560 мыслей Бориса Акунина без воды

Подборка из 560 цитат Бориса Акунина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Момус сызмальства чувствовал кожей, костями, селезенкой, что самая главная наука — не арифметика или какая-нибудь там латынь, а умение нравиться. Вот он, ключ, которым можно любую дверку открыть. Странно только, что этой наиглавнейшей науке не учили ни гувернеры, ни гимназические учителя. Постигать ее законы приходилось самому.

   Момус сызмальства чувствовал кожей, костями, селезенкой, что самая главная наука — не арифметика или какая-нибудь там латынь, а умение нравиться. Вот он, ключ, которым можно любую дверку открыть. Странно только, что этой наиглавнейшей науке не учили ни гувернеры, ни гимназические учителя. Постигать ее законы приходилось самому.

   — Особые поручения · книга
2. «

   А человеку без совести жить нельзя, даже и в воровском деле. Может, в воровском еще больше, чем в каком другом, иначе совсем пропасть можно.

   А человеку без совести жить нельзя, даже и в воровском деле. Может, в воровском еще больше, чем в каком другом, иначе совсем пропасть можно.

   — Колобок · книга
3. «

   Любить всей душой — очень большой риск.

   Любить всей душой — очень большой риск.

   — Весь мир театр · книга
4. «

   О, да в этом омуте, кажется, черти водятся! Она ощутила внутри сладкое замирание и рассердилась на себя: не быбься, это тебе не романтическое приключение, нужно Васю спасать.

   О, да в этом омуте, кажется, черти водятся! Она ощутила внутри сладкое замирание и рассердилась на себя: не быбься, это тебе не романтическое приключение, нужно Васю спасать.

   — Алмазная колесница · книга
5. «

   У каждого человека в жизни обязательно есть момент, который является высшей точкой его существования. Очень часто ты не отдаешь себе в этом отчета, и лишь потом, оглядываясь назад, спохватываешься: вот ведь оно, то самое, ради чего я, должно быть, родился на свет. Но уж поздно, туда не вернешься и ничего не поправишь.

   У каждого человека в жизни обязательно есть момент, который является высшей точкой его существования. Очень часто ты не отдаешь себе в этом отчета, и лишь потом, оглядываясь назад, спохватываешься: вот ведь оно, то самое, ради чего я, должно быть, родился на свет. Но уж поздно, туда не вернешься и ничего не поправишь.

   — Алмазная колесница · книга
6. «

   Верный признак настоящего счастья — это когда у тебя всерьёз портится настроение из-за плохой погоды. Или едешь в своей машине, и вдруг зазвонил мобильный, а ты забыл его вынуть из кармана своего пиджака, и вот извиваешься в сейфити-белтс, а на тебе сверху ещё плащ, а мобайл звонит-звонит, и вдруг перестал, и ты из-за этой ерунды наполняешься раздражительностью часа на два. Потому что ничего хуже скверной погоды и пропущенного звонка.

   Верный признак настоящего счастья — это когда у тебя всерьёз портится настроение из-за плохой погоды. Или едешь в своей машине, и вдруг зазвонил мобильный, а ты забыл его вынуть из кармана своего пиджака, и вот извиваешься в сейфити-белтс, а на тебе сверху ещё плащ, а мобайл звонит-звонит, и вдруг перестал, и ты из-за этой ерунды наполняешься раздражительностью часа на два. Потому что ничего хуже скверной погоды и пропущенного звонка.

   — Кладбищенские истории · книга
7. «

   В суициде может быть своя эстетика, но не зрительная — повествовательная. Красоту такого произведения искусства оценят не те, кто видел сцену смерти или обнаружил обезображенный труп, а те, кто услышал историю произошедшей трагедии.

   В суициде может быть своя эстетика, но не зрительная — повествовательная. Красоту такого произведения искусства оценят не те, кто видел сцену смерти или обнаружил обезображенный труп, а те, кто услышал историю произошедшей трагедии.

   — Писатель и самоубийство · книга
8. «

   Мужчина даже самой мирной профессии, раз взяв в руки оружие, уже никогда не забудет этого ощущуения. И будет стремиться испытывать его вновь.

   Мужчина даже самой мирной профессии, раз взяв в руки оружие, уже никогда не забудет этого ощущуения. И будет стремиться испытывать его вновь.

   — Эраст Петрович Фандорин · книга
9. «

   Девять из десяти людей сами тебе все расскажут, только согласись выслушать. Ведь никто никого толком не слушает — вот что поразительно. В лучшем случае, если воспитанные, дождутся паузы в разговоре и снова о своем. А сколько важного и интересного можно узнать, если умеешь слушать!

