всё по полочкам, прибить гвоздиками, обезопасить и выхолостить. Хаос разрушает всю эту аккуратную симметрию, переворачивает общество вверх дном, не признает никаких законов и правил. В этой извечной борьбе я на стороне Хаоса, потому что Хаос – это и есть Жизнь, а Порядок – это Смерть. Я отлично знаю, что, как все живущие, обречен: рано или поздно Порядок возьмет надо мной верх, я перестану барахтаться, превращусь в кусок неподвижной материи. Но пока я жив, я хочу жить во всю силу, чтоб вокруг меня дрожала земля и рушилась симметрия.

    Я не знаю, Фандорин, как воспринимаете жизнь вы, а для меня она – вечная схватка Порядка и Хаоса. Порядок норовит разложить всё по полочкам, прибить гвоздиками, обезопасить и выхолостить. Хаос разрушает всю эту аккуратную симметрию, переворачивает общество вверх дном, не признает никаких законов и правил. В этой извечной борьбе я на стороне Хаоса, потому что Хаос – это и есть Жизнь, а Порядок – это Смерть. Я отлично знаю, что, как все живущие, обречен: рано или поздно Порядок возьмет надо мной верх, я перестану барахтаться, превращусь в кусок неподвижной материи. Но пока я жив, я хочу жить во всю силу, чтоб вокруг меня дрожала земля и рушилась симметрия.

    — Дон Цурумаки · книга
17. «

    Провожая сына, хрестоматийно-образцовые японские родители говорили не «береги себя», а «умри как герой».

    Провожая сына, хрестоматийно-образцовые японские родители говорили не «береги себя», а «умри как герой».

    — Писатель и самоубийство · книга
18. «

    Невежливые люди хороши тем, что с ними самими можно тоже не церемониться.

    Невежливые люди хороши тем, что с ними самими можно тоже не церемониться.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
19. «

    Нравственность — категория не абсолютная, а относительная, гласит этика тоталитарных государств середины XX века.

    Нравственность — категория не абсолютная, а относительная, гласит этика тоталитарных государств середины XX века.

    — Аристономия · книга
20. «

    Чем меньше женщину мы любим, тем меньше нравимся мы ей.

    Чем меньше женщину мы любим, тем меньше нравимся мы ей.

    — Любовница Смерти · книга