   Девять из десяти людей сами тебе все расскажут, только согласись выслушать. Ведь никто никого толком не слушает — вот что поразительно. В лучшем случае, если воспитанные, дождутся паузы в разговоре и снова о своем. А сколько важного и интересного можно узнать, если умеешь слушать!

   — Особые поручения · книга
10. «

    От денег женщина отказаться может, от дорогой безделушки никогда.

    От денег женщина отказаться может, от дорогой безделушки никогда.

    — Ахимас · книга
11. «

    Лучше согрешить, чем безвольно злу попустительствовать.

    Лучше согрешить, чем безвольно злу попустительствовать.

    — отец Митрофаний · книга
12. «

    — Служим Вечной Невесте и посвящаем Ей стихи. А некоторые, избранные счастливцы, приносят Ей и высший дар — собственную жизнь. — А кто это, вечная невеста? — Смерть...

    — Служим Вечной Невесте и посвящаем Ей стихи. А некоторые, избранные счастливцы, приносят Ей и высший дар — собственную жизнь. — А кто это, вечная невеста? — Смерть...

    — Любовница Смерти · книга
13. «

    Молодые бандиты, они самые опасные. У них мозгов нет. Смерть им нипочём. Что чужая, что своя.

    Молодые бандиты, они самые опасные. У них мозгов нет. Смерть им нипочём. Что чужая, что своя.

    — Долина мечты · книга
14. «

    Да, в Советском Союзе было много скверного, но ведь немало и хорошего. На счету у злодеев-большевиков по меньшей мере три великих свершения, оказавшиеся не по зубам монархии: накормили голодных, обучили неграмотных и победили германский империализм.

    Да, в Советском Союзе было много скверного, но ведь немало и хорошего. На счету у злодеев-большевиков по меньшей мере три великих свершения, оказавшиеся не по зубам монархии: накормили голодных, обучили неграмотных и победили германский империализм.

    — Николас Фандорин · книга
15. «

    За глупость и легковерие надо платить.

    За глупость и легковерие надо платить.

    — Алтын-толобас · книга
16. «

    Дружба с красивым мужчиной — это что-то из романтической баллады. В жизни подобного не бывает.

    Дружба с красивым мужчиной — это что-то из романтической баллады. В жизни подобного не бывает.

    — Весь мир театр · книга
17. «

    Увидел клопа и так разозлился на несчастное насекомое, что даже давить не стал. Зачем дарить кровососу мученическую смерть? Улучшить клопу карму, дабы в следующей жизни он возродился на более высокой ступени сансары? Шиш ему, а не сансара.

    Увидел клопа и так разозлился на несчастное насекомое, что даже давить не стал. Зачем дарить кровососу мученическую смерть? Улучшить клопу карму, дабы в следующей жизни он возродился на более высокой ступени сансары? Шиш ему, а не сансара.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
18. «

    Война, Варвара Андреевна, — ужасная гадость. На ней не бывает ни правых, ни виноватых. А хорошие и плохие есть с обеих сторон. Только хороших обычно убивают первыми.

    Война, Варвара Андреевна, — ужасная гадость. На ней не бывает ни правых, ни виноватых. А хорошие и плохие есть с обеих сторон. Только хороших обычно убивают первыми.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
19. «

    Не в том дело, как тебя запомнят. Главное, как ты уходишь — победителем или побеждённым. Побеждённый — тот, кто сдался. Победитель — всякий, кто побеждённым себя не признал. Даже если убит.

    Не в том дело, как тебя запомнят. Главное, как ты уходишь — победителем или побеждённым. Побеждённый — тот, кто сдался. Победитель — всякий, кто побеждённым себя не признал. Даже если убит.

    — Тацумаса · книга
20. «

    «Крадущиеся» убивают, крадут, шпионят, но они не занимаются шантажом и вымогательством! Это противоречит их традициям и кодексу чести. Эраст Петрович и в самом деле забыл, что в Японии у всех и у каждого, даже у злодеев, непременно имеется какой-нибудь кодекс. В этом, пожалуй, было нечто умиротворяющее.

    «Крадущиеся» убивают, крадут, шпионят, но они не занимаются шантажом и вымогательством! Это противоречит их традициям и кодексу чести. Эраст Петрович и в самом деле забыл, что в Японии у всех и у каждого, даже у злодеев, непременно имеется какой-нибудь кодекс. В этом, пожалуй, было нечто умиротворяющее.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга